Волчья радуга
Шрифт:
— Да? И о чем же? Радужную принцессу обидели? — спрятав за насмешкой, собственную растерянность спросил вампир.
— Да.
— И кто же посмел? — не на шутку встревожившись, Вальрет отбросил книгу и поднялся на встречу поздней гостье.
— Ты. Шесть лет назад, — твердо, словно вынося вердикт, произнесла она.
Всего лишь миг понадобился, чтобы понять, о чем именно говорила радужная кайри…
— Я не знал, — это сорвалось с языка прежде, чем он сумел прикрыться привычной насмешкой. Поздно. Теперь слишком поздно влезать в привычно
Шайрем кайри Найа
— Охотно верю. Ты не знал, что она радужная — об этом никто не знал. Думаю, ты понял позже, когда вместо очаровательного ребенка перед тобой предстал вызывающий ужас монстр.
— Она не монстр, — рассеяно возражает он.
— Пусть так. Но зачем ты вообще влез в это дело? Чего ты пытался добиться? — я уже сама была не рада, что начала этот разговор, но что-то внутри не отпускало, словно бы говоря: все началось здесь и кончиться должно — здесь же.
— Ничего. Она мне просто понравилась. Ей было тесно в Логове, точно так же как и мне тесно в стенах этого мрачного замка. Я предложил ей возможность сменить одну судьбу на другую. Я и подумать не мог, что она — радужная.
— А разве это что-то меняет? Любой высокородный оказался бы в подобном положении.
— Нет, не любой. Только радужная кровь дает подобный результат. Я пробовал — знаю. Например, та же Кристина — в ней течет кровь черных, но она и знать не знает об этом. Вирус изменяет только высокородных, Шайри. Все наши птенцы — потерянные дети других кланов. И никак иначе.
Так вот оно что! А я-то все думала с чего это такие жесткие ограничения по принятию в клан. Но тогда выходит, что теория, что рубиновый клан может разрастаться до бесконечности, лишь миф, страшная сказка, придуманная самими десмодами для отпугивания врагов. Что ж, это многое объясняет.
— То есть окажись Лаури обычной волчицей…
— Она бы без проблем влилась в наш клан.
Как же иногда забавно складываются судьбы…
— Скажи, Маркус что-то увидел, да? Поэтому ты и решил его устранить.
Вальрет невесело усмехнулся.
— Ты и это знаешь? Шайри, я начинаю верить в святую непогрешимость решения Ирбиса. Он не ошибся — ты именно то, что нужно нашему заплесневелому мирку.
— Кончай дурачится, Рет. Что именно он видел? Лаури? Нет, вряд ли иначе бы не смолчал…
— Не гадай. Он видел меня и одну даму. В Логове. Может, так же поймал «аромат» Лаури. В подвалах все пропитано ею. И чего его тогда понесло в библиотеку?! То годами не объявлялся, то намылился!
— Ясно. Значит, ты испугался, что он тебя узнал?
— Не я, а моя спутница. Она — паникерша с изрядным опытом в этом деле.
— Глупо, — невольно произнесла я, впервые понимая, из каких на самом деле нелепых случайностей соткалась моя жизнь.
— Глупо, — подтвердил Вальрет, задумчиво вглядываясь в пламя камина.
Лоурес кай Вулф
Возвращение домой прошло как-то скомкано. Как-то незаметно
Кстати, не мешало бы узнать, куда она делась. Надеюсь, хоть Марк в курсе, что на этот раз ударило в голову этому сумасбродному змеенышу!
Брат обнаружился в библиотеке. Он задумчиво покачивался на задних ножках стула, одновременно с этим вчитываясь в какую-то струю рукопись. Судя по его одухотворенному лицу, понятно ему было далеко не все.
— Марк, кончай пытать бедную книгу и повернись ко мне.
Вместо того, чтобы как все нормальные люди качнуться вперед, тот дернулся назад, из-за чего стул опасно накренился и… если бы не врожденное чувство равновесия, свойственное всем оборотням, он бы упал. И это было бы неплохим уроком для него. В последнее время он все больше и больше напоминает легкомысленного мальчишку.
— Марк…
— Лор! Не подкрадывайся ты ко мне так! Я ведь и упасть мог! — возмущенно зашипел на меня брат, старательно пряча от моего взгляда рукопись, которую читал с таким увлеченным видом. Ладно, пусть пока играется, все равно потом все выложит.
— Не страшно, может, хоть думать бы научился. Я вот что хотел у тебя узнать: ты Шайрем не видел?
— А она разве не должна была вернуться вместе с тобой? — Маркус сразу же насторожился. И во что это он, интересно, успел втравить моего змееныша, что так волнуется?
— Нет, она покинула земли радужных еще вчера, почти сразу после того, как оттуда сбежал ты.
— Здесь она не появлялась, — медленно произнес он, словно опасаясь того, что стояло за этими словами.
Теперь настал мой черед волноваться. Где она может быть? Она же кроме этого своего Храма и не видела-то ничего!
— Марк, что вы там замыслили? И куда это могло направить эту глупую змеюку?
Брат лишь пожал плечами.
— Я не знаю. Она отказалась во что бы то ни было меня посвящать. Только пообещала во всем разобраться — и все.
Вот именно этого я и боялся.
Маркус кай Вулф
Я задумчиво проводил брата взглядом до двери. Что ж, зато теперь я уверен, что Шайрем ему все еще не безразлична. С другой стороны это не отменяет того факта, что наша змейка куда-то запропастилась. И мне не нравится, что она даже не сообщила нам о своем намерении на время исчезнуть. Да и куда она могла отправиться? Надеюсь, не в логово врага — уж на это ее здравого смысла должно было хватить.
Я задумчиво глянул на старательно спрятанную от глаз брата книгу.