Воины Вереска

Федотова Надежда Григорьевна

Она прилипла носом к холодному стеклу. Ага, четверо воинов подошли к сараю, сменили другую четверку, что стояла по периметру на страже. Караул. Значит, вот в этой пристройке любимые родственники и держат свое сокровище! Это хорошо, "сундучок" найден, осталось откинуть крышку… то бишь, как-то пролезть внутрь. Нэрис протерла ладошкой запотевшее стекло и вгляделась попристальней. Нет, через дверь — нереально, эти лбы и подойти-то не дадут! Особенно, если дальновидный лорд МакЛайон их насчет нее предупредил. Что очень

вероятно. Окошек в пристройке нет, по крайней мере, с этой стороны… Но наверняка сказать нельзя. Надо узнать точно.

Она наморщила брови: один из караульных, набив трубку, двинулся вокруг сарая. С обходом, надо полагать. Интересно, как часто они это делают? Если хотя бы раз в десять минут, не чаще — шансы есть! Главное, незаметно подобраться… Отвлечь суровых охранников точно не получится — сразу видно, люди опытные.

— Ну, ладно! — решительно сказала Нэрис, отлипая от стекла. И, придвинув к окну кресло, забралась в него с ногами. — Не хотите рассказывать — не надо! Сама разберусь!

Она оперлась локтями на холодный подоконник и, вперив взгляд в дверь вожделенной пристройки, приготовилась ждать.

…Явившаяся в спальню ближе к полуночи Бесс, всплеснув руками, остановилась на пороге.

— Это что еще за выкрутасы?.. — удивленно пробормотала она, глядя на свернувшуюся калачиком в кресле у окошка молодую госпожу. Та сладко спала, положив голову на подлокотник. Камин давно простыл, в комнате стоял жуткий холод. Свеча на туалетном столике едва теплилась.

— Ох ты ж, господи, — вздохнула служанка, качая головой, и на цыпочках, чтобы не разбудить хозяйку, вышла. Спустилась вниз, на кухню, и, найдя там Творимира, начала издалека:

— Приятного аппетита вам, сударь! Вы еще, я вижу, на боковую не собираетесь?.. А мне вот и никак… Вы ж не представляете! Прихожу я, значится, к госпоже, чтобы баиньки ее уложить — а она в кресле спит, как есть в туфлях и платье!..

— Эх? — пожал плечами русич, обмакнув горбушку хлеба в свою похлебку. Бесс развела руками:

— Ну я и подумала — ведь что зазря будить-то? Она и так всю неделю, почитай, бессонницей маялась! Сударь, вы бы уж помогли мне… Я ж сама ее до кровати-то не донесу.

— Эх… — Творимир недовольно вздохнул и, отложив ложку, угрюмо посмотрел на девушку. По его личному мнению, такими вещами следовало бы заниматься лорду МакЛайону, а уж никак не ему. А еще лучше — не миндальничать, разбудить да в постель отправить!.. Небось не больная, что ей сделается?

— Ну пожалуйста, сударь! — служанка обратила на сурового вояку взгляд несчастной овечки, оружие, которому не было равных по силе в ее женском арсенале. Будь на месте воеводы тот же Тихоня — он бы уже мчался наверх, как на крыльях! Творимир был в этом плане покрепче, да и нежных чувств к Бесси не питал, в отличие от норманна… Однако и он был не каменный.

— Эх! —

русич отодвинул свою миску, с сожалением бросив мимолетный взгляд на дымящуюся похлебку, и встал.

Глава 28

Эйнар по привычке взлохматил светлые волосы на затылке и после паузы неуверенно позвал:

— Нэрис?

— Чего тебе? — не оборачиваясь, отозвалась та, сдув с глаз выбившуюся из прически прядь волос. Руки у нее были заняты — "порядочная замужняя дама" в данный момент вовсю громила гостевую комнату, отведенную любезному папеньке. Норманн покачал головой:

— Потеряла что?..

— Не знаю, — девушка, поплевав на руки, взялась за тяжелую крышку кованого дорожного сундука. — Уф! Заперт, похоже… Что за невезение?

— Понятно, — умудренный опытом парень тяжко вздохнул. — Опять за старое!

— А что такое? — воинственно вздернула нос раскрасневшаяся от усилий леди. — Ивар велел из дому не выходить — я и не выхожу. А уж что я в самом доме делаю — не его печаль! Не в гостях, небось.

— А отцовские покои зачем вверх тормашками перевернула?

— Мой отец — что хочу, то и делаю!

— Ясно… — он помолчал и, глядя на ее неравную схватку с сундуком, добродушно хмыкнул:- Помочь? Экая ты сердитая нынче.

— Не будешь тут сердиться, как же, — пропыхтела Нэрис, выпрямляясь и дуя на ладони. — Еще со вчера всё наперекосяк… мало того, что заснула самым дурацким образом, так еще и утром глаза открываю — а на часах почти что полдень! Всё пропустила…

— Что именно? — Эйнар подошел поближе и внимательно оглядел сундук. — Да, на замок заперто, без ключа не обойдемся… Или все-таки взломать? Раз уж папаша не абы чей?..

— Нет, — подумав, сказала девушка. — Еще, упаси бог, выпорет… Или Ивару пожалуется, а это еще хуже!

— Да уж, — серьезно кивнул норманн, присаживаясь на крышку сундука. — Лорд, конечно, пороть не будет, но нотациями и допросами насмерть замучает. Чего искала-то?

— Что-нибудь… — девушка примостилась рядом, горестно обозревая царящий вокруг кавардак. — Хоть намек какой! На то, зачем папа сюда приехал, и на то, что он с собой такое важное привез, что его в сарае целая дружина караулит. Не нашла. Ничегошеньки!..

— Наверное, и не найдешь, — поразмыслив, сказал Эйнар. — Не знаю, как твой отец, а уж лорд МакЛайон теперь ученый, небось, позаботился, чтоб тебе ничего в руки не попало! Если оно и было, конечно…

Она сердито фыркнула, но не ответила.

— А за вот это всё тебе не влетит? — кивнув на разбросанные вещи, спросил он. Девушка помотала головой:

— Успею прибрать. Папа в Инвернесс уехал, сказал, только к ужину вернется…

Сын конунга пошевелил носком сапога валяющийся на полу башмак и, словно решившись, выпалил: