Волею..
Шрифт:
— Леся, бей по пастуху! Он лечит эту тварь!
Пастух сразу же прекратил лечить его, но начал стрелять из лука. Стоп, лук? Лук! Я начал бить быстрее, но и лапа жабы била достаточно сильно и даже через щит наносила мне урон.
— Давайте быстрей, мы получим лук! У нас будет лучник!
Некоторые из бойцов начали бить чаще, другие были уже на пределе. Удары жабы стали более вялыми, неуклюжими.
«Жаборотый цербер убит. Убейте наездника, чтоб захватить комнату.»
Ящерица упала по-собачьи на живот и испустила дух. Хоб же слез со своего скакуна и
«Вы захватили пещеру Жабьих псов. Теперь жабьи псы будут появляться внутри этой пещеры реже и будут не агрессивны для вас.»
— Чер, Леся, пойдем, посмотрим озеро. Если вода ядовитая — хреново. Отравлюсь — лечи, очищай.
Кстати, судя по тому, что свет от огоньков Леси постепенно тускнеет, в них сгорает водород, а это альтернативный способ получения воды, но что-то меня не тянет пить дистиллированную воду, или мешать с чем-то.
Взял в руки немного воды. Чуть солоновата, но пить можно.
«Вы выпили воды из купели жабьих псов. Вода не ядовита, но долго ее пить не стоит, или прокипятите воду.»
Класс. Еще бы кастрюльку или котелок, и можно варить это мясо.
— Мы молодцы. В лагерь. Кто-нибудь сложите кости в инвентарь и положите в лагере, я их потом переберу. Свободны.
— А самому слабо?
— А у самого перегруз. Могу отдать мясо кому-то.
Я напоследок осмотрелся, и на самом деле пещера не была такой уж большой, и откуда столько жаб вылезло в первый день? Из воды что ли?
Сначала мы провели соревнование на лук, его получила Хода. Потом я перебрал кости, среди них было две иглы, ребро, толстая полая кость с отломанной суставной частью. Можно было бы сделать из нее флягу, но воду стоит кипятить. Жаль черепа нет. Также куча небольших тонких костей. Не знаю и знать не хочу, откуда они, но их можно надрезать под углом, обломить, и получить наконечник для стрелы. Я попробовал два раза, и у меня получился «Полый костяной наконечник». Я попробовал нацепить его на веточку из дров, и получил… *барабанная дробь* пять стрел. Почему? Кто знает.
Сделал еще три раза по пять стрел и отдал их Ходе.
— Так, сейчас попробуем пройти в следующую пещеру. Собираемся через пол часа. Кто умеет вышивать? Значит, Чер, давай сюда балахон, Када, попробуй вышить вот этот рисунок, — Я нарисовал самый распространённый в фэнтези знак светлой религии — что-то среднее между глазом и солнцем, — вот нитки, вот иголки. Не знаю, как ты будешь ими шить, придумай что-то.
— Вик, может отдохнем? — спросил Арт.
— Просто
— Без меня, — сказала Леся, — я в ноль.
Как все собрались, мы пошли на разведку. Входя в проем, я опять начал оскорблять шепотом кого-то впереди, но впереди никого не было, к моему облегчению.
— Ни**я не видно, — опять споткнулся в стелсе Сер. Мы уже замечали, что стоит в стелсе споткнуться, или даже просто оступиться, как он спадает, а на рогу летят вся живность в радиусе двух метров.
И да, там были хобы, но уже хобы-разведчики, а не пастухи. Они были живучей и сильней пастухов, но мы били их так же, как и жаб, по двое-трое.
— Мы все. С хобов падают тряпки, а не мясо. Пойдем. Сейчас 16, можете быть свободны до утра.
Когда мы пришли, Када заканчивала делать глаз и начинала делать лучи. Быстро, до зависти.
Тряпки разведчиков были кусками грязной ткани размером около метр на метр. Да и балахон для Чер был сродни свободной рубашки. Одно меня нервировало: эти тряпки очень неровные и местами прогнившие, так что они будут очень неудобны для шитья, да и вряд ли что путное будет с них.
Я сбросил все двенадцать тряпок и отдал на лежаки, хватит на полу спать, а так хоть шестеро из нас будут спать в куче тряпок, вонючих, но сохраняющих тепло. Ну или несколько больше шестерых…
Я решил распределить два очка за 4 уровень между телосложением и выносливостью.
На следующий день было понятно, что все же некоторые решили целомудренно разделить лежаки, и на лежаках спало 8 человек. А еще у всех, кроме меня появилась жажда, которая снижала выносливость. Я сходил к озеру, прополоскал кость-флягу и набрал воды. Каждый выпил по глотку, и она оказалась пустой. В ней где-то литра два, значит всё верно. Надо бы найти, чем заткнуть ее, а то расплещется. Хотя… Убралась в инвентарь. Превосходно, пока не найдем подходящий кусок чего-либо, буду таскать в инвентаре так.
Мы пошли дальше бить хобов, теперь с определенной целью. Всем понравилось спать в тряпках больше, чем на полу, а я собирал их ножи. Плохонькие, из пузыристого металла, но для наконечников должны сгодиться.
Мы набили где-то двадцать тряпок, как увидели новых врагов. Хобы-воины шли с парой разведчиков, но их тряпки были поцелее, но и сами они были помощней. Хотя, используя прежнюю тактику мы уверенно перли вперед. Мы взяли тридцать тряпок разведчиков и пять воинов и пошли в лагерь, так как все устали и проголодались.
Я скинул тряпки, отдал тряпицы воинов Каде, попросил посмотреть, что сможет сделать, а Чер стояла рядом и обнимала балахон. Я решил прочесть его свойства:
«Освященная трофейная рубашка излечения
Носит на себе знак Золотого ока Создателя, изображение светлого наблюдателя. Дает бонус к отношениям с паствой светлых богов. Является символом светлой веры.
Умение «Лечение» исцеляет на 15 % эффективнее.»
— Че обнимаешь то? Надевай! Это же классовая одежда будет!
— Не могу. В ней душно. Перед выходом одену.