Волчья река

Rachel Caine

Wolfhunter River

Четыре дня назад

Когда миссис Уиллингем, учительница Элли Уайт, сказала ей, что приехал водитель, чтобы пораньше забрать девочку из школы, Элли сразу поняла, что это не вся правда. Мистер Лу никогда не приезжал за ней раньше положенного времени, если только она не заболевала.

– Почему? –

спросила Элли. Когда что-то казалось бессмысленным, она задавала вопросы. Может быть, ей и было всего шесть лет, но папа научил ее спрашивать, если она что-то не понимает. Маму немного смущало то, как часто Элли прибегала к этому.

– Боюсь… боюсь, что его попросил об этом твой папа, – ответила миссис Уиллингем.

Она была доброй женщиной со светлой кожей и легкой проседью в каштановых волосах – и хорошей учительницей. Всегда относилась к Элли так же, как к другим, несмотря на то, что у отца Элли было много денег. И даже несмотря на то, что кожа у девочки была темно-коричневая, темнее, чем у любой другой девочки в классе, которые почти все были белыми, как страницы в журнале.

– Папа никогда так не делает, – сказала Элли. – Что-то не так.

Миссис Уиллингем смотрела на нее, но не на нее.

– Понимаешь, твоя мама заболела, – пояснила она. – Поэтому твой папа отправил машину, чтобы тебя забрали и отвезли в больницу, где он находится вместе с твоей мамой. Хорошо?

Она помогла Элли натянуть свитер, который девочка не хотела надевать, но не хотела и оставлять. Потом подала ей рюкзак.

– Миссис Уиллингем, – спросила Элли, глядя на учительницу, – вы плачете?

– Нет, милая. Со мной всё в порядке. Идем уже. Я провожу тебя, водитель ждет.

– А он назвал пароль?

– Назвал, – подтвердила миссис Уиллингем. – Сегодня пароль «дрозд», верно?

Элли кивнула. В четверг был «дрозд». Каждый день обозначала какая-нибудь птица, потому что она любила птиц, а мама всегда называла ее «маленькой колибри», потому что Элли вечно носилась туда-сюда очень быстро. Но «колибри» было для воскресенья.

Миссис Уиллингем спустилась со школьного крыльца, чтобы поговорить с мистером Лу, который ждал в машине на кольцевой дорожке, проходящей между крыльцом и большим мраморным фонтаном. Существовало правило: Элли никогда не садится в машину, пока миссис Уиллингем не скажет, что всё в порядке. Она долго беседовала с мистером Лу и продолжала при этом плакать.

Сегодня было жарко и влажно, но фонтан всегда оставался прохладным и выглядел красиво. Вода била вверх из бетонных ракушек по бортику и падала в большую раковину посередине. Мама говорила Элли, что когда-то в раковине стояла статуя красивой женщины, но некоторые родители велели школе убрать ее, поэтому сейчас она лежит в какой-то кладовке. И это было грустно.

Миссис Уиллингем вернулась к крыльцу и взяла Элли за руку. Та посмотрела на нее.

– Все будет в порядке, – сказала учительница, но голос ее дрожал, а глаза были красными. – Извини, малышка. Но я должна это сделать. У меня тоже есть

семья.

Элли стало жалко ее.

– С вашей семьей все хорошо, миссис Уиллингем? – Она не хотела заставлять ее плакать.

– Да, Элли, с ними все будет хорошо. Ты поможешь мне сделать так, чтобы это обязательно получилось?

Элли не знала, как это сделать, но все равно кивнула. Она хотела помочь, пусть даже на самом деле не понимала, почему миссис Уиллингем считает, будто Элли чем-то может ей помочь.

Миссис Уиллингем открыла дверцу и подсадила Элли в машину, хотя обычно это делал мистер Лу. Потом обняла девочку:

– Держись, Элли. С тобой все будет в порядке.

– А как же ваша семья? – спросила Элли. – Разве вы не поедете со мной, чтобы помочь им?

Миссис Уиллингем зажала рот рукой, по щекам ее покатились слезы, и она просто помотала головой. Потом закрыла дверцу, и тогда Элли поняла, что что-то действительно не так. Миссис Уиллингем солгала ей, но Элли не понимала зачем.

А потом она осознала, что всё хуже, чем она думала, потому что выглядела машина правильно, но пахло в ней не так, как обычно пахло в машине, – там это было немного похоже на кокос, ее любимый запах.

– Мистер Лу? – окликнула Элли водителя.

Замок на дверце закрылся с громким «щелк». Она видела водителя на переднем сиденье – большой мужчина в бейсболке. Сама Элли сидела на заднем сиденье и чувствовала себя меньше, чем обычно. Когда машина тронулась с места, девочка быстро пристегнулась. Мистер Лу никогда не начинал движение, пока она не была пристегнута.

– Мистер Лу, что с мамой? Миссис Уиллингем сказала…

Она перестала спрашивать, потому что человек за рулем был не мистер Лу. Глаза, смотревшие на нее в зеркало заднего вида, не были глазами мистера Лу.

– Пристегнись к креслу, – сказал этот человек. Это не был голос мистера Лу. И мистер Лу обязательно сказал бы «пожалуйста».

– Я уже, – ответила Элли. Она была напугана, но не собиралась показывать этого. – Вы знаете пароль?

– «Дрозд», – ответил он. – Правильно?

– Кто вы?

– Я – тот, кто собирается отвезти тебя в безопасное место. Как и просил меня мистер Лу. Хорошо?

– Я позвоню папе, – заявила Элли и расстегнула рюкзак, чтобы достать свой мобильник.

Его не было там, куда она его положила. Элли уж точно не могла нигде оставить телефон. Это была дорогая и нужная вещь, и она всегда клала его в этот карман.

Она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, но запретила себе плакать. Они хотели, чтобы она заплакала, – те, кто забрал ее телефон. Те, кто играл с ней в эту гадкую игру.

– Кто вы?

– Никто, – ответил водитель. – А теперь сиди и молчи.

Внедорожник выехал на шоссе. Элли пыталась разглядеть, куда они едут, но быстро запуталась; ей никогда прежде не было необходимости обращать на это внимание. Школа скрылась за холмом, машина еще несколько раз свернула, и Элли теперь уже совсем не понимала, где они находятся.