Волшебная чаша
Шрифт:
Когда страшная волна бросила корабль в водоворот, Рамананда подпрыгнул и ухватился за толстый сук дерева. И в этот же миг корабль исчез в морской пучине.
Храбрый воин взобрался на самую вершину невиданного дерева. В какую бы сторону он ни посмотрел, — всюду виднелся только бушующий океан.
Перед вечером к океанскому дереву начали слетаться орлы.
Рамананда спрятался между густыми листьями и ждал, что будет дальше.
И вдруг он услышал, что орлы разговаривают на человеческом языке.
— Где
Наконец раздался оглушительный шум: это прилетел царь птиц. Увидев его, орлы стали спрашивать, где он был и почему так задержался.
— Я летал сегодня в Счастливый город, — ответил орел-великан. — Завтра на рассвете я опять полечу туда.
Когда царь птиц уснул, Рамананда привязал себя поясом к его спине и стал дожидаться рассвета.
Как только взошло солнце, царь птиц взмахнул крыльями и полетел над океаном. Орёл был таким огромным, что даже не почувствовал на своей спине человека.
Вскоре Рамананда увидел вдали зелёный остров и на нём — город. Орел летел всё ниже и медленнее и, наконец, опустился на зелёный луг. Воин незаметно спрыгнул в высокую траву и поспешил в город.
Воздух Счастливого города был наполнен чудесным благоуханием цветов, и Рамананда то и дело слышал радостные песни и беззаботный смех жителей. Здесь не было ни золотых домов, ни жемчужин на улицах. Все жители работали, каждый был занят своим делом.
Увидев какого-то горожанина, Рамананда подошёл к нему, поклонился и спросил:
Как пройти мне к царю этого города?
— Следуй за мной, чужеземец, — сказал горожанин. — Я доведу тебя до жилища нашей правительницы.
И он повёл Рамананду по улицам Счастливого города. Они шли и с каждой минутой Рамананда удивлялся всё больше и больше. Ещё бы! Он нигде не видел нищих, не слышал криков избиваемых рабов, на улицах не умирали голодные, не стонали больные.
— Почему я не вижу рабов в вашем городе? — спросил он наконец. — Кто же обрабатывает поля богатых людей, кто пасёт их скот?
— У нас нет рабов, — ответил удивленный горожанин. — Все люди Счастливого города свободны и равны. И каждый имеет столько земли, сколько он может обработать.
— Позволь мне задать тебе ещё один вопрос. Почему до сих пор не встретились нам нищие и голодные? Разве вы не позволяете им ходить по улицам.
— О каких нищих и голодных ты говоришь, чужеземец? Земля наша даёт столько риса и пшеницы, на пастбищах наших пасётся столько скота, что жители Счастливого города даже и не знают, что такое голод.
Опять удивился Рамананда:
— Но разве вся эта земля и скот, и пастбища не принадлежат князьям?
Ответил горожанин:
— Непонятные вопросы задаёшь ты мне, чужеземец. Может быть, наша правительница
Войдя в хижину, Рамананда увидел правительницу. Лоб её до самых глаз был закрыт покрывалом.
— С какими мыслями прибыл ты к нам, чужеземец? — спросила правительница.
— Меня привела сюда любовь! — ответил воин.
И он поведал правительнице о всех своих приключениях.
— Точно ли так хороша дочь раджи, как ты рассказываешь? — усомнилась правительница.
— Госпожа моя! Лотос вянет от зависти к её красоте! Свирепый тигр готов лизать ей руки! Солнце не может налюбоваться голубой родинкой над бровью Лилавати!
— Что, что ты сказал, чужеземец? — воскликнула правительница. — О какой родинке ты говоришь?
— У прекрасной Лилавати над левой бровью сияет родинка, подобная крошечному лепестку душистой розы.
Ни слова не говоря, правительница сорвала с себя покрывало, и Рамананда увидел над её левой бровью точь-в-точь такую же родинку, как и у дочери раджи.
— Госпожа моя! — закричал он. — У тебя такая же родинка!
Правительница горестно закрыла лицо руками и долго сидела молча. Потом она печально взглянула на Рамананду и молвила:
— Знай же, благородный человек, что Лилавати — моя дочь. В час своего рождения она была похищена злым духом. С тех пор не было такой минуты, когда бы я не тосковала о ней.
— Значит, Лилавати не дочь жестокого раджи Брахмапура? воскликнул Рамананда. — Как же она попала к нему?
— Когда злой дух уносил Лилавати, он крикнул мне: «Раджа Брахмапура вернет тебе дочь, если ты отдашь ему в рабство всех жителей своего города!» Посуди сам, — могла ли я это сделать?
Правительница протянула к Рамананде руки и прошептала:
— Верни мне мою дочь! Верни мне мою Лилавати, и я — буду твоей рабыней до конца моих дней!
— Прикажи, госпожа, приготовить к полудню корабль. И пусть тысяча храбрых воинов Счастливого города спрячутся в трюме этого корабля.
Всё было сделано, как приказал Рамананда, и он повёл корабль к берегам Брахмапура.
Тридцать дней был корабль в пути; на тридцать первый Рамананда сошёл на родной берег. Воинам Счастливого города он приказал оставаться на корабле.
Во дворце раджи он увидел похудевшую и бледную Лилавати.
— Как долго тебя не было! Я боялась, что ты погиб! — воскликнула Лилавати. — Нашёл ли ты Счастливый город?
— Нашёл, повелительница моя! Он называется так потому, что нет в нём рабов и нищих, голодных и бесправных. Нет и этом городе ни тюрем, ни пыток, ни казней.