Шрифт:
ВОЛШЕБНАЯ ПЛАНЕТА
Когда человек приезжает в Африку, его не спрашивают: «Ну, как, жарко? Пить, небось, хочется»? Это само собой разумеется, и никто не будет задавать вам подобные глупые вопросы. Но почему-то все помешались на крокодилах. Быть в Африке, и не видеть крокодила…
Но вот я уже неделю в этой тропической стране, а крокодилами и не пахнет. Почему так получается – вроде всё уже повидал: негров, пальмы, обезьян, кокосы, бананы, акации, настурции, львов в клетке и даже акул
Кто-то тронул меня за плечо. От неожиданности я вздрогнул. Передо мною стоял сморщенный худой старикашка, в расписном восточном халате и издевательски похихикивал:
– Ну как, крокодилов не видел? Как они, плавают?
Этот вопрос мне задавали в течение недели сотню раз и я готов был наброситься с кулаками на всякого, кто рискнул бы его повторить в сто первый. Старик видно почувствовал это и предупредительно взял меня за руку:
– Да ты не расстраивайся, – утешил он, – я тут уже двести лет, и тоже не видел…
Врёт, подумалось мне. Но как виртуозно и убедительно!
Что-то скользкое шлепнулось к нашим ногам. Подняв головы мы увидели обезьяну, висящую на хвосте и пуляющую в нас банановой кожурой. Вторая обезьяна, сидящая на верхушке пальмы ловко целилась в старика недозрелым кокосовым орехом.
– Повесь на место! – приказал тот, но было поздно: орех, нацеленный умелой рукой, сорвавшись, со свистом полетел прямо ему в макушку. Опоздай я на мгновенье, не было б этой удивительной истории. Ничего бы не было. Но я не опоздал и схватил орех, подобно баскетбольному мячу у самого стариковского носа. Тот издал вопль радости и пустился вприсядку.
– Акара-бакара – повторял он, выделывая замысловатые коленца.
Я подумал, что ему очень хочется попробовать орех и уже приготовился расколоть его о камень, как он вдруг вырвал его у меня и бросился к заливу.
Утонет еще, подумал я, и кинулся вслед за ним. Добежав до перевёрнутой лодки он внезапно остановился и подозрительно оглядевшись, заявил:
– Это планета!
«Бредит», пронеслось у меня.
– Это волшебная планета! – повторил он и спрятал орех в сумку.
Тут какая-то странная догадка осенила меня. Ну да, ведь этот старик похож…Он похож…
– Да джин я, джин, чего тут гадать! – неожиданно представился он.
– А разве…
– Бывают, бывают, – уверил старик – в жизни все бывает. И джины тоже. В этом нет ничего странного. Но то, что у меня в сумке – действительно чудо из чудес! Это волшебная планета! Ты, можно сказать, спас меня и уж тебе-то я открою эту тайну. Ровно сто лет я ожидал этого мгновенья. Да-да, еще сто лет назад я знал, что в этот день, в эту минуту и секунду, у меня будет эта планета! И чудо свершилось, хотя чуть не стоило мне жизни – эта обезьяна совсем не умеет обращаться с волшебными планетами. Она едва не прошибла мне голову…
Потом мы с ним долго сидели на перевернутой лодке. Я угостил его пирожками с капустой и он сказал, что ничего в жизни не ел вкуснее, даже за столом
Это, действительно была планета! Там были горы, леса и моря, города и страны. И были люди. Они жили своей жизнью. Радовались и печалились и нисколько не подозревали, что окружены другими людьми, то есть нами. Это были крошечные люди, и видеть их можно было только через специальные очки…
В стране также проживали волшебники. Если бы все волшебники были добрыми и справедливыми – незачем было бы рассказывать ни эту, ни вообще никакую другую истории. Но в том-то и дело, что волшебники не знали какие они. У них не было эталона добра или зла. Они были просто волшебники и могли выполнить любое свое желание. Для этого не надо было бормотать таинственные заклинания – кукабарра-мукабарра…не надо было трясти волшебной палочкой, тереть медную лампу или срывать лепестки цветика-семицветика. Ничего этого у волшебников и не было. Чтобы выполнить своё, даже самое трудное желание им достаточно было на минуту закрыть глаза и представить чего они хотят.
Волшебников было двое. Одного звали Хронос, другого Хомо.
Хронос был старше и много опытней. Хомо, можно сказать, был его учеником, правда способным, из молодых, так сказать, да ранних, и всё-таки он не знал многое из того, чем свободно владел Хронос. Они сидели у подножия горы и жарко спорили.
– Давай поднимемся на вершину горы и осмотрим чудесную долину, что скрывается за ней.
– Зачем? – упорствовал Хронос – давай лучше снесем гору и от же самый чудесный вид откроется нам без всяких трудностей.
– Неужели тебе не жаль этой прекрасной горы с ее пещерами, ручьями водопадами и лесами? – доказывал Хомо.
– А чего ее жалеть, в любой момент мы можем создать еще более прекрасную вершину – хоть до самого неба!
Вдруг рядом с ними захрустел валежник и раздвинув кусты на поляну выкатился огромный бурый медведь.
– Не согласен! – зарычал он. Волшебники опешили.
– С чем это ты, мишенька, не согласен? – стараясь выиграть время протянул Хронос.
– На небе жить не согласен! – снова зарычал медведь, запихивая в пасть горсть малины с ближайшего куста.
– А чего это мы с ним разговариваем? – пришел в себя Хомо. Будет тут нам всякий медведь указывать как себя вести…Давай братец Хронос, разрушай эту гору или наращивай до небес – мне все равно…
– А мне не все равно! – проревел медведь. Он уже справился с малиной и встав на задние лапы двинулся к спорщикам.
Хронос на минуту зажмурился, и когда он снова открыл глаза картина заметно изменилась: гора превратилась в огромную скалу, вершиной упирающуюся в небо. На самой верхушке её сидел медведь и недоуменно водил мордой. С подножия он казался ничуть не больше муравья. Волшебники дружно рассмеялись: впредь косолапому наука. И чтобы он при спуске особо не скучал, подбросили ему бочонок меда.