Шрифт:
1
На улице Вязов было темно и пустынно. Кристен стояла перед заброшенным домом, наблюдая за группой ребят, игравших на лужайке. Мальчики были в костюмах, а девочки в вечерних платьях. Они прыгали через веревочку и пели мрачную песенку:
«Раз, два, Фредди идет за тобой,
Три, четыре, запри-ка лучше дверь».
Охваченная смутной тревогой, Кристен подошла к маленькой девочке, сидевшей на красном трехколесном велосипеде у входной двери.
– Здравствуй, – сказала девочка. –
– Кристен. А тебя?
Девочка хихикнула, смущенно улыбнулась, но не ответила. Кристен посмотрела на дом: «Что это за место?»
Внезапно поднялся и завыл ветер. Под его порывами зазвенели колокольчика над входом. Кристен взглянула на колокольчики и увидела, что это длинные бритвы. Она ахнула от изумления. Входная дверь со скрипом отворилась.
– Мне нужно идти, – печально сказала маленькая девочка. – Пока.
Бренча звонком на руле, она скрылась в темноте за дверью.
– Подожди! – закричала Кристен. – Не езди туда!
Борясь со страхом, Кристен вошла в дом. Он выглядел ужасно. Трухлявые стены, разбитые окна… По пыльному полу шурша скользили сухие листья. Кристен слышала треньканье велосипедного звонка и хихиканье девочки, легким эхом раздающиеся где-то в глубине дома.
Кристен вошла в длинный, неправильной формы зал в тот момент, когда маленькая девочка исчезала за углом. Она осторожно последовала за девочкой, отметив про себя какие-то красные полосы на стенах.
Повернув за угол, Кристен оказалась перед тяжелой стальной дверью, которая закрылась с глухим металлическим клацаньем. Эта металлическая дверь на заклепках выглядела неуместной в трухлявом деревянном доме.
Кристен медленно открыла дверь, за которой оказалась металлическая лестница, ведущая куда-то вниз, в темноту. Она осторожно спустилась по ступенькам и оказалась в темной мрачной комнате, заставленной старинными заржавевшими котлами, холодными я безмолвными.
Тут мягкое звяканье привлекло внимание Кристен. Маленькая девочка выкатилась на велосипеде из темноты и остановилась около нее.
– Вот здесь он нас забирает, – сказала девочка.
Внезапно Кристен услышала скрежет металла.
Она резко повернулась и увидела, как заржавевшая дверца топки одного из котлов распахнулась. Внутри в груде холодной золы лежали обугленные кости. Там же лежал трехколесный велосипед, такой же, как у маленькой девочки, только обожженный огнем. Кристен помертвела от ужаса.
В этот момент металлическая дверь громко захлопнулась. Послышались бухающие приближающиеся шаги.
Маленькая девочка посмотрела на Кристен печальными глазами.
– Пришел Фредди, – сказал она с мрачным спокойствием.
В топке котла вспыхнуло ревущее пламя. Пламя было таким сильным, что краска на велосипеде пузырилась и горела.
Кристен схватила девочку в охапку и, охваченная ужасом, бросилась бежать. Оглянувшись через плечо, она увидела тень Фредди Крюгера, нависшую
Кристен сломя голову бросилась в другую комнату, все ещё с девочкой на руках. Здесь её глаза широко раскрылись от ужаса: сотни человеческих тел свисали с потолка, подвешенные как туши.
Кристен посмотрела на маленькую девочку в своих объятиях и увидела, что та превратилась в обугленный хрупкий трупик. Неожиданно её крохотный ротик раскрылся, издав душераздирающий вопль.
Кристен подскочила в кровати и села, задыхаясь от страха. Посмотрев1 вокруг себя, она наконец поняла, что находится в своей комнате.
Немного успокоившись, Кристен встала с постели и нетвердой походкой направилась в ванную комнату. Включив свет, она посмотрела на себя в зеркало. Все ещё дрожа от пережитого, она напустила воды в раковину и обмыла лицо, пытаясь успокоиться.
От слишком горячей воды начал подниматься пар. Кристен попыталась закрыть кран, но давление все росло. Пар окутал всю комнату.
Нахмурившись, Кристен возилась с краном. Когда она повернула его, он ожил и схватил её за руку.
Кристен ахнула и подняла глаза. Лицо Фредди усмехалось ей из зеркала. Затем ещё один кран начал изгибаться и вытягиваться, превращаясь в клешню Фредди с когтями-лезвиями.
Кристен закричала, пытаясь освободиться. Клешня поднялась, готовясь раскроить запястье Кристен. И вот лезвия нанесли удар.
Внезапно дверь ванной комнаты распахнулась. Это была мать Кристен. Пар исчез, а зеркало и раковина приобрели нормальный вид.
Кристен повернулась к перепуганной матери, медленно освобождаясь от кошмара. В руке она держала окровавленную бритву. Ее запястье было разрезано.
– Мамочка? – произнесла Кристен изумленно и потеряла сознание.
Расположенная в уединенном месте психиатрическая больница «Уэстин Хиллз», была построена в двадцатых годах католической церковью. Ее центром была звонница, где смыкались несколько беспорядочно построенных крыльев. Первоначально клиника для душевнобольных, эта государственная больница была недавно переоборудована. Обширный участок окружала железная изгородь.
В то утро главный санитар больницы Макс, большой и сильный негр, медленно совершал свой обычный обход, толкал перед собой тележку с различными лекарствами. Пересекая зал, он слушал ведущего программы новостей по маленькому портативному радиоприемнику, висевшему на тележке:
– Из местных новостей; умерли ещё два подростка, в обоих случаях самоубийство. Официальные лица органов здравоохранения графства не в состоянии объяснить эту тревожную тенденцию…
Состроив гримасу. Макс переключился на радиостанцию музыкальных программ в тот момент, когда тридцатитрехлетний врач Нил Гольдман нагнал его. Читая на ходу результаты обследования своих пациентов, он недовольно произнес: