Волчья свадьба
Шрифт:
Вспомнив этот момент, Аркадий остервенело смял и отшвырнул недокуренную сигарету – как же все-таки глупо получилось!.. Еще его раздражало то, что он тогда отчаянно струсил. До дрожи в поджилках. Он не желал себе признаться, что в тот момент его сердце колотилось как у загнанного зайца, а голова кружилась от страшного испуга, когда он кустами бежал к главному корпусу, задыхаясь, на слабых, ставших словно ватными ногах…
А потом на остров приехал сыщик. Въедливый такой, дотошный… Самое скверное – из тупых идеалистов, не умеющих видеть своей выгоды и брать деньги, которые, можно сказать, сами в руки валятся. Опер почему-то сразу начал присматриваться именно к нему. Да и струхнувшие компаньоны Аркадия его едва не сдали с потрохами, начав мямлить, что не помнят, был ли
– Ну вы что, ребята, сдать меня хотите? – вопросил он у компаньонов, трусливо прячущих глаза под стол. – Да, на том месте я был и девчонку убитую видел. Но ведь и фишка-то в том, что я ее не трогал, а на меня теперь могут повесить мокруху. Вы представляете, какой это будет удар по нашей губернской элите? Ну что уж вы меня не можете поддержать-то? Если все обойдется путем, обещаю – каждый получит в пансионат круглогодичный бесплатный абонемент. Так как, лады?
И «братаны» из губернской элиты тут же согласились поддержать своего «кореша». Все как один они заявили менту, что Аркадий был рядом с ними неотлучно. А потом, где следует «подмазав» хорошей пачкой баксов, он добился, чтобы настырного опера отстранили от расследования. Да и в областных верхах нашлись добрые души, которые цыкнули и на распоясавшуюся прессу, и на горлопанов из всяких там «обчественных» движений… И, к его большому облегчению, еще недошитое дело об убийстве было похоронено в архиве как «несчастный случай».
Сколько ж тому уже лет? Пятнадцать – не меньше. Говорят, кто-то там даже клялся ему отомстить. Смешно… Кто они такие, эти серые козявки в сравнении с НИМ? С человеком, которому позволено ВСЕ? Никто. Пыль…
Ешкин кот! Сколько ж за прошедшие годы в его жизни было всякого и разного? На сотню блокбастеров хватит. Одни его приключения в роли «бомбилы» чего стоят! Ну а что? Надоели ему все эти добровольно отдающиеся телки. И платные, и бесплатные, из числа сотрудниц холдинга. Захотелось чего-то такого, что кипятило бы кровь бешеным выбросом адреналина. Да, для Аркадия те три года и впрямь стали незабываемыми. Правда, его последнее «приключение» едва не обернулось сосновым «макинтошем»…
Ту цыпочку он заметил еще издалека. Посадил, для «блезиру» поторговался о цене за проезд. А потом прямым курсом умчал в лесную глухомань. Его сразу насторожило, что эта пассажирка в отличие от всех прочих смертельно напуганных, молящих о пощаде, пытающихся разжалобить теми обстоятельствами, что «у меня ревнивый муж», что «я жду ребенка», что «я еще ни с кем», сидела, безмятежно улыбаясь, как будто сама была этому рада.
Когда же они прибыли на место и он уже остановил машину, внезапно произошло нечто, для него крайне скверное. Заведомая жертва вдруг выхватила из рукава припрятанный там нож и всадила его Аркадию прямо в пах. Боже, какая ж это была адская боль! Плюнув ему в лицо и крикнув: «Сдохни, проклятый ублюдок! Ты погубил мою жизнь и теперь заплатишь своей!» – она вышла из машины и быстро скрылась за деревьями.
А Аркадий, корчась от боли, с ужасом чувствовал, как под ним на сиденье полнится лужа горячей, липкой крови. Его крови! Слабеющей рукой он набрал номер Вадима, и – о фортуна! – тот оказался совсем рядом. Уже в больнице Аркадий узнал, что ему очень и очень повезло. Нож, к счастью, не задел ничего жизненно важного. Если бы он вошел чуть левее, то его острие располосовало бы гениталии. Если бы правее – пересекло бедренную артерию…
Выйдя из больницы, около года он безуспешно пытался разыскать ту негодную тварь. О, как бы он с ней расправился за свою боль! Одержимый местью, он никак не мог выбрать способа казни своей ненавистницы – сжечь ее заживо на медленном огне или ее же ножом (его Аркадий берег специально) располосовать на мелкие фрагменты?.. Но месть осталась неосуществленной – нанесшая ему рану из Залесска бесследно исчезла.
