Волчий голод
Шрифт:
— Ты меня не поняла, Клэр. Как второй сын, я должен занять место своего брата и позаботиться о его суженой, как о своей собственной.
Клэр сбросила руку Найджела, красная пелена гнева застилала ей глаза, проникая в голос.
— Два года назад ты слишком быстро от меня сбежал, — был ли это проблеск вины в его янтарных глазах? — Уже год я справляюсь сама. Мой суженый умер. Мне не нужен никто на его место. Кроме того, я не хочу больше никогда быть снова для тебя «обязанностью».
Найджел отошёл от девушки и печально посмотрел ей в глаза.
— Твоё
Гнев просто переполнял её.
— Да как ты смеешь, Найджел Родс? Тебе здесь нечего делать. Я не хочу тебя здесь видеть! Оставь меня в покое!
— Я не могу, малышка. Таков закон.
— Конечно, твой драгоценный закон.
— Он также и твой, Клэр. Когда ты стала парой для Тейлора, ты стала частью Стаи. И теперь ты подчиняешься тем же законам, что и я.
Раздражённая и уставшая, Клэр начала огрызаться.
— Я не волчица, и у меня нет волка-мужа. И я больше не планирую связывать свою судьбу с волком. Одного раза было более чем достаточно. И поэтому, Найджел, твой закон ничего для меня не значит!
Она вскрикнула, когда Найджел схватил её и притянул к себе.
— Что Тейлор сделал с тобой? — проговорил он сквозь стиснутые зубы.
Его реакция, его горячность поразили девушку.
Клэр вырвалась из его крепкого захвата.
— Он ничего мне не сделал, Найджел. Он был хорошим человеком. Я просто не была тем, чего он хотел.
Ну вот, она сказала это. Даже если это и не её вина, но Клэр не смогла бы сделать Тейлора по-настоящему счастливым. Они связали свои судьбы на благо Стаи, а через некоторое время даже стали хорошими друзьями. Но между ними никогда не было, и никогда не могло быть чего-то большего, чем дружба. Не тогда, когда их сердца уже принадлежали другим.
Тейлор относился к ней только с уважением и добротой, но между ними не было любви, не было сексуального притяжения, которое связывало большинство супружеских пар. Случка Клэр и Тейлора была притворством, на которое она добровольно согласилась по его просьбе. И хотя Клэр сделала жизнь Тейлора сносной, ей не удавалось достучаться до него и освободить от тайной боли. Их фиктивный брак снова подтвердил, что Клэр была «ненужной».
— Нет, — повторила девушка грустно, — я не была тем, что было нужно Тейлору.
— Не будь смешной, Клэр. Тейлор любил тебя. Он достаточно часто рассказывал мне, какая ты замечательная, каким счастливым ты его делаешь.
Найджел хотел подавиться своими словами. Конечно, Тейлор никогда не упускал возможности сказать ему, какой удивительной была Клэр. Какой замечательной матерью она станет в один день. Как он был счастлив каждое утро видеть её лицо.
Найджелу стоило больших усилий сдержать себя и не отправится обратно из Сент-Игнаса, чтобы заехать брату в морду. Несколько раз. Он почти ненавидел Тейлора за то, что он имел то, чего так желал Найджел: Клэр.
После смерти брата, Найджела так снедало чувство вины, и еще больше вожделение, что
Стоя у могилы брата, Найджел мог думать только о Клэр, о том, как он сильно её хотел. Его потребность в ней была настолько велика, что он боялся подойти к ней со словами утешения, которые ей были необходимы. В тот день он снова ушел от неё, с каждым шагом ненавидя себя всё больше и больше.
Найджел хранил молчание. В течение двух лет он прятал чувства в глубоких закоулках своего сердца. Даже сейчас, стоя перед женщиной, которую он так и не смог выбросить из головы, его первым желанием было бежать.
Клэр была более бледной, чем он её запомнил; фарфоровая кожа была почти прозрачной, а сама она казалась очень хрупкой. Чёрные круги под глазами говорили о том, насколько она устала.
Когда три дня назад отец позвонил ему с просьбой приехать и позаботиться о Клэр, Найджел разозлился до чёртиков. Он только научился контролировать свои чувства. Сама идея снова оказаться рядом с ней, угрожала разрушить его, с таким трудом обретённый, самоконтроль.
— Мне жаль, Клэр, — слова жгли ему горло, как кислота. — Мне жаль, что ты потеряла своего суженого, и что меня не было рядом, чтобы поддержать тебя.
Её полные слёз карие глаза взывали к нему, и Найджел, протянув руку, вытер кончиком пальца одну слезинку. Она вздрогнула от его прикосновения, и Найджела будто ударили под дых.
— Теперь я здесь, Клэр. В чём бы ты ни нуждалась, я здесь, рядом с тобой.
Проблеск надежды в её глазах подбодрил его, но последовавшие за этим слова наполнили тревогой.
— По просьбе твоего отца, а не потому, что ты сам захотел быть здесь.
— Да, мой отец позвонил мне и рассказал, как у тебя дела.
С этим ответом огонек надежды в её глазах потух полностью.
— Я не нуждаюсь в твоей помощи, Найджел. Мне она не нужна.
Клэр отступила назад и стала подниматься в грузовик. Найджел не пытался ее остановить. Ей нужно время. Время, чтобы привыкнуть к мысли, что теперь он всегда будет рядом. Найджел знал, что никогда не сможет занять место Тейлора, но ради неё он будет рядом. Клэр может не признавать это, но тёмные круги под её глазами говорили о том, насколько, в действительности, она нуждалась в его помощи.
Звук её собственного крика разбудил Клэр. Это был не столько сон, сколько воспоминания. Её последний разговор с Тейлором перед его гибелью. У них был ужасный спор, первый в их супружеской жизни. А закончилось всё тем, что Клэр разрыдалась, а Тейлор ушёл, хлопнув дверью. Два часа спустя Клэр открыла дверь полицейскому служащему, который сообщил ей о том, что Тейлор погиб из-за пьяного водителя.
Проведя руками по мокрому лицу, Клэр откинулась на матрас. Кинув печальный взгляд на будильник, девушка увидела, что было почти четыре утра. Она закрыла глаза и попыталась снова заснуть. Два года. Два года прошло с тех пор, как она нормально спала. Она устала. Устала до мозга костей, и ничего так не хотела, как просто выспаться.