Волчица
Шрифт:
– А что с ней?
– Видно когда схватили в плен, ударили ножом в бок.
– Ее надо обязательно осмотреть. Как ты думаешь они разрешат это сделать?
– Даже не надейся на это. И не думай просить, – сказала девушка и сразу же замолчала.
К нам стал подходить один из индейцев. Он схватил меня за руку, приподнял и потащил к костру. Там уже ждал нас один из главных индейцев. Посмотрев на меня пронзающим взглядом и жестким, грубым голосом, начал задавать вопросы:
– Кто ты? Как зовут?
– Ли… Лиана, – робко ответила я.
– Как ты сюда попала?
В голове прокручивала какую историю мне рассказать. Сразу ни одна оригинальная идея не шла на ум. Если я расскажу правду, они не поверят мне, что я из будущего. Будут
– Как ты сюда попала? Еще раз спрашиваю тебя, – сказал индеец сердито и нервничая.
Я тихо промямлила:
– Я с родителями и с другой группой людей ехала на Запад. Когда была остановка нашего обоза, отошла и заблудилась. Шла несколько дней. Вот и очутилась здесь.
Он махнув рукой, подозвал воина, который привел меня к нему и что-то сказал ему. Я ничего из сказанного не поняла. Единственное, что я ощутила это боль. Воин схватил меня за руки и так толкнул, что я полетела на землю. Он даже не дождался, когда я поднимусь, а стал обратно волочь меня по земле к другим пленницам.
Всю оставшуюся ночь я пролежала, раздумывая о своей судьбе.
Наступило утро. Индейцы начали разбирать свой лагерь и подготавливаться к походу. Всех пленниц подняли, освободили ноги от веревок. Мы молча стояли в ряд и ждали когда отправимся в путь. Нас, вместе со мной, было шесть человек. Три девушки блондинки. Им было от восемнадцати до двадцати пяти лет, не больше. И мать с дочкой. У них были рыжие волосы, а у девчонки еще на лице были веснушки. Девочка – подросток выглядела очень мило, как солнышко. Но сейчас она была испугана, поддерживала маму за плечи. Пока никто из индейцев не видел, я подошла к ее маме поближе и сказала:
– Мне необходимо проверить вашу рану.
Она кивнула головой. У нее не было сил что-либо отвечать мне. Я как могла с завязанными руками подняла рубаху женщины. Рана была неглубокой, но было воспаление. Грязь попала в рану. Необходимо было рану хорошо промыть и смазать мазью. Женщина вся дрожала, у нее появился жар.
Я отошла, чтобы найти воду. Но нигде не было видно ее. Набравшись смелости и глубоко вздохнув, подошла к индейцу, который нас охранял, и попросила воды. Долго стоять не пришлось. Индеец принес воду для всех. Я свою воду использовала, чтобы обмыть рану, да и девочка ради своей мамы пожертвовала водой. Позже я узнала, что эту смелую девочку звали Мэри, а ее маму Джесика. Еле-еле, со связанными руками из кармана джинсов вытащила бинт с мазью и положила на рану. На рубашке Джесики сделала узел впереди, чтобы рубашка облегала тело женщины. Тем самым зафиксировала повязку. Я была рада, что у Джесики вместо платья была одета рубаха с длинной юбкой. Это мне облегчило задачу в обработке раны.
Так мы шли несколько дней. Каждый день я обмывала рану и накладывала новую повязку. У Джесики спала температура, прояснилась память. Она стала подбадривать свою дочь и говорила, что будет все хорошо. Даже я начала верить этому. Казалось, ничто не предвещало никакой беды.
Но в одно прекрасное утро, как мне казалось на тот момент, один индеец подошел к нам. Схватив за волосы Мэри, потащил в кусты, подальше от лагеря. Мэри старалась вырваться, кричала, но индейцу на это было наплевать, он только улыбался.
Я подозревала, зачем ему Мэри и прекрасно понимала, что она чувствует в этот момент. Я недавно была в такой же ситуации и не могла допустить, чтобы это случилось с этой маленькой красивой рыжеволосой девочкой.
