Шрифт:
Волчонок на псарне
Глава 1. Талиша. Обет безбрачия
– Уйди, - я схватила прут, загораживающий дорогу, и попыталась вырвать его из рук ухмыляющегося Прыща,- Пропусти, мне надо!
И чего этот гад прицепился именно ко мне? Сил нет, как надоел! Обзывается при всех, и не побьешь его, он сильнее и всегда побеждает.
Прыщ, как обычно, решил меня позлить, гоготнул и отпрыгнул, дергая палку на себя - я ее
– Ты где должна быть, Пустоглазая?
– он мотал палку из стороны в сторону, и меня трепало туда-сюда.
Если сдамся, то он этим прутом отлупит меня и погонит к бабам-зудай ягоды собирать, потому я вцепилась, как клещ. Не выпущу, не сдамся! Упираться в землю, тянуть на себя. Наплевать, что Прыщ старше и что руки болят, пусть не сейчас, но все равно когда-нибудь будет, как я хочу!
– Нам нужно, - проговорил растерянный Мыш, наблюдавший за поединком со стороны.
– Дипрод Талиши... заболел.
Он никогда не помогал мне, когда мы дрались с Прыщом, потому что был мелким, пухлым, слабым, хотя он тоже старше меня. Дипроды за моей спиной разволновались, теперь они не хрюкали, а трубили, как когда нападают на войне - Эу-эу.
– Тебе, - Прыщ дернул прут, - Надо, - еще раз дернул.
– Собирать ягоды! С другими бабами-зудай.
– Сам и иди! Чего ты ко мне пристал? Влюбился?
О, как его скривило! Прыщ от негодования ослабил хватку, я вырвала прут и шлепнулась на мягкое место. Прыщ захохотал. Весело ему не было, он выдавливал смех, чтоб меня позлить.
– В тебя что ли, Пустоглазая? Во насмешила!
– он сделал строгое лицо, посмотрел с интересом.
– Хоть ты и страшная, когда вырасту, выберу тебя на свадебный день, победю и...
– он дернул бедрами туда-сюда, поддел дорожную пыль пальцами ноги и швырнул мне в лицо.
Я залилась краской, вскочила и рванула за ним по вытоптанной поляне к лесу.
– Красный рак! Красный рак!
– улепетывая, радостно вопил он.
Глаза застилала багровая муть. Догнать. Сбить с ног. С хрустом вогнать кулак ему в нос, как учил мастер Тайге, а потом с упоением лупить эту отвратительную рожу. Вот тогда ты у меня посмеешься!
– Талиша, хватит!
– прокричал Мыш.
– Он тебя дразнит, чтоб ты гонялась.
Ну и пусть! Вот она, его спина, совсем близко. Падай, падай, падай! Споткнись и упади! Давай же! То ли Прыщ поддался, то ли и правда споткнулся - колени его подкосились, но он не распластался, кувыркнулся. Я налетела на него, когда он вставал, прыгнула на спину, обхватывая руками и ногами, и мы покатились по траве с небольшого пригорка. Небо-земля-небо-земля. Крапива хлестнула по щеке. Хоть было и неудобно, я старалась добраться до горла Прыща. Он понял, что я не отступлю, и пытался ударить локтем, но не доставал.
Когда скатились с пригорка, он придавил меня спиной к траве и проговорил с торжеством:
– Сдавайся, Пустоглазая.
Пусть думает, что сдаюсь. Я разжала руки, ноги выпрямила. Когда этот мерзкий червь уже думал, что победил,
– У меня имя есть, - прорычала я, сгибая руку все больше и больше.
– Слышишь, Прыщ гнойный?
– От...пусти...
– прохрипел Прыщ и попытался дотянуться до моего лица, но я щекой прижалась к его спине, и он трепал меня за волосы, но боли не было.
– Проси прощения.
– Талиша, прости... По... пощады...
Отпустила я его, когда он начал обмякать. Он откатился в сторону, встал по-собачьи, закашлял, зыркнул злобно.
– Ведьма, - прохрипел он.
– Я это запомню...
– Правильно, запомни, - кивнула я, отряхиваясь.
– Пустоглазая тварь, - не унимался он.
– Выродок мягкотелых! Ведьма!
– Сам ты ведьма, - проговорил подоспевший Мыш.
– Наколдовала, - Прыщ сплюнул в траву.
– А ты вообще заткнись, мягкотелый! Тебя давно надо было дипродам скормить!
– Не лезь к нам больше, - сказал Мыш примирительно.
– Да кому вы нужны! Два урода!
– Вот я тебе сейчас!
– я шагнула к Прыщу, чтоб пнуть его в живот, но он вскочил и побрел к фисташковым деревьям, за которыми виднелись шатры стойбища.
Мыш подождал, пока Прыщ отойдет, и прошептал:
– Я, правда, никому не скажу, потому что ты мой друг... Это ж круто, быть колдуном! Ну, скажи, ты - ведьма?
– Ты думай, что несешь!
– я замахнулась на него, но опустила руку.
– Ну, какая с меня ведьма? Колдунов звери боятся, а меня любят. Если б я могла колдовать, Прыщ бы у меня давно жабой прыгал.
– А ты пробовала?
– Что?
– Ну, колдовать на жабу.
– Нет.
Мы переглянулись и уставились в спину Прыщу, который ковылял к фисташковым деревьям.
– Не умею колдовать, - призналась я.
– Правда.
Мыш поднял пухлые руки над головой и принялся плавно рисовать ими круг:
– Я видел, колдун в стойбище мягкотелых так делал. И вот так, - он будто стряхнул с пальцев воду.
– Может, представить надо? Попробуй, вдруг получится.
– Ладно, - я посмотрела на Прыща, взмахнула руками и вообразила, как он зеленеет, сморщивается, глаза на макушку переползают.
С Прыщом ничего не случилось - не удалось наше колдунство. Мыш вздохнул, я почувствовала себя дуб-деревом.
– Он этого не забудет, отомстит нам, - сказал Мыш.
– Тебе-то что?
Хотелось напомнить Мышу, что он никому ненужный слабак, но я не стала - какой-никакой, а все-таки друг. К тому же тело начало отходить после драки. Когда дерусь, мне вообще никогда не больно. Сознание могу потерять, да, если в живот ударят, под ребра. Мастер Тайге называет таких людей - амок. Или это способность? Надо спросить. Он говорит, это хорошо, потому что не отвлекаешься на болючие оплеухи, и плохо из-за того, что не чувствуешь, что пора остановиться, сразу падаешь мертвым.