Волчонок

-Joy-

— Нет.

— Тогда не уберу.

У него такие горячие ладони… — расслышал Альфредо одну-единственную мысль, бившуюся словно испуганное мышиное сердечко в лапах кошки.

Вопреки логике ситуации, Том рассмеялся.

— А… Я понял. Извини, я уберу руки. Извини. Если тебя это немного успокоит. — Он действительно отпустил свою встрепанную жертву и взялся за ручку двери, чтобы Кернеру было некуда бежать.

— Ты опять подслушиваешь мои мысли? — Пряди черных волос рассыпались по шее, когда Билл раздраженно обернулся.

— Да. Больше

не стану тебе врать. Я их слышу постоянно; это не тот процесс, который можно контролировать. Если правильно настроишься, ты тоже можешь слышать мои.

— Я не хочу их слышать. Я от тебя ничего не хочу, — продолжал злобствовать брюнет.

— Странно. Все это время я думал, что ты места себе не находил без меня. Твои чувства не могут врать. — Том виновато посмотрел на него из-под опущенных ресниц.

— Ах ты… — лицо Кернера резко изменилось. — Кретин! Ты и после того, как мы поругались, продолжаешь лезть в мою голову?

— Я ж говорю. Ничего не могу поде… — Том резко выдохнул, оборвав речь на середине. Черноволосый молодой человек налетел на него и попытался наподдать изо всех сил куда-нибудь, чтобы обезвредить врага.

— Ладно, я сам виноват, — Том морщился от его ударов. — И почему сегодня все так хотят меня убить?

— Потому что ты полный имбецил, — хрипло шепнул Билл в порыве их маленькой возни.

— Да. Я такой… — Том схватил его и сжал плечи, чтобы немного сковать руки парня. Его удары были довольно ощутимы.

Возня продолжалась недолго. Примерно до того момента, пока они не упали на пол, потеряв равновесие, и не покатились по ковру, сбивая на ходу стул и подминая все разбросанные по комнате вещи.

— Руки убери, кому сказал! — рыкнул Билл громко, вызывая своим недовольством дрожь стекол.

За стенкой Фиби, Аманда, Гарри и присоединившийся к ним Грег прилепились ухом к двери, гадая, что происходит с той стороны.

— Мне кажется, пора звонить в полицию, — тихо прошептала Аманда.

— Тш-ш-ш! — тут же шикнули на нее три остальных голоса.

Разборки продолжались.

— Билл, прекрати ерзать, тогда уберу! — пошел Том объяснять по третьему кругу. — Я же терпеть не могу, когда ты меня бьешь.

— Пошел ты, Эл. Я не буду с тобой больше разговаривать никогда в жизни.

— Ты уверен? — Том пошел в лобовую и лизнул парня в шею. — А так?

— Отпусти… — нервная дрожь прошлась по всему телу.

— А так? — Том задрал на нем майку до середины груди и принялся целовать нежную кожу, которая стала ему доступна.

— Пошел на хуй, — смазано прошептал Билл, загребая пальцами ковер и силясь вырваться.

Том пошел. Завел запястья Билла за голову, в то время как другая его рука довольно настойчиво погладила брюнета по ширинке. Кернер сжал зубы и протестующе зарычал, слегка дернув плечами.

— Я от тебя не отстану, ты понимаешь? Я не врал тебе, говоря, что ты мне небезразличен. Это правда.

— Мне все равно. Потому что мне безразличен ты. Совсем. Ты — подлый обманщик.

— Кто обманщик? Я? —

Том издевательски гладил и ворошил его волосы. — У тебя стояк, твердый, как лом. Не ври мне, Кернер, я слышу все, о чем ты думаешь… Твои желания слишком отличаются от того, что ты говоришь, иначе почему ты мысленно раздеваешь меня?

Билл предпринял последнюю безмолвную попытку вырваться. Но тело, прижимающее его к полу, было слишком тяжелым. Он чувствовал себя ужасно беспомощным; особенно, когда заглядывал в смеющиеся глаза. Том явно получал удовольствие от всей этой ситуации.

— Слезь, — тихо прошептал в последний раз брюнет.

— Только когда пойму, что ты действительно хочешь именно этого, — издевательски прошептал Альфредо.

Отвали, дебил…

А ты такой горячий, когда сердишься. Я собираюсь тебя поцеловать.

Глаза Билла расширились. Прежде, чем он успел увернуться, Том действительно исполнил свою угрозу. Он поспешно впился в мягкие губы, которые как раз приоткрылись для очередной серии возмущений. Билл некоторое время пытался вытолкнуть его языком и даже укусить за губу, но затем просто прекратил сопротивляться, лежа и ожидая, когда это издевательство кончится.

Ты понятия не имеешь, каково это, когда ты отличаешься ото всех. — Том ласково сжал пальцами его шею, не прекращая поцелуи. — Когда я встретил тебя, я даже не понял, почему могу слышать тебя. Раньше я слышал только своих родителей. За это мой отец ненавидел меня… Но ты не такой. Я не знал, как еще дать тебе понять. Я рад, что узнал тебя. Прочти мои мысли, ты поймешь, что я не обманываю.

В голове Билла против его воли вспыхнул ряд изображений и обрывков фраз.

Какие интересные у него глаза… — тихий шепот, как в день, когда они впервые столкнулись.

Надо же… Неужели он такой же? Такой же, как я. — Внимательный взгляд, который наблюдает словно со стороны. Билл увидел себя чужими глазами. Он шел к дому в своем спортивном костюме, пока Том смотрел за ним издали.

У него приятный смех… — Еще одно видение, которое сменило предыдущее.

Как бы я хотел рядом кого-то похожего, — еще один момент. Они сидят около палатки. Билл понял, что не видел половины тех взглядов, что бросал на него Том уже тогда.

Так трудно себя сдерживать рядом с ним… — сумбурные, вертящиеся как в калейдоскопе темные видения.

Снова та ночь на природе.

Черт, его тепло сводит меня с ума. Почему у меня так колотится сердце? — хаотичные движения, влажные ладони, путешествующие по рукам и лицу. Такое знакомое недавнее ощущение.

Я действительно влип с этим парнем. Как же рассказать ему все… — поцелуй с утра в постели, мягкий и заспанный Том, который не может разжать свои объятия.

Эти мысли были такие искренние, что у Билла и самого сердце понеслось галопом. Каждую из них он мог бы примерить и на себя, чтобы рассказать Тому, что он чувствовал рядом с ним. Это было невероятное отражение его собственных ощущений. Честное. Такое открытое.