Я закричала, что было силы:
– Отпусти ее, негодяй! Она же ребенок!
Схватила его за руку, но он меня отбросил. Другие индейцы наблюдали за нами, но ничего не делали. Видно им это нравилось…
Я настолько была зла от всей этой ситуации. Зла, что я слаба и не могу помочь. Зла, что нет среди прерий ниодного человека, кто мог бы помочь. От злости я навалилась на индейца и со всей силы оттолкнула его своим плечом от Мэри. Он не ожидал сопротивления, поэтому его
Вдруг все услышали ржание лошадей и клич индейцев. Все обернулись. Это были индейцы из другого племени.
Позже я узнала, что на лагерь ирокезов напали команчи.
Глава 7. Лиана. Нападение на лагерь ирокезов
Все так быстро завертелось и закружилось. Ирокезам уже было не до нас. Они пытались защищаться и хотели спасти свои трофеи.
Нападение было внезапным. Преимущество было у команчей. Я подбежала к Мэри, взяла ее за руку и обняла. Не хотела, чтобы она видела происходящее. Спрятав ее лицо у себя на груди, мы медленным шагом незаметно подошли к другим пленницам и я крикнула им:
– Нам надо бежать! Чем быстрее, тем лучше! Скорее!
Но девушки, то ли меня не слышали, то ли находились в оцепенение от страха, сидели на корточках, прижавшись друг к другу.
Сейчас был тот случай, когда была возможность у меня сбежать и никто на меня не обращал внимания. Обернувшись, увидела перед собой ужасную картину, жестокий бой. Несколько тел ирокезов лежали на земле. Кого-то застрелили из ружья, у кого-то был снят скальп. А оставшиеся в живых индейцы уже участвовал в ближнем бою. Вход шли томагавки 2 , ножи и копья. Невозможно было различить, кто где находился. Все смешалось. Такой бой я видела впервые в жизни. В воздухе витал запах крови, пороха и дыма. Были слышны боевые кличи индейцев, стоны раненых, последние вздохи и хрипы умирающих. Временами раздавалась беспорядочная стрельба. И от этого месива и от такого количества крови меня замутило, несмотря на то, что на первом курсе медицинского университета мне приходилось быть в морге и видеть мертвые тела.
2
* Томагавк – боевой топор североамериканских индейцев
А сейчас было ощущение, что я попала в ад, из которого невозможно выбраться.
Мысли о побеге рассеялись как туман в воздухе. Я не могла бежать. Я должна помочь хотя бы тем, кто ранен и кого можно еще спасти. Я села рядом с девушками и закрыла глаза, думая о том, что я беспомощна и не могу что-либо изменить в этом мире. Мне было жалко, что не в моей власти примирить племена, отпустить девушек к родным. В голове только одни мысли, мысли и мысли…:
– Зачем я здесь? Почему я попала в этот мир? Я слаба, бабушка. Слаба! Да, и знаний у меня недостаточно для этого мира. Помоги мне, бабушка, помоги! – бормотала я про себя, сидя с закрытыми глазами.
Открыла я глаза только тогда, когда почувствовала легкое прикосновение к моей руке. Передо мной стоял индеец и показывал рукой на раненых. Я поняла, что им нужна от меня помощь.
Раненые индейцы были команчи. Один из индейцев был ранен в плечо. Небходимо было вытащить пулю, а другой получил ранение в ногу. Чтобы им помочь, мне необходимо было найти подручные инструменты и средства для дезинфекции раны. Я сказала про это команчем, но они меня совсем не поняли и только пожали плечами. Ко мне подошел, как я поняла, главный из индейцев, взял меня за руку и привел к вещам, которые валялись горой. Это были трофеи ирокезов. Они забирали у белых людей понравившиеся вещи и складывали все в одно место. Образовалась аж целая гора таких вещей. Там я нашла свой рюкзак, бутылку водки и нож. Но нож сразу же отобрали.