Волчара
Шрифт:
А я… я сегодня ночью вдруг осознал, что все это не просто так. Зайка — не какое-то случайное развлечение.
Причем я знал это с самой первой встречи. С первого взгляда. Мое нутро знало. Чуяло, что она моя.
Но мозгом я это понял только сегодня ночью. Когда, вернувшись после всех переговоров по телефону, сидел на кровати и просто смотрел на нее.
Хочу, чтобы она всегда спала в моей постели! Хочу засыпать и просыпаться с ней. Хочу видеть ее улыбку и слышать звонкий смех.
Ну а что я хочу делать с ней
Не помню, чтобы я когда-нибудь в жизни кого-нибудь так дико хотел…
Мы в аэропорту. Зайка суетится. Я спокойно ношу за ней чемодан.
— Так. Мне туда. Нет, сюда… Где моя регистрация?
— Здесь.
Я направляю ее в нужную сторону.
Держу за руку. Чувствую, как меня шарахает током от прикосновения к ней. А если я сейчас положу свою лапу, например, на ее упругую попку… боюсь, у меня вообще вылетят предохранители. И я растерзаю ее прямо здесь.
Блин. Я не могу сейчас расстаться с Зайкой! Просто не могу. Неделю в разлуке… А мы даже не успели нормально проститься. Надо это исправить.
— Дай-ка свой паспорт.
Она отдает. Я тяну ее в противоположную от стойки регистрации сторону.
— Нам нужно вон к тому окошку.
Я покупаю два билета в бизнес на тот самый самолет, на котором собирается лететь Зайка.
— Пойдем, — беру ее за руку.
— Куда?
— Провожу тебя.
До Питера.
49
Мы подходим к стойке регистрации бизнес-класса.
— Мне не сюда! — Зайка дергает меня за руку.
— Нам как раз сюда.
И я протягиваю наши паспорта. Когда я покупал билеты, Зайка опять залипла в телефон и не видела. Она пока еще ничего не понимает.
Потому что ей снова звонят с работы…
Да что за персонал набрала Галина? Тупят по каждому пункту, никак не могут обойтись без ценных советов Яны.
Я сдаю ее багаж. Нас провожают в зал ожидания бизнес-класса.
— Варлам…
Зайка растерянно оглядывается по сторонам, наконец, оторвавшись от телефона.
— Что мы тут делаем? Почему ты… Что происходит вообще?
— Я лечу с тобой.
— Ты?!
— Провожу тебя.
— В смысле — проводишь?
— Слетаю туда и обратно. Заселю тебя в гостиницу. Прослежу, чтобы все было в порядке.
— Вар…
Зайка удивленно хлопает глазами.
— Ты же говорил, у тебя сейчас куча проблем.
— Куча может несколько часов подождать.
Она смотрит на меня завороженным взглядом. Как будто что-то понимает.
Да, детка! У нас с тобой все не просто так…
— У тебя что, есть дела в Питере? — «догадывается» Зайка.
— Есть одно дело. Ты.
Не поверила. Недоверчиво качает головой.
— Но надолго остаться не могу, — продолжаю я. —
— Так зачем ты… Зачем ты летишь со мной?
Это уже начинает раздражать.
Что тут непонятного? У меня граната с вырванной чекой в штанах!
Но дело даже не в этом…
Дело в том, что я окончательно потерял голову.
Мы в самолете. Нам приносят шампанское, предлагают салаты и закуски на выбор. Зайка выглядит растерянной. Теребит в руках бокал шампанского. Смотрит на меня. Отказывается от салата и выбирает какой-то десерт.
— Хочешь сладкого? Я тоже.
О, как я хочу мою сладенькую девочку… Она в юбочке, в кедах и носочках. Мой любимый прикид.
Мало того, что она похожа на школьницу. Я еще и могу засунуть лапу ей под юбку и…
— Вар! Ты что творишь?
— Пока ничего.
Просто положил руку на бедро. Просто глажу. И чувствую, как Зайка заводится. Уверен — у нее в трусиках сейчас влажно.
Хочу проверить.
Она сжимает колени.
Я накидываю сверху плед, поворачиваюсь к ней, кладу на подлокотник журнал — типа что-то там ей показываю…
— Вар…
Зайка от неожиданности теряет хватку и расслабляется. И моя лапа проскальзывает между ее бедер.
— Мокрая… Хочешь…
— Нет!
— Зайка… со мной можно не притворяться. Я знаю, какая ты страстная. И какая развратная штучка.
— Я не… — выдыхает она.
В то время, как мои пальцы исследуют сладкие лепесточки и нежные складочки.
— Хочешь?
— Нет… Да!
Очень хочет. Вся течет. Сама насаживается на мои пальцы, забыв о том, что мы на борту самолета и нас могут застукать.
Глаза пьяные. Губы раздвинуты, дыхание прерывистое и быстрое.
— Вар…
— Быстрее?
— Да!
— Глубже?
— Да…
— А вот так тебе нравится?
— А-а-ах!
Я завершаю серию аккордов нежным, но интенсивным соло на пульсирующей горошине.
Зайка откидывает голову назад, содрогается, падает мне на плечо… И утыкается в шею теплыми губами.
— Я так хочу тебя! — срывается с моих губ.
— Но мы же не можем здесь…
Можем!
Но… тащить мою нежную девочку в туалет вроде как не комильфо. Зайка достойна лучшего.
Надо дотерпеть до гостиницы. Если я смогу…
— Целая неделя без тебя… — шепчу я. — Я не выдержу.
— То есть неделя без секса для тебя проблема? — спрашивает Зайка.
— Еще какая.
Она вдруг надувается и отворачивется к окну.
— Неделя без тебя — больше, чем вечность. Поэтому я сократил ее. Хотя бы на несколько часов…
— И с кем ты будешь трахаться, пока меня не будет? — выпаливает Зайка.
Ах, вот в чем причина ее надутых губ!
Моя ты ревнивая ушастая прелесть! Обожаю тебе. Твои пухлые губки и злые, метающие молнии глазки…