Волхв
Шрифт:
— О чем это вы воркуете? Клеишься к моему мужу, сестренка?
— Вот еще, — фыркнула Варвара. — Он не в моем вкусе.
Издаю легкое покашливание:
— Я всё еще здесь.
Арина поставила поднос с чашками на журнальный столик и присоединилась к нашей компании.
— С мятой? — промурлыкала Варя.
— Сережа смешивал, — улыбнулась жена. — Я просто кипятком залила.
Мягкие шаги возвестили о том, что по лестнице спускается Рэйден. Не иначе, следил за нами с помощью «телезрения».
— Ты им уже рассказал?
Ясно.
В доме корректировщиков понятие «тайна» не существует.
— Мог бы
Сенсей даже не удостоил меня ответом. Просто сходил на кухню, погремел посудой и вернулся в гостиную с чашкой. Арина тут же наполнила сосуд душистым травяным напитком.
Ловлю на себе пристальные взгляды.
— Ладно, — делаю глоток, собираюсь с мыслями. — Наша жизнь усложняется, дамы и господа.
И я вкратце пересказал содержание беседы с Василием Тьмой. Девушки слушали внимательно, Рэйден откровенно скучал.
— Что ты намерен делать? — задала прямой вопрос Арина.
— Когти — прежде всего. Формально я выполню приказ. Помогу истребить хищников, если они нападут на город. Почую угрозу для нашей безопасности — отведу отряд.
— Моего отца заставят воевать за Новгород, — задумчиво произнесла Варя.
— Похоже на то, — сделав очередной глоток, я выразительно посмотрел на сестру Арины. — Есть только один выход. Объединение родов.
— Отец не станет тебе подчиняться, — покачала головой Варвара. — Он слишком гордый. Почему, думаешь, он в клан не вступил? Приглашали ведь.
— У него есть дочери, — заметил я, глядя в окно поверх головы Рэйдена. — Придется расставлять приоритеты.
Глава 11
Сыроежкины арендовали компактный таунхаус на пару с родней мастера Фэна. Раз уж нынче воскресенье, и на занятия мне идти не нужно, я решил наведать старого друга. Обсудить кое-что, связанное с нашим общим бизнесом.
Таунхаусы отдельной группой стояли на окраине поселка.
Мне стоило больших усилий отмазать Виталика от службы в клановых войсках одного московского князя. Непутевые предки моего управляющего додумались ради учебы в Четырех Столпах подписать кабальный контракт, обязывающий Сыроежкина-младшего после окончания Некроситета пополнить личную гвардию клана Глинских. Как вы понимаете, обучение за чужой счет — штука серьезная. Это и финансовые обязательства, и репутационный ущерб Глинским в случае разрыва контракта. К счастью, мне удалось убедить князя в том, что боец из Виталика никудышный, а понесенные убытки я готов компенсировать за свой счет. Переговоры отняли много сил. Князь носился по всему миру, в Империуме бывал редко, а всю текучку навесил на взрослых сыновей. В итоге мне удалось пересечься с Аркадием Глинским на новогоднем балу у Алмазовых, где и состоялся судьбоносный для моего друга разговор. Князь выпил шампанского и, будучи в приподнятом расположении духа, пошел мне навстречу. Разумеется, взяв обещание потребовать ответную услугу в будущем. Мне такие вещи не нравятся, но пришлось поступиться своими принципами ради снабженца.
К слову, именно Виталик руководил стройкой Тиба-дзё. Заказывал материалы, нанимал подрядчиков, выкапывал по всему Сумраку нелегальные и полулегальные артефакты. Я сразу сказал, что для меня главное — эффективность. Церковь Равновесия может катиться к демонам. Возникнут вопросы — будут решать их с Клубом Девятерых. В надвигающейся буре те, кто доверил мне свои жизни, должны
Родители Виталика, приехавшие в Горно-Алтайск из Мексики, неожиданно встретились со мной. Убедить их остаться в России и примкнуть к моему Клану было несложно. В Мексике Арсений Денисович пытался торговать мобильными телефонами и смарт-браслетами, но прогорел. У Нины Потаповны, матери Виталика, так и не получилось стать известной художницей. Сыроежкины надеялись на то, что сын прокачает огненные техники и сделает карьеру в клановой армии. Вышло иначе.
Соглашение я подписал с Арсением Денисовичем.
Долго убеждать никого не пришлось — родители Виталика не горели желанием возвращаться в Мексику.
Что ж, род откровенно слабый и не способный защитить себя без чьей-либо помощи. Ни связей, ни чинов, ни денег. Я готов закрыть на это глаза ради Виталика, без которого моя инвестиционная деятельность попросту развалится. Ну, и с вопросами снабжения Сыроежкин справлялся на «ура». По мелочам я его не дергаю, пусть занимается чудовской крепостью.
Сегодняшний разговор с куратором меня насторожил.
Вот я и решил обсудить с другом отдельные моменты. Навести справки о будущих оппонентах, если можно так выразиться.
До обеда нанести «визит вежливости» я успею.
Главное — не опоздать.
Арина заказала что-то вкусненькое в ресторане и выразила жгучее желание посидеть с родней. Часа через полтора подкатит Петр Порфирьевич, так что на ловца и зверь бежит.
Поднимаюсь на крыльцо таунхауса и звоню в дверь.
Открывает симпатичная девушка лет двадцати. Стрижка-каре, брючный костюм, минимум косметики на лице. Стройная, примерно одного роста со мной.
— Что вам угодно? — девушка приветливо улыбается.
— Я к Виталику.
— Виталий Арсеньевич занят. Гостей принимать не велел. Изволите передать что-нибудь?
Так.
Похоже, Сыроежкины решили обзавестись слугами. Рановато, как мне кажется, но это их личное дело. Могут себе позволить.
— Изволю. Пусть Виталий Арсеньевич займется более тщательной подготовкой слуг, которые не знают в лицо лидера клана.
Девушка вспыхнула и открыла рот, чтобы возразить, но нас прервал голос отца Виталика:
— Люба, пропустите молодого человека. Это Сергей Друцкий, ему здесь всегда рады.
Служанка посторонилась, и я шагнул в прихожую.
Квартира в таунхаусе была типовой для подобного класса жилья. Просторная гостиная, столовая, кухня, ванная и туалет — на первом этаже. Две спальни, рабочий кабинет и застекленная лоджия — на втором. Ума не приложу, где они поселили служанку. В кабинете? Не в столовой же…
— Добрый день, — протягиваю руку старшему Сыроежкину. — Я звонил Виталику, он трубку не берет.
— Спит Виталик, — буркнул Арсений Денисович. — Полночи за компьютером просидел.
Родители Виталика мне нравятся. Если хотите знать мое мнение, очень демократичные и свободолюбивые родители. Излишне демократичные. Творческие люди, одним словом. Арсений Сыроежкин патологически не способен зарабатывать деньги, но собеседник интересный — с ним можно полдня убить, обсуждая мировую политику, искусство или книги. Нина Потаповна большую часть суток пропадает в рабочем кабинете, временно превратившемся в мастерскую. Краски, мольберты, холсты. Мой друг предоставлен сам себе и не слишком заморачивается самодисциплиной в выходные.