Волчий зарок
Шрифт:
Владимир уже почти доехал до дома, где жила любовница Чернова, когда вновь увидел знакомый «Форд». Сначала Полунин подумал, что ошибся. Но когда разглядел номера машины, сомневаться перестал.
Может быть, иномарка следовала тем же путем случайно, но Полунин после покушения на себя не верил в такие совпадения. Решил проверить, действительно ли «Форд» преследует его, и попытался оторваться, проехав мимо дома любовницы Чернова. Через пару минут Полунин был абсолютно уверен в том, что иномарка «ведет» именно его, и решил с этим разобраться.
Поплутав по окрестным
– Прекрасно! – жестко усмехнулся Владимир и вышел через подъезд во двор дома.
Несколько секунд Полунин осматривал окрестности, а затем все же нашел то, что ему нужно. Рядом с мусорными контейнерами копошился какой-то грязный мужичонка в засаленной кепке, роясь в отбросах. Владимир уверенно направился к нему.
– Хочешь заработать? – Полунин достал из кармана сотенную купюру. Мужик кивнул головой, судорожно сглотнув слюну. – Тогда идем со мной. Раздевайся, – скомандовал бомжу Владимир, когда они зашли в подъезд.
– Ты че, начальник, извращенец? – удивленно спросил мужичонка.
– Раздевайся, я тебе сказал! – рявкнул Полунин.
Бомж послушно принялся стаскивать с себя порванную куртку, которую таскал на себе, несмотря на тридцатиградусную жару. Затем снял грязную рубашку и затасканные брюки, подвязанные куском бечевки. Владимир, брезгливо поморщившись, взял одежду бомжа в руки.
– Трусы тоже снимать? – серьезно спросил почти голый мужик у Полунина. – Это будет стоить дороже!
Владимир, никак не ожидавший от бомжа такой предприимчивости, несмотря на нервное напряжение, невольно расхохотался. Все еще загибаясь от смеха, Полунин швырнул обратно бомжу его грязную рубашку и протянул сто рублей.
– Все! Вали отсюда, клоун. Свободен! – пытаясь отдышаться от приступа смеха, пробормотал он. И бомж, зажав купюру в кулаке, метнулся прочь из подъезда, что-то радостно бормоча себе под нос.
Проводив его взглядом, Полунин принялся переодеваться. Он натянул потрепанные брюки поверх своих, завязал узлом бечевку, заменявшую ремень, и с отвращением влез в рукава рваной куртки. От одежды бомжа нестерпимо воняло, но Владимир постарался не обращать на это внимания. Брезгливо повертев в руках кепку, отыскивая вдоль ободка вшей и не найдя их, Полунин надел и ее, натянув на самые глаза.
В таком виде Владимир вышел из соседнего подъезда позади «Форда» и шатающейся походкой направился в сторону машины. По дороге он заметил, что водитель в машине не один. Рядом с ним вальяжно расположился пассажир, выпуская в приоткрытое окно струи сигаретного дыма. Оба смотрели в сторону того подъезда, куда зашел Владимир. Полунин довольно ухмыльнулся и ускорил шаг.
– Извини, землячок, – сиплым голосом проговорил Владимир, наклоняясь к пассажиру. – Дай пару рублей. Умираю! На опохмелку
– Пошел отсюда, козел вонючий! – заорал пассажир «Форда», поворачивась к Полунину, и изумленно застыл, узнав Владимира.
Полунин ехидно улыбнулся в ответ и одним молниеносным движением схватил пассажира за нос, выворачивая его в сторону. Не успевший опомниться парень завопил и вывернул корпус вслед за выворачиваемым носом. А Владимир свободной рукой забрался под пиджак пассажира и, нащупав в наплечной кобуре пистолет, выдернул его оттуда.
– Не дергайся, сука! – прошипел Полунин водителю, наставляя на него пистолет. – Одно движение – мозги на панель вышибу!
Водитель «Форда» тоже, наконец, узнал в оборванном бомже преследуемого ими Полунина. Раскрыв от удивления рот, он застыл, выставив руки ладонями вперед. Владимир кивнул головой и приказал первому открыть заднюю дверку машины. Тот мгновенно выполнил приказ. Полунин, отпустив его нос, нырнул внутрь «Форда».
– Седой, ты че, охренел совсем? – пробормотал пришедший, наконец, в себя от изумления водитель иномарки. – Мы же свои!..
– Заткнись! – рявкнул Полунин, доставая и у водителя пистолет из наплечной кобуры.
Водитель замолчал и руками сделал жест, что все прекрасно понял. Полунин одним, отработанным еще в морской пехоте движением выбросил из его пистолета обойму и бросил оружие водителя между передним и задним сиденьями. А пассажир, оторвав ладони от свернутого носа, повернулся к Полунину и обиженно проскулил:
– Седой, ты че, меня не узнаешь? Помнишь, мы с тобой в Москве у Мирона встречались? Это он нас к тебе и послал! На, возьми сотовый. Позвони ему! Номер ты знаешь...
Полунин повнимательней всмотрелся в лицо пассажира и вспомнил, что действительно мог с ним встречаться. Однако это ни о чем не говорило. Парень мог теперь работать не на Мирона, а на кого угодно. Опасаясь подвоха, Полунин приказал передать ему сотовый и, не опуская оружия и не отрывая взгляда от своих пленников, набрал номер Мирона. Тот ответил почти сразу, словно ждал звонка. – Ну да. Я их послал. Парни должны были за тобой присмотреть, и если кто-нибудь еще попытается на тебя наехать, то им полагалось взять любого за жабры и вытрясти из него все, что можно, – пробасил в трубку Мирон. – А вместо этого они, значит, у тебя под «пушкой» загорают? Мо-лод-цы, мать их!..
– Мирон, я тебя, по-моему, не просил шефство над собой устанавливать! – сердито ответил Полунин. – Прикажи своим людям исчезнуть из города и не смей больше никого присылать.
– Ладно-ладно, фраер! Распетушился, – осадил его Мирон. – Я не только тебя нянчил. У меня в поимке твоих киллеров и свой интерес есть. Успокойся! Больше моих людей в Тарасове не будет. Дай им трубочку...
Полунин швырнул сотовый на колени водителя и, бросив на пол пистолет пассажира, вышел из «Форда», изо всей силы хлопнув дверкой. Он был зол на весь свет – на Мирона, без спросу приславшего телохранителей, на себя, обрядившегося из-за этого в вонючий костюм бомжа, на Либерзона, из-за которого было потрачено столько нервов, и на потерянный день.