Волк
Шрифт:
– Эти...
– Гарн искоса метнул взгляд на губернатора, - составляют "нойо"?
– Только главные семьи, - сказал Джим.
– Обычно они занимаются этим лишь ради того, чтобы чем-то заниматься, потому что подсознательно в них не возникает желания вредить друг другу, вне зависимости от того, насколько они убеждены, что должны отстаивать свои права до последнего. Но все дело в том, что "нойо" никогда не доверяют друг другу. Когда этот солдат, очутившийся на территории Клуфа, был захвачен и допрошен, Клуф немедленно пришел к выводу, что его предал кто-то на Тронном
– Понятно, сэр, - сказал Гарн. Потом он с секунду молчал.
– А что сейчас, сэр?
– Сейчас, - хмуро сказал Джим.
– Нам надо вернуться на Тронный Мир как можно быстрее.
– Сэр!
– воскликнул Гарн.
После этого он не произнес ни одного слова. Джим с Адоком также сидели в молчании. В маленьком аэроплане наступила тишина, пока губернатор, придя в сознание, не начал оплакивать своего погибшего брата, шепча имя "Клуф" и жалобно всхлипывая.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
1
Корабль, на котором Джим со Старкиенами прилетел сюда, был уменьшенной копией того, на котором они прилетели с Альфы Центавра III на Тронный Мир. Все же, он был достаточно большим, чтобы разместить полк солдат, а принцип его действия был достаточно простым и экономичным, как и все у Высокородных. Командир корабля просто представлял себе в уме место назначения, а все остальные расчеты, вплоть до самых сложных, проделывал сам корабль. Когда они снялись с Тронного Мира, корабль направлял Гарн II, так как Джим не знал места назначения. Но сейчас, когда они летели обратно, Джиму помощь была не нужна. Он мог просто представить в уме любое место на Тронном Мире - хоть свою собственную комнату - и корабль опустился бы точно там. В уме Джима возникла яркая картина и корабль устремился в пространство.
Перед самым приземлением он отозвал адъютанта и Адока в сторону.
– Адъютант, - обратился он к Гарну, - я хочу, чтобы вы оставили своих людей на корабле, когда мы приземлимся. Вам не надо возвращаться в казармы и посылать рапорт о своем прибытии. Подождите в корабле, пока я не позову вас.
Гарн стоял неподвижно, долгое время не произнося ни слова.
– Это против обычных правил, - наконец произнес он.
– Скажите, это приказ?
– Да, приказ, - подтвердил Джим.
– В таком случае, - продолжал Гарн, - единственное, что может служить причиной его невыполнения - другие приказы Императора, или предположение, что пребывание на корабле противоречит желанию Императора. После того, что с нами случилось, я не думаю, что этот ваш приказ может противоречить желаниям Императора.
– Можете мне верить, адъютант, - медленно проговорил Джим.
– Я забочусь только о благополучии Императора. А этого можно достигнуть, только если вы
– Сэр, - многозначительно сказал Гарн.
– Вы возвращаетесь к себе?
– Да, - подтвердил Джим.
– И беру с собой Адока.
Он коснулся руки последнего и переместил его в свою комнату. Его квартира была пуста. Джим немедленно отправился к Ро.
Ро была у себя и возилась с питомцами - своими и Афуан, - подрезала когти у какого-то обезьяноподобного создания. Но вид Джима вызвал у нее такой взрыв чувств, что она отбросила свои инструменты и буквально забыла о них.
– Джим!
– вскричала она.
– О, Джим!
Он на секунду прижал ее к себе, затем легонько оттолкнул назад. Наконец, нежно поглаживая ее по голове, освободился из ее объятий.
– Прости, - нежно сказал он, держа ее руки, - но мне надо спешить.
Она захихикала, почти зло, не обращая внимания на то, что он держит ее руки. Ее глаза окинули его фигуру.
– Это твоя Старкиенская форма? Какой ты в ней большой! Скажи, эти полосы, которые ты носишь, все еще заряжены?
– Да, - ответил Джим, не понимая, что вызвало у нее такую реакцию и надеясь, что спокойный ответ успокоит ее.
– Да?
– она опять захихикала.
– Сокруши эту стену! Покажи мне!..
И она внезапно смолкла и разрыдалась.
– Нет, нет! Что я такое говорю!
– Внезапно ее истерика прекратилась, и она храбро взглянула на него.
– Что такое, Джим? Ты выглядишь обеспокоенным!
– Обеспокоенным?
– Джим отпустил ее руки.
– Не совсем так, но вполне возможно, что тут есть из-за чего беспокоиться. Скажи мне, Ро, что на Тронном Мире голубого цвета?
– Голубого? Ты имеешь в виду голубой цвет?
– переспросила она.
Он кивнул головой.
– Но.. мы обычно носим белые одежды. Ты это знаешь. Иногда немного красного. Не думаю, что сейчас ты найдешь на Тронном Мире что-нибудь голубое, разве что несколько сувениров, которые некоторые Высокородные привезли с собой из иных миров.
– Подумай, - сказал Джим.
– Постарайся вспомнить.
– Но ведь действительно ничего... О!
– остановила она сама себя, разве что ты хочешь, чтобы я перечислила тебе очевидные вещи. У нас голубое небо и голубая вода. Ох, да...
– она улыбнулась.
– У нас есть еще Голубой Зверь Императора, спрятанный где-то в дворцовых покоях, если тебе и это необходимо знать.
– Голубой Зверь?
Вопрос был задан так резко, что Ро побледнела.
– Ну да, Джим, - сказала она, уставившись на него, - но это ничего не значит. Это просто игрушка, которой он забавлялся еще ребенком. Только потом ему начали сниться кошмары о ней, и игрушку спрятали подальше... Я не знаю, кто ее спрятал и куда, и думаю, что сейчас этого никто не знает уже. Но дело дошло до того, что Императора раздражало абсолютно все, что имело голубую окраску. Поэтому, где бы ни был Император, он никогда не увидит ничего голубого - все вещи этого цвета убираются от него. Почему это так важно для тебя?