Волхв
Шрифт:
— Хорошо, — Петр Порфирьевич вышел из салона и полной грудью втянул воздух, пахнущий хвоей. — Тишина, природа… Мне тут нравится.
Сыроежкин тоже поехал с нами. Шагая к парадному крыльцу я заметил, как Виталик общается с прорабом. В руках у прораба, крепкого седовласого мужика лет пятидесяти, находился планшет. Время от времени прораб тыкал пальцем в экран, а затем указывал то на крышу дома, то на пристройку с Источником, то еще на что-нибудь. Сыроежкин кивал, изредка задавая вопросы по существу.
Бронированная дверь, отделанная дорогими сортами древесины, уже стояла на месте, но строители не успели подключить ее к домофону и электронной
Внутри пахло краской и свежим ремонтом.
Еще на подъезде к особняку я заприметил несколько крытых грузовиков с логотипами мебельных фабрик Фишера и Мельцера. Вдоль стен холла громоздились штабеля деревянных панелей в картонной упаковке, скрепленные пластиковыми лентами. По лестнице, ведущей на второй этаж, грузчики тащили что-то громоздкое. Отовсюду доносились стуки, грохот, визг шуроповертов. Бросив мимолетный взгляд в панорамное окно, я увидел, как перед домом паркуется очередной фургон с ромбовидной коричневой эмблемой белорусского «Гефеста». Значит, подъехали вытяжки и варочные панели.
На второй этаж мы подниматься не стали. Я решил не путаться под ногами у сборщиков и наладчиков оборудования — пусть спокойно выполняют свою работу. В крайнем случае, проверкой займется Виталик. Чтобы пройти в «историческую часть» комплекса, нам потребовалось свернуть в коридор галерейного типа, одна сторона которого была стеклянной.
Здание получилось большим.
Вместительным.
Достигнув юго-западного угла здания, я свернул налево — в широкую арку, которая выводила в небольшую рекреационную зону. Здесь тоже хлопотали строители. Двигали мебель, переставляли кадки с растениями.
Меня сопровождали Арина, ее отец, Рэйден и мастер Фэн.
Очередной поворот.
Утепленная галерея выводит нас в ту часть особняка, которую реконструировали с особой тщательностью. Архитекторы и строители сверялись с изображениями из архивов, восстанавливая облик усадьбы Аракчеевых. Весьма скромной, к слову, усадьбы. Насколько я понял, здесь находился охотничий домик, в котором граф бывал исключительно наездами. Пристройка получилась двухэтажной, с отдельным входом, собственными гостиной, кухней, столовой и тремя санузлами. На втором этаже располагались спальни, библиотека, бильярдная и открытая терраса для барбекю. Там же находилась летняя обсерватория — небольшое помещение с телескопом, раздвигающимся куполом, звездными картами и компьютером. Модное веяние среди аристократов.
Мы поставили контейнеры с артефактами возле камина в холле и начали раскладывать таблички мастера Фэна по периметру помещения. Каждая табличка представляла собой пластину с выгравированными символами, вписанными в сектора пересекающихся геометрических фигур. Насколько я мог судить, символы были арабскими. Когда раскладка была завершена, Вэйдун Фэн обошел периметр, убедился, что все артефакты на положенных местах и подал знак остальным. Мои спутники удалились из холла, оставив меня в полном одиночестве.
Топаю в центр.
Именно здесь, если верить техрегламенту, бьется незримое сердце родового гнезда. Источник девятого уровня, который мне надо подчинить своей воле.
Сажусь на пол.
Закрываю глаза.
И тянусь разумом к энергетическому омуту, заполненному взвесью.
Глава 18
— Вставай!
Открываю глаза.
В комнату врывается Рэйден.
Я едва успел расслабиться после успешной инициации. Ну, если быть
Эйфория.
И тут — Рэйден.
Учитель не просто рявкнул «вставай», он вломился в мое ментальное пространство, затопил его страхом и ужасом. Шок от пережитого выдрал меня из цепких объятий Источника.
Обнаруживаю себя лежащим на толстом ковре в центре холла. Руки и ноги разбросаны, рот оскален в блаженной улыбке идиота.
— Вот почему корректировщики не пользуются гребаными Источниками, — сенсей схватил меня за руку и мощным рывком поднял на ноги.
Качнувшись, я с трудом удержал равновесие.
— Сколько времени прошло?
— Пара часов, — отмахнулся учитель. — Проблема не в этом.
Мы уселись на широкий диван.
Холл наполнился голосами людей.
Арина, целитель Ринпун, Власов, Сыроежкин.
— Что случилось? — непонимающе гляжу на своих друзей и близких.
— Плохо всё, — буркнул Рэйден. — Твари в Империуме.
— Что?
Виталик протянул мне планшет.
Закладка с выпуском двенадцатичасовых новостей, которые я пропустил. Эйфорию и радость от подчинения Источника Тиба-дзё как рукой сняло. Твари, словно почуяв неладное, ускорились. Совершили резкий бросок в Империум, игнорируя Западную Европу, Индию и Сёгунат. Вопреки моим прогнозам, которые теперь можно отправить на помойку истории. Хищники вторглись одновременно во все регионы — ошеломляющей волной, которая сметала всё на своем пути. Дредноуты с новыми интерфейсами, призыватели, бронеходные войска — никто не мог остановить нашествие. Всё, что я выстраивал на протяжении последнего года, рушилось.
Диктор вел непрерывный онлайн-репортаж, за его спиной целые губернии окрашивались красным. Зеленых и желтых оттенков становилось всё меньше. Десятки тысяч тварей вторглись в российские города — они жрали и разрывали на части всех без разбора, включая одаренных. Император объявил военное положение, поставил под ружье всю армию, но войска попросту не успевали развертываться и реагировать на многочисленные угрозы.
Прямо сейчас мою страну уничтожали.
Чудовищное дежа-вю.
Словно я, молодой и неопытный волхв, смотрю новости в том, старом мире, и понимаю, что реальность уже никогда не будет прежней.
Пальцы чуть ли не до хруста сжали чехол планшета.
Виталику позвонили, и мой снабженец, извинившись, отошел в сторону. Вернулся он достаточно быстро.
— Сергей.
Поднимаю глаза.
— Шагателей привезли.
— Займись разгрузкой, — приказываю я.
И вновь трогаю сенсор.
Мне не дают покоя векторы распространения тварей. Хищники ведут себя необычно, но что с ними не так? Я пересматриваю фрагмент новостей, в котором диктор указывает на интерактивную карту, раскрашенную в три цвета. Появляются стрелки предполагаемых линий удара. И до меня доходит. Волна вторжения зажимает в кольцо мой регион. Ну, и Питер за компанию. Где-то военные сопротивляются. Архимаги, объединившись в круги, выжигают заразу, но прибывает новое полчище и сметает волшебников в хлам. Через шесть часов накроет Тиба-дзё. Через восемь — «Звенящие кедры». Через девять — императорский дворец.