Волчьи игры
Шрифт:
Дверцы микроавтобуса распахнулись, являя собой высокого худощавого брюнета. А вот и Егор. На нём сегодня простые чёрные джинсы и лёгкий вязаный джемпер бежевого цвета. И я смотрю на них и не смотрю в его карие глаза. Просто не могу.
– Вы уже закончили, – властно произнёс он.
Не вопрос. Скорее утверждение.
– Нет ещё. Молодой человек, если вы родственник – подождите снаружи, - возразил
– Я сказал – вы уже закончили, - грубо повторил Егор.
Мужчина с лёгкостью забрался в машину, взял меня за руку и выволок на улицу.
– Ты в порядке? – тон стал намного мягче.
Кивнула. На мне кроме ссадин и синяков не было никаких повреждений. Даже переломов не было. И я точно знала почему, но вот Егор – нет. К моему временному облегчению, его это пока ещё не волновало, и он не стал расспрашивать подробностей.
– Что произошло? – властно потребовал он ответа, беря меня за руку и ведя к какому-то внедорожнику, припаркованному у обочины.
Я не знала, что ему ответить. Тамара не справилась с управлением. Она решила, что отметка в сто восемьдесят для новичка не предел. Она виновата не только в своей смерти, но ещё и в двух других, а я виновата в том, что не смогла её вовремя остановить. Так всё и было. Но разве Егору от этого станет легче? Сомневаюсь. Потому и молчу дальше.
– Хорошо, девочка, - проявил гибкость Егор. – Сейчас мы поедем к нам домой, по дороге я позвоню Зинаиде, а потом мы все вместе поговорим.
После того как мы оба сели в салон, мужчина ещё некоторое время неотрывно смотрел прямо перед собой, сжимая руль до скрипа. Вспыхнувший свет фар стоящего напротив фургона ослепил глаза. Уже вскоре он увёз тела моих мёртвых друзей…»
Проснулась я также неожиданно, как и проваливалась до этого в сон. Сегодня это был не кошмар, а всего лишь волна воспоминаний и сожалений, но от этого не становилось легче. С минуту ещё недвижимо сидела, пытаясь отделить реальность от моего воображения.
Старший брат Тамары так и не дождался от меня ответа на вопрос о том, как умерла его любимая единственная сестра. А видеть разгорающиеся с каждым днём всё больше и больше вопросы в его глазах «Как выжила ты?», «Что в тебе такого особенного?», «Почему не она?» - было просто невыносимо. Уже вскоре я вернулась в Москву. Замкнуться в себе и отгородиться от всего мира - самый лёгкий путь для меня. Всегда так было.
Терпкий шлейф кардамона и мускуса заставил отогнать одни мрачные мысли и вернуться к не менее мрачным иным. Судя по тому, что Ян так и сидел в кресле рядом во вчерашней одежде, а вокруг целое царство бумажного хаоса – он всю ночь провёл около меня.
– Ты что, не спал? –
И то чисто из вежливости. Сказать что-то ещё было просто мне не по силам.
– Нет, - покачал головой он.
– Хочу побыстрее разобраться с этим делом. Что-то меня цепляет во всём этом, а понять никак не могу, что именно. Тут есть опросы пострадавших, но толку от них ноль. Никто ничего не видел, только паника до появления Вадима, а чуть позже приехал сам Ринат и его оборотни, но было уже поздно.
Ян потёр пальцами виски и снова посмотрел на меня.
– И вообще, почему Ринат из всех детей выбрал именно тебя? Они же и других спасали, но забрал к себе тебя. И тебя же потом пытались убить. Что в тебе такого особенного, а, милая?
Отвела взгляд в сторону. Ну вот. И он туда же.
Действительно, что во мне такого особенного? И правду ли сказал Ринат?
Надежда на то, что он снова обманул меня, ещё жила внутри, хоть и не была подкреплена ничем, кроме желания, чтобы это было именно так, потому что так проще. И если Егор не знал причину просто в силу своего человеческого происхождения, то вот Яну её не следовало знать так и тем более.
– Чёрт, анализы! Мак же ждёт, - выпалила первое пришедшее на ум оправдание.
И сразу же поспешила оставить компанию альфы чёрных волков, подскакивая с места.
– Ярусь, я всё равно узнаю. Не лучше будет от тебя?
Чёрт!
– Мне нечего тебе сказать, я не знаю ответа на твои вопросы, Йен, - пробормотала вслух, подчёркнуто обращаясь к нему как все.
Раз уж он сам расставил приоритеты в нашем общении, мне стоит придерживаться правил этой жестокой игры. Так будет легче справиться с болью. Ведь если долго и убедительно делать вид что всё равно, в конечном итоге можно и самой поверить.
Ещё не успела дойти до конца коридора, как раздался оглушительный грохот чего-то тяжёлого за дверьми спальни, которую только покинула.
Что это было?!
Замерла, прислушиваясь, а вскоре перед глазами появился большой чёрный волк. Ян сменил ипостась. Отчего-то сердце кольнуло болью, едва я взглянула в бездонную темноту его глаз. Порыв подойти и обнять оказался настолько сильным, что не смогла удержаться и сделала шаг вперёд, но волк предупреждающе зарычал, отрезвляя меня, напоминая, что хозяин здесь он, а я… никому не интересно - что нужно мне.
Вчера Мак проявил мягкость и даже, я бы сказала - своеобразную заботу и понимание, потому решила, что если и кто сможет меня выслушать, так это точно он. Как говорится, из двух зол выбирают меньшее… Да и он едва ли не единственный, кто сможет ответить на вопрос, что так мучает меня в последнее время.
Оборотень нашёлся в лаборатории. По своему обыкновению, мужчина уткнулся в свои записи, даже не заметив моего появления.
– Добрый день, - поздоровалась тихонько.
– Ярослава? – удивился моему внеплановому появлению Мак. – Что-то случилось?