Волшебник
Шрифт:
Доктора тоже не оказалось дома. Дверь открыла его жена, сказала, что он уехал на дачу до выходных.
Была среда. И дело не могло перекладываться. Это как поклевка на рыбалке – нужно реагировать сразу. И нет ни одного рыбака, который бы перекладывал улов на потом. Тем более, нельзя забывать про договоренности с Яшей. Этот завтра же выкинет наших барыг с рынка. И плакал наш бизнес.
7
Мы встретились на следующий день, в четверг, в 11:00.
Стремней всех
Размышлял я так. Если я увижу мусоров, которые захотят меня проверить, то я просто выброшу пакет и дам жару. Они меня уж точно не поймают. В школе я был номер один по бегу на длинные дистанции. На машине так нельзя, если нас захотят сдать, то не открутишься. Вычислят по номерам.
Я был не в духе, просто двигался за своими друзьями и воображал, как меня ловят. Да, в тюрьму не хотелось. Поэтому я надеялся на Бога, но понимал, что я плохой мальчик, и Ему незачем мне помогать. Я остановил внутренний диалог и сформировал установку не потакать себе, а настроиться на положительный результат. Это дало свои плоды. Я отвлекся и думал про деньги.
Мы прибыли на место к полудню. Гарик целенаправленно пошел к телефонной будке. На вопрос, был ли он здесь раньше, мой друг ничего не ответил. Скорее, он полагался на интуицию, как и мы с Андрюхой. А интуиция на востоке. Здесь же и первый постулат – все окружающее тайна.
Я стал применять толтекскую систему расчета после одного псилоцибинового трипа. Это было около года назад. И с тех пор я каждый день занимаюсь сталкингом – применяю правило сталкера к четырем постулатам. Это вдохновляет. Я становлюсь ближе к бесконечности. Появляется идеологическая опора. И проясняется вопрос о методе познания. А метод как раз в том, чтобы грамотно сочетать толтекский подход с аналитической психологией, думал я.
Ведь заниматься каждую ночь формальным перепросмотром непросто без аналитической расчистки. Конечно, здесь большую роль играет логика, однако психология Юнга добавляет жизни в отчужденную картину перепросмотра.
Метод познания – это ключевая сила жизни. Какой корабль построишь, так он и поплывет.
Гарик набирал номер уже в шестой раз. Один раз он попал на барыгу, но разговор прервали. Больше дозвониться не получалось. Мы простояли у будки около двух часов, прежде чем Андрюха предложил Гарику идти по адресу.
План изменился, теперь я должен был сидеть возле подъезда и смотреть за шухером.
Мы пришли к нужному дому. Это была сталинская пятиэтажка с четырьмя подъездами. Гарик и Андрюха направились в третий подъезд. У Гарика был нож и травматический пистолет. У Андрюхи – кастет.
Возвращаться домой без плана никто не хотел. Поэтому пацаны решили брать хату штурмом в случае непредвиденных инсинуаций.
Я, безоружный и настороженный, сидел у дома напротив. Не успел я и глазом моргнуть, как пацаны вышли с двумя пакетами. Гарик в
– Ну что там, пацаны, – крикнул я.
– Все нормально, Санек, едем домой.
Они передали мне два пакета общим весом более десяти килограммов. Это я знал наверняка, потому что каждое утро тягал две десятикилограммовые гантели.
– Вы их смотрели, пацаны?
– Трава наша. Забрали все, что было.
– Нас встретил какой-то нарик абхазской наружности. Гарик ему, мы мол с Азизом договаривались о встрече. А он по-русски вообще ни гу-гу. Вот Гарик и достал ствол. Ты бы видел, как он перепугался. "Захатити, захатити", – кричит.
– А хули там, квартира однокомнатная. Мы быстро прошлись, смотрим, а на кухне два пакета стоят. Мы их вскрыли, а там та же шала, которую мы кидаем.
Ну мы этому братку говорим, мы это заберем?
– А он: "Дя-дя, дя".
Так мы взяли пакеты и ушли. Видать, Азиз подготовился. А сам, сто пудов, зассал встречаться, все-таки не коробок плана. Здесь лет на двенадцать.
– Так ты на пробу взял, Гарик?
– Взял, Сань. Вот хочешь, курни.
Гарик протянул слюду от сигарет.
Мы проходили мимо телефонной будки.
– Ну что, пацаны, давай дунем, и в расход. А то вместе стремно.
– Ты хочешь – кури, Сань. Я не буду, – возражал Андрюха.
Гарик был с ним солидарен.
Я не согласился. Мне хотелось покурить и уйти в музыку. Не зря я с собой плеер взял.
Мне пришлось попрощаться с пацанами.
Я остановил внутренний диалог и выкурил косяк молдавской шмали.
Дело было сделано. Осталось довести план до дома.
Мы собрались у Андрюхи в квартире. Он жил на первом этаже, и у него была комната с балконом, где имелся скромный погреб. Это его папик постарался – безвозмездно экспроприировал два квадратных метра в подвале нашего дома.
Говорили мы только по делу – где хранить, как делить деньги. Я не мог оторваться от этой кучи. Плана было действительно очень много.
– А ведь его же нужно еще и приготовить, – отрезал я. – Какая работа проделана.
– Ну, конечно, не в мешках же он растет, откликнулся Андрюха.
– Итак, братва, давайте систематизируем нашу деятельность. У нас теперь куча плана, Азиз и потенциальные клиенты. Для бизнеса не хватает цели.
– Давайте просто копить. А потом, может, и что назреет. Ну на палатку у нас точно набежит. А там по ситуации будем решать. Зачем сейчас опережать события. Ведь денег еще нет. Я план у себя хранить не могу. Во-первых, – запах. Ну а во-вторых, у меня комната, можно сказать, на двоих с сестрой, – закончил Гарик.
– Смотрите, пацаны, – начал я. – Большую часть прячем у Андрюхи в погребе. Картофельный мешок переберем и траву снизу положим. Остальное я беру себе. Ну, скажем, килограмма три. Сейчас покупки хорошие. Я думаю, он быстро разойдется.