Почти полгода он был очень осторожен. «Бомбить» прекратил раз и навсегда. Женщин брал себе только после многократных проверок – и на «венерику», и даже на наличие чего-то режущего и колющего. Теперь он понимал,
Интересно, а Вадим обо всем этом в курсе? Он же, кто-то говорил, к Майке неравнодушен… Да, ничего страшного! Даже если она ему и рассказала, Еж знает свое место и в принципе должен быть доволен тем, что босс, так сказать, провел «тест-драйв» его подружки. Хотя… Наверное, пора бы его сменить. Кстати, подобная мысль на ум уже приходила. Уж слишком много он знает. А как убрать? Да, наверное, как и Дмитрия…
Вспомнив о Дмитрии, Аркадий внезапно почувствовал внутренний холодок. Он вдруг вспомнил вчерашний сон, увиденный им под утро. Да, действительно, ему приснился Дмитрий, о чем он, проснувшись, начисто забыл. И вот теперь тот сон почему-то всплыл в памяти. Но уж лучше бы и не всплывал! Привиделось Аркадию такое, отчего по его спине даже сейчас забегали мурашки.
…Он увидел себя идущим по какой-то мрачной пустыне, покрытой пеплом. Кругом царило угрюмое, кладбищенское безмолвие. Солнца не было, а вот небо почему-то выглядело каким-то странным – оранжевым, словно его откуда-то снизу подсвечивало пламя невидимого костра. Изредка тишину нарушали грохот и непонятные вопли, доносящиеся из недр барханов. И тут Аркадий увидел перед собой неизвестно откуда взявшуюся, мрачную черную гору с дымящейся вершиной, которую можно было увидеть, лишь запрокинув голову. Он хотел было направиться в обход – не дурак же он, чтобы взбираться на вершину действующего вулкана! Но неожиданно кто-то взял его под руку. Аркадий повернул голову и увидел… Дмитрия. Но боже! Каким он стал! Лицо бывшего подчиненного, совершенно лишенное глаз, покрывали уродливые язвы и следы укусов чьих-то острых зубов. Тело являло собой сплошной ожог – кожа висела клочьями, обнажая голое мясо, словно Дмитрия только что извлекли из кипящего котла. Но самым ужасным было видеть кисти рук – голые кости, с длинными, кривыми ногтями на концах пальцев.
Содрогнувшись, Аркадий отпрянул и затрясся от охватившего его ужаса.
– Ну вот, Аркадий, мы и встретились… – глядя на него пустыми глазницами, глухим, словно доносящимся из-под земли, голосом сказал Дмитрий. – Идем, сейчас я покажу то место, где очень скоро суждено быть и тебе…
В тот же миг гора задрожала, и в ее склоне раздалась огромная расщелина, в глубине которой брезжил багрово-красный свет. Оттуда веяло нестерпимым жаром и вырывались едкие облака сернистого газа. Дмитрий взял его за руку и повел в глубь горы. Они шли все дальше и дальше, а за их спиной с грохотом падали валуны, закрывая путь назад… Внутренне холодея от самых тягостных предчувствий, Аркадий покорно шел рядом с Дмитрием, ощущая на своем запястье лед его костей.
Он точно не мог сказать, как долго длился их путь, но в какое-то мгновение они вдруг оба оказались над огненной бездной, окутанной облаками раскаленных испарений. С пронзительным, раздирающим душу воплем прямо перед ними откуда-то снизу взмыла странная птица с кожистыми крыльями и умчалась вверх, скрывшись в клубящемся, черном облаке дыма. Но вот там, внизу… У Аркадия – это он ощутил впервые – даже волосы зашевелились от увиденного, когда он разглядел, что там такое. Это было какое-то огромное огненное озеро, в котором то всплывали, то исчезали истошно вопящие люди. Их было много – тысячи и тысячи… Те, что были ближе к краю озера, пытались взобраться на окружающие его отвесные стены. Но им не позволяли сделать этого огромные змеи, выбирающиеся из каменных нор и безжалостно кусающие их за руки и лицо. А еще в озере он заметил какие-то кошмарные, химерические создания, которые внезапно всплывали из огненной бездны и заглатывали тех людей, что оказывались рядом.