Волчья радуга
Шрифт:
— Ты уже вошел, — невольно улыбнулась я.
— Ну и как ты, принцесса? И что здесь все-таки произошло? — Марк, демонстрируя чудеса наглости, уселся рядом со мной поверх одеяла.
— Если в двух словах, то Великий Суд произошел. Все остальное вытекает из этого. Кстати, а где ты был? Проспал?
— Заработался, — смущенно улыбнулся Маркус, при этом выглядел он настолько несчастно, но в то же время очаровательно, что мне и в голову не пришло его в чем-нибудь обвинять. — И, принцесса, если можно, то расскажи все в подробностях, иначе я уже отчаялся хоть что-то выяснить. Все молчат, никто ничего не говорит — прям
— Фитрина ушла минут за пять до твоего прихода. Мне хотелось побыть наедине с собой.
— Проблемы? — волк улыбнулся уж как-то очень понимающе.
— А как же без них, — тяжело вздохнула я, но поспешила сгладить впечатление от слов неуверенной улыбкой, — но это не к спеху.
— Знаешь, Шайри, если у тебя проблемы — можешь без опаски все рассказать мне. Если не сумею помочь, то хотя бы выслушаю — успокою.
— Да нет, все нормально. Правда, — я поспешила успокоить внезапно ставшего предельно серьезным волка.
— Принцесса, ты — часть моей семьи. И если у тебя трудности — я в любой момент приду к тебе на помощь.
— Семьи? — я удивленно воззрилась на друга. Нет, я конечно понимаю, что довольно-таки близко сошлась с серебряными, но все равно как-то подозрительно быстро меня записали в число близких родственников.
— Ммм… — неопределенно протянул Марк, а потом как-то странно посмотрел на меня, — О! так ты еще ничего не знаешь!.. А я уж было подумал…
— Не знаю — о чем? — подозрительно поинтересовалась я. Не зря, видимо, потому что лицо у Маркуса стало счастливым-счастливым, а такой вид он приобретал только перед очередной каверзой.
— Да ничего серьезного и заслуживающего твоего внимания! — глядя на меня кристально-честными глазами, уверил Марк, — просто это кольцо никогда не покидает пределов семьи. И любой носящий его автоматически получает статус члена нашего дома.
Великие боги! Я не ослышалась?
— Э-э… Марк, и что ты подразумеваешь под этим? — осторожно поинтересовалась я. Все-таки у этого волка довольно странное чувство юмора…
— Только то, сестренка, что тебе от нас уже не избавиться! А Лору еще и жениться придется! — последнее он выдал уже с таким счастливым видом, что мне стало как-то не по себе.
— На ком? — автоматически спросила я. Марк только этого и добивался
— А ты как думаешь? — белозубо улыбнулся он и заговорщицки мне подмигнул, — Сам виноват — не дело фамильными реликвиями разбрасываться. Теперь пусть отвечает.
— Э-э… Марк, а твой брат знает о твоих коварных планах? — натянуто улыбнувшись, поинтересовалась я. Да, было время, когда в шутку и я поднимала этот вопрос, но сейчас… В голове было как-то пусто, а потому каждое слово отдавалась гулким эхом внутри. Нет, не то чтобы я сильно возражала против такого исхода — Лор мне симпатичен, даже более того, но… Кто сказал, что я свободна в своем выборе? Не Император так Богиня. За меня в любом случае будет кому решать. И вряд ли мои чувства кто-то примет во внимание.
— Пока нет, но узнает, — волк улыбнулся с предвкушением, но не заметив какого-либо энтузиазма с моей стороны, забеспокоился: — Что-то не так, принцесса?
— Нет, все так, — блекло улыбнулась я, — просто все еще не отошла от утреннего представления…
— Кстати, а что там произошло-то? —
Маркус кай Вулф
Рассказ принцессы не изобиловал подробностями, не смотря на то, что тему эту она выбрала сама, говорить о прошедшем Суде ей было неприятно. Впрочем, это-то как раз и понятно — удивляло другое: она прятала от меня свои эмоции! Никогда прежде я не встречал человека, полностью невосприимчивого к моим чарам. Если бы я не был знаком с Шайрем уже несколько дней, то объяснил этот феномен радужной кровью, вот только еще вчера этого барьера не было! Да, я не стану спорить, принцесса и раньше читалась через раз, но ведь какие-то крохи я улавливал, а сейчас глухо — словно бьюсь головою о бетонную стену в метр толщиной!
К чему я это? Да все к тому же. Мне приходилось только догадываться о том, что Шайрем чувствует в действительности и как она вообще пережила это утро. Бездна! Ну не привык я как-то быть настолько беспомощным!
— Ма-арк, — жалобно протянула принцесса, на секунду прервав рассказ, — а может, я потом как-нибудь дорасскажу, а? — Сейчас она сильно напоминала ребенка, растерянного и не знающего, что ему делать. Никогда прежде я не видел в ее глазах такого дикого, затравленного выражения. Отчаянно захотелось притянуть ее к себе, обнять, утешить, успокоить… вот только ничего этого я сделать не мог — жрицы Змееликой никогда не прощают тех, кто видел их слабость. А Шайрем тем временем, зябко кутаясь в одеяло, продолжала тихо говорить, уже ни к кому конкретно не обращаясь: — Вспоминаю о Богине и прям в дрожь бросает… ведь на какое-то мгновение я потерялась в ней… заблудилась в чужих чувствах и воспоминаниях… и, кажется, так и не нашла дорогу к себе… — с каждым словом она говорила все тише и последнее я уловил только благодаря обостренному волчьему слуху.
Я, старательно запрятав жалость и сочувствие, посмотрел на сжавшееся в комочек тельце принцессы. Все гораздо хуже, чем я предполагал. Если все действительно обстоит так, как сказала Шайрем, то дело плохо. И я говорю совсем не о том, что Кайра стремительно отвоевывает сданные когда-то позиции, а о том, что сама принцесса к этому еще не готова — ни физически, ни морально. Боюсь, если Царица попытается вступить с ней в контакт снова, то просто порвет в клочья личность Шайрем…
— Ну не хочешь — не говори, — ласково произнес я, — я могу и еще кого-нибудь расспросить. Мне это не к спеху, только… — я неуверенно замялся: лезть со своими проблемами сейчас было как-то неудобно. Но и тянуть дальше смысла не имело — все-таки Лор прав: меня можно устранить и не привлекая к делу жриц Змееликой.
— Что случилось? — Шайрем обреченно вздохнула и как-то по-особенному посмотрела мне в глаза — было в ее взгляде что-то такое, что я просто не смог воспротивиться…
— Я просто хотел узнать, кто мог сделать тот злополучный рассказ. Я понимаю, что ты вряд ли это сообщишь, но может, хоть подскажешь с чего начать.
Несколько мгновений она молча смотрела перед собой, словно обдумывая и взвешивая все, что ей было известно. Как-то странно было видеть ее настолько собранной, ведь всего несколько минут назад она выглядела на редкость… жалко.