Волчья стая

Забокрицкий Олег Николаевич

— Второй.

— Умрем, но не сдадимся.

— Разойтись. Помещение клуба никому не покидать. Старшие пятерок, ко мне.

Полковник повернулся и вышел из спортивного зала. Следом за ним в кабинет подтянулись руководители пятерок. В клубе неукоснительно соблюдались правила конспирации. Все занимающиеся были по территориальному признаку разбиты на пятерки. Что бы в случае нужды можно было всех быстро поднять по тревоге. Курсанты знали друг-друга под псевдонимами, которые сами себе и придумывали. Настоящие имена, фамилии, адреса где проживают, знали только Полковник и Бор. Дождавшись, когда зайдет последний, Полковник встал из-за стола.

— Братья, нам сегодня нужно решить одну задачу.

Вам не нужно объяснять, сколько стоит содержание клуба, выезды на стрельбище, летний отдых детей. Таких денег у нас нет, а сами с неба, они не сыплются. Частично клуб спонсировал директор Южного рынка, после того, как мы его однажды навестили. На данный момент, ситуация такая. На рынке сменился собственник. Его выкупил Мустафа, узбекский «вор в законе». Директор сменился. Новый перечислять деньги на содержание клуба отказался. Сказал, что без нас халявщиков хватает. Неужели мы утремся и промолчим. Неужели, на нашей же, родной земле, какие-то узкоглазые будут нас учить, как нам жить? Нужно их проучить. Будут два тентованых Урала, без номеров. Водители из числа сочувствующих нам. Один Урал, с нашими людьми подъедет к центральному входу, второй к запасному, со стороны автостоянки. По моей команде, входите на рынок. Разносите палатки кавказцев и азиатов, славян не трогать. Будут убегать, пропустить. Окажут активное сопротивление, гасить. Но только без трупов. Автомашины директора и его зама сжечь. Выдвигаемся через час. Как раз люди пойдут с работы и будет много посетителей. Пусть все видят, что мы стоим на страже их интересов. Форма одежды камуфляж, на лицах маски. Проконтролируйте.

— Оружие? — спросил Бор.

— Бейсбольные биты и обрезки арматуры. У старших пятерок, травматические пистолеты. Бор, останься, а остальные свободны.

Руководители пятерок потянулись к выходу из кабинета.

— Бор, будешь старшим. Проведешь удачно операцию, официально назначу своим заместителем. Соответственно и зарплата будет в два раза выше. Сам не лезь, контролируй со стороны. Посмотришь на ошибки, которые допустят наши парни.

— Вы, сами, будете на месте?

— Да. Только в кабинете директора. Что-то еще хочешь спросить?

— Шеф, у меня есть одна заморочка.

— Говори.

— Со мной в Чечне паренек служил, с нашей области, из деревни. На мине подорвался. Его сестра поступила в институт. Живет в общаге. Русских в общаге почти не осталось. Ректор сделал из нее доходный дом. За деньги пускают всех, кого ни попадя. Сестре друга не дают прохода два дагестанца.

— Кто такие?

— Ни о чем. Разбои и угоны автомашин. Одним словом, мразь.

— Не мог сам разобраться?

— Да я то, разобрался. Мозг им вынес. Они вчера девчонку в институте выловили, пригрозили, что лицо серной кислотой обольют, если еще раз ко мне обратится.

— За чем дело стало? Завтра с утра, возьмешь своих парней, вывезите их в лес. Разведите на все преступления, а потом ментам сдадите. С начальником УВД я созвонюсь. Вечером займешься тем делом, что я тебе говорил. Остальные, вместе с милицией, проверят паспортный режим в общежитии. Ректора поставим на счетчик. Откажется платить, вой через центральную прессу поднимем. После такого он на своем месте не усидит, а мы своего поставим.

— Полковник, а это не западло? С одной стороны, вроде русских защищаем, а с другой, за деньги готовы черных в задницу целовать.

— Бор, что бы развернуть наше движение по всей стране, нужны деньги. Где ты их возьмешь? У старушек, которые на рынке продают яблоки и вишню, выращенные на даче. Так у них кроме анализов взять нечего. На всех ключевых постах, где реально крутятся деньги, стоят кавказцы. Пусть платят за свою безопасность.

