Волшебник

Росянков Виталий

Скамейкин поставил всё на скамейку и сам сел.

— Эх, давно я так не отдыхал. А зря. Всё меняем образ жизни. Будем гулять, позволять себе всё, что взбредёт в голову, — решил Доверчивый.

— С вами что-то случилось экстраординарное, Галактион Иванович. Не пойму только что.

— Экстраординарное?

Доверчивый открыл баклажку и принялся пить прямо из её горлышка. Скамейкин поступил также.

— Может быть, я просто умнею? — предположил Галактион.

Скамейкин отпил пива из своей баклажки.

— Ум — это хорошо, — сказал он.

— Ты себя считаешь

умным?

— Нет.

— Почему?

— Не дорос ещё.

— Хитрый. Правильно. В нашей службе только так можно выжить. Про Джокера, что думаешь? Это Перевалов нас дурачит?

— Ему-то это на фига?

— Действительно, не за чем. Это его сообщник хочет его слить, но зачем? Чтобы спасти свою шкурку?

— Логично.

— А может просто свидетель? Если так то, какого ляда он к нам до сих пор не обратился?

— Награду хочет.

— Возможно. Кругом одни подонки. Куда катится мир?

Посидели с полчаса. Пиво почти кончилось.

— Забыл, — вспомнил Доверчивый. — Нам надо найти тех, кто сливает информацию журналюгам. Шеф велел.

— То есть самих себя найти?

— Нет, конечно. Надо других найти.

— Как? Придумай, ты следователь, а не тракторист и не уборщица.

— Подставить кого-то придётся?

— Не без этого. Спихнем это на тех, кто уволился со службы.

— Галактион Иванович, я всё думаю, вот вы деньги берете с журналюг. На что вы их тратите? Машины у вас нет. Дачи тоже. На отдых за границу вы не ездите, насколько мне известно.

— Да ты не обалдел, дурень, такие вопросы начальнику задавать? За такое я тебя и посадить могу.

— Извините.

Поостыв, Доверчивый признался:

— Я просто их складываю

45 глава

Валерий принялся искать высокий смысл в игре после встречи с ведуном. Он даже купил в книжном магазине книгу по философии. На книге было написано, что она предназначена для всех, не только для яйцеголовых, то есть и тупой должен был её понять. Эту книгу с закладкой в виде кассового чека Валерий всюду таскал с собой. Он стал много размышлять, чего раньше с ним случалось редко. В книге он мало что понял — пятую часть по его оптимистическому мнению. И он думал о смысле, об идее. Первой пришла идея — побеждать ради того, чтобы сделать счастливыми жителей города, где было мало радостных событий. Но не всё любят футбол. И нет ли в этом элемента гордыни? Валерий начал уже судить религиозными понятиями. Потом ему пришла идея сделать ставку на красоту. Что такое красота в футболе? Стиль? Русские не могут играть, как бразильцы или голландцы, потому что они русские. Так может быть красота заключается в собственных особенностях? Русские неуклюжи, неповоротливы и медленны и в этом есть своя красота. Валерий отчаялся. Не складывалась у него идея. Он совсем запутался в своих идейных поисках.

Был четверг. Валерий провёл тренировку, делая упор на физику и скорость. Поблагодарив девчонок за работу, он уединился в своём кабинете. Он взял книгу, быстро пробежался по ней, пролистывая прочитанные страницы. Ничего толкового в ум не приходило. Валерий отложил книгу, закрыл глаза. Можете

быть, всё это бред? Идеи? Смыслы? Ведун этот?

В дверь постучали.

— Входите, — сказал громко Валерий.

В кабинет вошли Настя Огородникова и Лариса Голубева.

— Хотелось бы поговорить с вами, Валерий Егорович, — сказала Настя.

— Я вас слушаю.

— Нам стало известно всё о вас и Ангелине, — сказала Лариса.

— И дальше что?

— Не хорошо получается, — сказала Настя. — Девка сохнет по вам, мучается.

— Это она вам всё рассказала?

— Нет, все раскрылось случайно. Мы услышали её разговор с вами по телефону, — призналась Лариса.

— Так, что не хорошо получается, я не понял.

— Вы с Ангелиной по серьезке или так для здоровья? — спросила Настя.

— Вы одурели совсем?! Я ваш тренер — я командую, а вы выполняете команды! Какое вам дело до моей личной жизни? Брысь!

— Мы-то уйдём, но потом игры может уже не получится, — сказала Лариса.

— Это что ещё за ультиматумы!

— Мы, как лучше, хотели. Хотели предупредить вас. Девчонки не поймут, — сказала Настя.

— Чего не поймут?

Лариса попыталась объяснить:

— Мы всё понимаем: вы барин московский, а она колхозница. Девчонкам обидно, что вы её таитесь. Не по-людски это.

— Так что я должен сделать?!

— Жениться, — сказала Настя. — Или игры может не быть.

— Что?!

Валерий готов был взорваться от ярости, а девушки спокойно развернулись и вышли…

Он приехал домой, заехал во двор на машине, вышёл из неё и пошёл к дому. Входная дверь была открыта. Валерий вздрогнул. Он осмотрелся по сторонам. Около стены валялся молоток. Валерий подобрал его и аккуратно пробрался в дом. Из столовой доносился вкусный запах. Валерий тихо двинулся туда.

У плиты в фартуке Яны стоял Токарев и жарил макароны по-флотски. Не оборачиваясь, он сказал:

— Прости, это единственное, что я умею готовить.

— Товарищ майор, вы до смерти меня напугали, — признался Валерий.

— Знаю. Это было не специально. Мы давно не виделись. Есть о чем поговорить.

Майор расставил посуду, разложил в неё макароны себе и хозяину, потом достал из холодильника баклажку дешёвого пива.

— Люблю, — признался он. — Будешь?

Валерий согласно кивнул головой.

— Ты какой-то смурной, — заметил майор. — Тяжело работать с женщинами?

— Не то слово.

— Знаю, у самого были агенты женщины. Очень деликатная и тонкая работа. Они как будто инопланетяне.

— Как вы точно подметили.

— Опыт.

— И что же делать?

— Оставаться мужчиной, скакать по лезвию ножа. Для меня это рабочее состояние. Вы же, я так понимаю, не этого хотели. Ничего, покончите с этим делом, будете тренировать мужиков.

— Я собирался уже переходить, да эти бандюки мне всё обломали.

— Подонки. Тюрьма уже заждалась их.

— Но Розин не собирается играть на ставках. Букмекеры не дают большие коэффициенты на проигрыш нашей команды. Мы давно уже не проигрывали, поэтому по всём рассчётам должны проиграть в скором времени.