Волки Черногратца
Шрифт:
— Волки! — воскликнул барон.
Их музыка тут же слилась в один бушующий вихрь, казалось, вой доносился отовсюду.
— Сотни волков, — сказал гамбургский торговец, который был человеком с развитым воображением.
Побуждаемая
— Оставьте его открытым, — сказала старуха голосом, который при всей его слабости выражал приказ, которых баронесса никогда прежде от гувернантки не слышала.
— Но вы умрете от холода! — убеждала она.
— Я в любом случае умру, — раздался голос, — и я хочу послушать их музыку. Они пришли издалека, чтобы спеть смертную песню моего семейства. Как хорошо, что они пришли; я — последняя из фон Черногратцев, я умираю в нашем старом замке, и они пришли, чтобы спеть мне. Слушайте, как громко они зовут!
Волчий вой все еще разносился в зимнем воздухе, и затяжные, пронзительные раскаты его, казалось, окружали замок; старуха лежала на кушетке, и взгляд
— Уходите, — сказала она баронессе, — я больше не одинока. Я — часть великого древнего рода…
— Я думаю, она умирает, — сказала баронесса, возвратившись к гостям. — Полагаю, нам следует послать за доктором. И что за ужасный вой! За такую похоронную музыку я бы не заплатила большие деньги.
— Эту музыку не купить ни за какие деньги, — сказал Конрад.
— Слушайте! Что это еще за звук? — спросил барон, когда раздался треск и шум падения.
Это было дерево, рухнувшее в парке.
На мгновение воцарилось принужденное молчание, а затем заговорила жена банкира:
— Сильный холод иногда раскалывает деревья. Как раз холод и выгнал волков в таком количестве. У нас уже много лет не было такой холодной зимы.
Баронесса тотчас же согласилась, что причиной всего случившегося был холод. Холодный воздух от открытого окна стал причиной остановки сердца, которая сделала ненужным вызов доктора к старой фройляйн. Но уведомление в газетах выглядело очень хорошо:
«29-го декабря в замке Черногратц скончалась Амалия фон Черногратц, давняя и дорогая подруга барона и баронессы Грюбель».