Волчий корень
Шрифт:
– У нас выходной, – напомнила Дашка. – Башка вся мокрая…
– По службе я! – прервал Пахом. – Бнатова гирькой погладили. Осмотр в кабинете делать надо. Собирайтесь. Машина за вами выслана…
С улицы вскоре донесся сигнал автомашины. Сестренок звали на выручку. Никуда
Девицы натянули сапоги-ботфорты и, захлопнув за собой дверь на защелку, загремели ступенями книзу.
Мать вздохнула в соседней комнате. Ни днем, ни ночью покоя нет дочерям. Ну и жизнь пошла, едрит твою в кандибобер. Будь в живых отец, все кудри давно бы выдрал. Куда можно бежать сломя голову в выходной день?!
Машина вошла на милицейский двор и остановилась. Девицы и сержант-водитель вошли через заднюю дверь в управление. Это был знакомый маршрут. Дальше они без сопровождения обойдутся.
– К Пахомову нам…
– Проходите, – разрешил сержант на проходной.
Дамы шагнули к ступеням и вскоре образовались на этаже, переводя дух после подъема. Торкнулись в дверь к Пахомову: закрыто. Поднялись этажом выше – услышали сразу несколько голосов. У Бнатова в кабинете оказалось несколько милицейских чинов в форме, а также один в штатском. Кругленький. На Колобка походит. Зовут Мутным, однако на кличку не отзывается.
– Мы прибыли…
– Что за люди, кто такие? – вылупил глаза Колобок. Понятые? Пусть обождут. Потерпевшего не успели еще допросить…
Бнатов, с забинтованным ухом, сидел в углу помещения и морщил лицо. За его столом сидел теперь Мутный. Тягомотина только что
– Дальше, – требовал Мутный. – Махнул, говоришь, рукой?
– Из рукава гиря выпала. На резинке. И прямо в голову.
– Но у тебя же правое ухо задето! Как же он так?..
– Выходит, левша оказался…
Бнатов с шумом всосал воздух и сморщился. Голова гудела. Не каждый день головой об сейф получать приходится.
– Далее, – подгонял Мутный, не поднимая головы от протокола.
– Дальше я сознание потерял. Потом увидел, что дверь открыта…
– В кабинете?
– В сейфе…
– Выходит, дверцу увидел открытой… И что?
– Сразу кинулся пересчитывать. Трех дел не оказалось.
Мутный, удивляясь, почесал голову на макушке. Стукнули по котелку тяжелым предметом и дела выгребли. Всего три. В интересное время живем…
– Кто мог совершить налет? – задал Мутный ключевой вопрос. Он поднял голову и впился взглядом в потерпевшего, ожидая ответа.
Потерпевший пожал плечами. Единственный, кого он запомнил, был мужик килограммов на двести. На японца походит. Глаза жиром заплыли. Возраст – за шестьдесят будет.
«Не густо, – решил Мутный. – Если где-то воруют уголовные дела, значит, это кому-то нужно…»
– Другого я никого не заметил, – продолжал Бнатов. – Но такого не может быть, чтобы один приходил. Надо же кому-то на стреме стоять…
Конец ознакомительного фрагмента.