Волхв
Шрифт:
— Серая куртка, черные спортивные штаны, — проговорил он в трубку. — Я тут немного бороду отрастил и усы, так что пусть не удивляются. В руках спортивная синяя сумка.
— Усы вполне подходят для маскировки, — ответил начальник службы безопасности. — Я вас понимаю, мне Груздев рассказывал о том, что вас пытались убить. Приедут те же парни, что вас забирали в прошлый раз: Серый и Крест. Так что вы их сами узнаете.
— Хорошо, — ответил Тихомир. — Значит, буду ждать на перроне, город я ваш плохо знаю.
— Договорились. Они должны успеть к подходу поезда.
В трубке послышались короткие
Буров чувствовал себя виновным в его смерти, хоть и понимал, что не он его убил, а неизвестный ему человек, который сейчас спешно уходил с перрона. Тихомир запомнил его ауру на тот случай, если придется еще встретиться. Своих врагов лучше знать, тогда станет меньше неприятных встреч. Конечно, это он дал приметы бомжа. Мог бы дать свои, но тогда бы умер он. Трудно сказать, на чаше весов, чья жизнь стоит дороже, его или бомжа. Но тот хоть умер легко. А еще… Буров пообещал сам себе, что проводит душу в небесный чертог. Без него душа бомжа вряд ли бы туда добралась, она была исковеркана и изломана, так что шансов у бедняги почти не осталось. И по большому счету тот даже выиграет от своей ранней смерти, потому что не сможет загубить свою душу до конца. Впрочем, бомжи долго не живут, либо замерзают, либо травятся гнилыми продуктами и паленой водкой, либо умирают от цирроза печени после той разнообразной дряни, которую пьют и едят.
Странник остановился в таком месте, откуда мог видеть все происходящее, из-за угла выскочили два санитара с носилками и бегом побежали к толпе, которая быстро редела, расталкиваемая полицейскими, больше десятка появившихся неизвестно откуда. Два стража порядка опрашивали потенциальных свидетелей, еще двое помогали санитарам уложить труп на носилки. Потом он заметил, как со стороны вокзала по перрону пробежал Серый, расталкивая зевак, он посмотрел на тело бомжа, которого уже уложили на носилки и накрыли простыней, и, побледнев, вытащил телефон. Продолжения Тихомир ждать не стал, влился в быстро уменьшающийся поток пассажиров поезда, прошел на площадь, там сразу увидел знакомый черный джип, подошел к нему и сел на заднее сиденье.
— Слышь, мужик, — не поворачиваясь, буркнул Крест. — Ты, кажись, машину перепутал. Я же тебя щас раскатаю и сожру вместо повидла с хлебом.
— Да? — удивился Буров. — Силен ты, парень, уже людей ешь на завтрак. Я даже боюсь спрашивать, чем ты обедаешь….
— Тебе скажу, ем много, и мясо очень люблю, а мне Сергей сказал, что ты траву жуешь для здоровья, и не мычишь при этом, — Крест рассмеялся, наконец-то его узнав. — Здорово, село! А Серый тебя на перроне ищет. Психует наверное. Щас я ему позвоню.
— Звонить не надо, — Тихомир показал в сторону вокзала. — Вон он
— А… — водитель отвернулся. — Тогда ладно.
Серый быстро подошел к машине, влез на переднее сиденье и мрачно приказал:
— Езжай в контору. Опоздали мы, грохнули нашего гостя, которого должны были встретить. Говорил тебе, езжай по Советской улице, а ты мне вчесывал, что быстрее по Ленинградке. Если бы свернул туда, куда я сказал, не попали бы в пробку, глядишь и знахарь был бы жив. А теперь ментяра бывший стружку с нас снимать будет, а за что непонятно, мы то тут при чем?
— Как грохнули? — поразился Крест, от удивления у него даже челюсть отвисла. — Когда успели?
— Ты машину заводи и трогай, — сказал Серый. — Не стоит внимания привлекать, так и дешевле, вон уже полицейские нарисовались, помяни черта и вот он. А вот тебя не спросив, взяли и грохнули. Подошли сзади и пустили пулю из пистолета с глушителем прямо в голову. Работал сразу видно профессионал. Никто ничего не видел, выстрела не слышали, только труп заметили. Кстати, я странника узнал только по одежде, у него вместо лица остались одни ошметки. Гони!
— Круто! — покивал водитель, заводя джип и трогаясь с места. — А теперь расскажи, кто у нас на заднем сиденье сидит?
— Ты это сейчас о ком? — Сергей оглянулся и, снова побледнев, пробормотал. — Здрасьте. Так это не вас там киллер завалил?
— Здравствуйте, Серый, — улыбнулся Тихомир. — Не волнуйтесь вы так. Меня это там убили, вы не ошиблись. Так всем и говорите. Крыса у вас завелась, а может и не крыса, а ухо лишнее. Вы когда последний раз машину на прослушку проверяли?
Серый вытащил телефон, но Буров ему не дал позвонить.
— Никуда не надо звонить, а то нас всех убьют. Переговорите со своим начальством после того, как проверите машину на жучки.
Сергей с сожалением посмотрел на телефон, потом приказал Кресту.
— Гони все-таки на Советскую, там у меня друган есть, он соображает в электронике. Мы уже не раз к нему обращались, если что-то в машине есть, он найдет.
Они проехали по одной улице, потом свернули на проспект, потом еще на один, завернули в небольшой переулок и заехали в большой гараж. К ним сразу вышел работяга в спецовке. Серый вышел из машины, что-то тому сказал и тот ушел. А еще минут через пять появился высокий молодой парень в строгом деловом костюме с ноутом и каким-то приспособлением похожим на локатор. Он поздоровался с Сергеем и Крестом, бросил рассеянный взгляд на Тихомира и отвернулся. Открыл ноут, поставил его на капот и начал обходить с прибором джип. Электронщик почти сразу нашел то, что искал: сначала из-под капота вытащил небольшой датчик, а потом из салона, аккуратно сняв обивку, достал жучок.
— Все, больше ничего нет, — сказал он. — С вас пятьсот баксов. Технику шпионскую заберете? Если нет, то триста.
— Да нам зачем, сам играйся, — Серый расплатился, подошел к Бурову, уважительно пождал руку и проговорил.
— Ну, ты, Странник, голова. Снова удивил.
— Ага, — произнес Крест, хмуро разглядывая оторванную обивку. — Сделало город село. По чесноку доказал, кто чего стоит! Уже жмуром успел стать, а только приехал…
Серый снова достал телефон, но Тихомир снова не дал ему набрать номер.