Волчьи судьбы

Якубова Алия Мирфаисовна

У меня невольно сжалось сердце. Каким же, должно быть, одиноким он себя чувствовал. Возможно и продолжает чувствовать. Я обняла его, плотно прижавшись. Поцеловав в уголок губ, я спросила:

– А ты никогда не спрашивал об этом Таната?

– О чем? – похоже, он отвлекся на поцелуй.

– О том, остались ли такие, как ты. Ему-то это должно быть известно, как никому!

Андре издал какой-то странный звук, и глухо проговорил:

– Как ни странно, но такое мне никогда не приходило в голову.

Спрашивать у Смерти о живых… Да и, наверное, я просто боялся услышать ответ. И не были мы в настолько дружеских отношениях.

–Но сейчас же все иначе…

– Да, благодаря тебе.

– Так почему бы тебе не спросить его, вы же часто видитесь. Или, хочешь, я спрошу?

– Ты даже не представляешь, как это заманчиво! – одними губами улыбнулся Андре.

– Но я слышу какое-то "но"…

– Оно действительно есть, – вздохнул маг. – Дело в том, что, даже если я их отыщу, не факт, что они меня примут.

– Почему? – искренне удивилась я.

– Я маг, верховный маг. А мой народ всегда сильно недолюбливал магов.

– За что же?

– Есть за что, – глухо ответил Андре, пытаясь смотреть не на меня, а куда-то в сторону. – На протяжении долгих столетий маги охотились на единорогов или вынуждали охотиться других. В своих заклинаниях, зельях, волшбе, маги часто использовали кровь единорогов, волосы, но чаще всего рог. Я уже рассказывал, что против нашего рога бессильно колдовство, им можно убить любую нежить. Универсальное оружие. И из-за этого оружия полегло очень много моих соплеменников, поэтому нас так мало.

Люди – разрушители по природе, в большинстве своем. Им плевать, что мы разумны, для них мы лишь рогатые лошади. До сих пор практически никто и не знает, что рог можно добыть не убивая его носителя. Если срезать не больше половины рога, то через некоторое время – года три-четыре, он отрастет вновь. Но никому это просто не приходило в голову.

Поэтому между единорогами и магами давняя вражда. И, когда мой народ узнает, кто я, то наверняка сочтут предателем.

Он говорил, а я слышала в его словах давнюю боль. Чтобы хоть как-то утешить, я обняла его, потерлась щекой о его щеку и сказала:

– Все равно ты не будешь знать наверняка, пока не встретишься с ними. В конце концов, лучше сделать и жалеть, чем жалеть, что не сделал.

– Да, наверное, ты права, – он прижал меня теснее, зарываясь лицом в мои волосы.

– Cпроси Таната. Думаю, он не откажет.

– Хорошо. Но это потом. Давай сначала разберемся с твоими проблемами.

– О, ну тут попроще, – улыбнулась я. – Главное – это найти охотников и устроить им пиндык, чтобы уж никто и никогда.

– Лаконично. Я помогу. И сделаю все возможное, чтобы отыскать этого спирита – телепата, или кто он там.

– Договорились. И, очень надеюсь, что к Крису

больше ревновать не будешь.

– Не буду, – Андре улыбнулся, целуя меня, и добавил, – Но сейчас мне бы очень хотелось, чтобы его здесь не было.

Его руки попытались залезть мне под рубашку, на что я нехотя сказала:

– Мне все равно надо в клуб.

– А может, ну его? – опять этот голос соблазнителя.

– Нет, не могу, – я оставалась непреклонна, хотя это стоило мне больших трудов. – Долг зовет. Меня и так вчера там не было. Извини.

– Порой я восхищаюсь твоим чувством долга, а порой просто ненавижу его!

– Что ж поделать. Такая уж я есть.

– И другой мне не надо, – снова поцелуй. Сладкий и пьянящий, но я устояла, проговорив:

– Идем лучше. Тебе было бы неплохо помириться с Крисом.

– Хорошо, хорошо, – он сказал это с таким видом, словно шел на неслыханные жертвы.

Я усмехнулась и сказала:

– Поменьше патетики.

– Ладно уж, – сокрушенно вздохнул Андре.

Глава 34.

Крис ждал там, где я попросила ждать. Он стоял все в той же позе телохранителя. Казалось, с моего ухода он не сдвинулся ни на сантиметр. Но это ведь вряд ли.

Я выразительно посмотрела на Андре, тот шумно вздохнул и проговорил, обращаясь к верлеопарду:

– Извини, я был несколько горяч и вспыльчив. Надеюсь, более подобного не повторится.

– Я тоже надеюсь, – Крис улыбнулся своей знаменитой улыбкой. Искренней, и в то же время его лицо не становилось и на йоту менее суровым. Что поделать, уж такое у него рабочее выражение лица. Я-то уже научилась различать нюансы.

Они даже пожали друг другу руки. Замечательно! Просто, если Андре, бывало, ерепенился, то Крис всегда был готов на мировую. Он слишком долго был силовиком и слишком много крови видел, так что научился ценить мир.

Пока они стояли так, рука об руку, как монумент дружбы народов, я заметила, что у нас новый визитер, ну не совсем новый. Андре тоже заметил его и поспешил спросить:

– Курай, что ты здесь делаешь? Я, кажется, велел тебе идти домой.

– Да, Андре.

– Так что же ты здесь делаешь?

– Я пришел… извиниться, – если он и не врал, то лукавил точно!

– Вот как, – хмыкнул маг. – Что ж, похвально. И перед кем же ты хочешь принести извинения?

– Перед… всеми вами. Я… я не должен был себя так вести. Боевая магия не для шуточных сражений. И я ранил… человека, – хм, значит то, что Крис человек – у него под сомнением. Забавный мальчик. Но вслух я сказала:

– Что ж, надеюсь, теперь ты будешь думать, прежде чем лезть в драку. А так же верно оценивать противника, не задирая того, кто тебе не по зубам.