— Полковник, я тебя понял.

— Раз понял,

займись организацией рейда.

Мерседес Полковника, тихо шурша колесами, заехал на автостоянку и остановился возле административного здания рынка. Хозяин автомашины вылез из салона и с усмешкой посмотрел на двух охранников, в обязанности которых входило вовремя натянуть и опустить трос, натянутый на въезде, да вечером закрыть ворота. Полковник через запасной выход поднялся на второй этаж. Не обращая внимания на секретаршу, которая пыталась его остановить, ногой открыл дверь кабинета директора и зашел, закрыв дверь перед ее носом. Директор рынка с усмешкой взглянул на Полковника.

— Опять ты. Я же тебе сказал, что платить не буду. Нищим не подаю. Мустафа сказал, выкинуть тебя, если еще раз появишься. Я сейчас вызову охрану.

Полковник подошел к окну и достал из кармана радиостанцию.

— Все, парни. Начали. Иди сюда гоблин, смотри. — обратился он к директору. Из кабинета просматривалась вся территория рынка. К входам подъехали два крытых Урала. Из них как горох из стрючка посыпались крепкие парни, одетые в камуфляж и спецназовские шапочки с прорезями для глаз. Почти у всех в руках были биты либо куски арматуры, обмотанные изолентой. Не останавливаясь, парни как вихрь пронеслись по рынку, переворачивая лотки, ящики с овощами и фруктами. Часть продавцов, уже не раз сталкивавшаяся с погромами, бросилась бежать. Тех, кто пытался защитить свой товар, сбивали как кегли на землю и пинали ногами. Через пять минут ураган закончился. Лишь радуга из фруктов и овощей, перевернутые киоски, лотки, да лежащие кое где на земле человеческие тела, напоминали о произошедшем. Директор посмотрел на Полковника.

— А вот теперь присядем. Ничего не скажешь, красиво сработано. Сейчас нам нужно будет два-три дня, что бы все восстановить. Коньяк, будешь?

— Нет, я за рулем. Так как решим? Или еще будем набега ждать?

— У нас есть встречное предложение. Нам нужно закрепиться в вашем городе, а для этого нужно силовое подразделение. Вы оказываете нам физическую помощь, а мы вам финансовую.

— Сколько?

— Не бойся, не обидим.

— В чем должна заключаться наша помощь?

— В последнее время, у нас начались проблемы с синими, а конкретно с положенцем по городу, Теймуразом. Деньги в общак, мы отдаем Мустафе. А Теймуразу это не понравилось. Мустафа попытался с ним договориться по хорошему. Не получилось. Теймураз захотел слишком большой кусок. Запросил загородный коттедж и пятьдесят процентов акций рынка. Согласись, что это не реальные условия. Платить Мустафе, Теймуразу и вам, рынок бы не потянул.

— Знаю Теймураза. Мы с ним в последнее время на ножах.

— Наслышаны. Из-за чего к тебе и обратились. А то что за последний месяц вам не проплатили, то это была проверка на вшивость. Если бы промолчали, начали бы других искать. Мустафа хочет, что бы Теймураза стерли, стерли совсем. Но так, что бы на нас не подумали. Ему не нужен лишний конфликт с грузинскими ворами. Хотя среди воров, у Теймураза авторитет не ахти какой. Он из мандаринщиков, корону себе купил.

— Конфликт со скинхедами, во время которого ему проломят голову. Устроит?

— Более чем. Решите эту проблему, лично ты получишь пятнадцать процентов акций рынка.

— Двадцать пять.

— Ни тебе, ни мне. Двадцать.

— Заметано.

— Через неделю, у Теймураза день рождения. Он его с десятком шестерок будет отмечать в ресторане «Арагви».

— Сделаем. Но сначала оплати то, что нам должен.

— Я, распоряжусь, что бы бухгалтерия оплатила. Через неделю жду с хорошей вестью. Если все пройдет удачно, будет еще одно дело, не менее денежное. Но чуть позже. А пока, удачной охоты. За автомашины, что сожгли, высчитаю.