Воины Вереска
Шрифт:
— Ивар, это Нэрис! Прости, если мешаю, я только хотела забрать письмо… Генри сказал, что тебе его отдал?
— Письмо… — после паузы невнятно проскрипели из кабинета. — Да. Заходите, леди.
Нэрис почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок. Голос у мужа был странный. И это обращение — "леди"!.. Помнится, он вот так же с нею вчера разговаривал, когда подозревал бог знает в чем. "Надо было потерпеть, — запоздало поняла девушка, — и под руку ему сейчас не соваться!.. Мое любопытство меня погубит когда-нибудь…" Она с опаской посмотрела на дверь и вздохнула: теперь уж
Леди МакЛайон потянула на себя витую ручку и переступила порог кабинета.
— Ивар, извини, — быстро сказала она. — Я не знала, что… Если хочешь, я зайду попозже!
— Письмо на столе, — никак не отреагировав на ее извинения, сказал муж. Он стоял у окна, спиной к ней, заложив руки за спину, и смотрел на малиновый закат. Нэрис, не рискнув сказать еще что-либо, быстро подошла к столу и, протянув руку, взяла лежащий поверх кипы бумаг толстый пакет.
— Но оно… распечатано?! — вырвалось у нее.
— Я его открыл, — без эмоций отозвался лорд. — Я подумал, что, раз уж вы так любите рыться в моих бумагах, то и мне будет позволительно заглянуть в ваши.
— Ивар! — Нэрис почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Боже, как он узнал?!
— Ваша любимая лавандовая вода, — будто прочитав ее мысли, сказал муж. — Все протоколы ею пахнут. На будущее, леди — в следующий раз постарайтесь не применять никаких духов как минимум за сутки.
— Но я… Я…
— Потом будете оправдываться, — прервал ее Ивар. — Сейчас это не столь важно. Письма взяли?..
— Да…
— Сядьте и прочтите.
— Сейчас? — удивленно переспросила она. — Здесь?
— Да.
— Вслух?..
— Это необязательно, — он повернулся к ней. — Читайте.
Нэрис пожала плечами и вынула из пухлого бумажного пакета несколько листочков. Так, на хорошей бумаге, аккуратным змеистым почерком — это от мамы… Это, с кучей ошибок, вероятно для Бесси, от Флоренс. А вот это, на обратной стороне старой папиной закрытой долговой расписки, с кривыми, накарябанными угольком буквами — то самое, от умницы брауни! Нэрис помедлила, мельком взглянула на супруга и поняла по его лицу, что изображать сейчас любящую дочь бесполезно. Она решительно свела брови на переносице, отложила остальные письма в сторону и принялась за чтение долгожданной записки от домашнего духа. Прочитала. Нахмурилась еще больше, перечитала снова.
— Ничего не понимаю, — задумчиво проронила она. Лорд МакЛайон усмехнулся:
— Вы прочли еще не все письма.
— Простите, сир! — не сдержавшись, сказала девушка. — А я обязана это делать в вашем присутствии?!
— Можете не читать, — он пожал плечами. — Но, в таком случае, вам придется подождать еще какое-то время. Письма пока останутся у меня.
— Да в чем дело?!
— Выбирайте, — ровно ответил он. — Я слышал гонг, сейчас подадут ужин.
— Как пожелаете, — подчеркнуто холодно сказала девушка, беря в руки листочки, исписанные маминым почерком. Прочла. И подняла голову:
— Ну и что?..
— Осталось последнее, — подсказал он. Нэрис снова вспыхнула:
— Это письмо для Бесс. И не надо усмехаться, сир!.. Да, я залезла к вам в сундук и прочитала
— Да что вы? — издевательски хмыкнул он. — Отчего же тогда, позвольте спросить?..
— Потому что… Потому что… — она посмотрела в его холодные глаза и вдруг почувствовала, что злится. Ради него же, дурака, во все это ввязалась, а теперь выходит — она же еще и виновата?! "Ну уж нет, лорд МакЛайон! — непримиримо подумала девушка. — Ничего я вам не скажу!". Нэрис выпрямилась:
— Вы же у нас королевская гончая, сир? Вам же не привыкать отгадывать загадки?.. Вот тогда и думайте сами, что мне понадобилось в вашем ящике с бумагами! Надеюсь, ничего не пропало?.. — она презрительно сощурилась. Лорд посмотрел в ее бледное лицо и медленно покачал головой:
— Нет.
— Надо полагать, на мое счастье, — фыркнула девушка. Собрала рассыпанные по дивану листочки, сунула их обратно в пакет и, поднявшись, протянула его мужу:- Забирайте. Я свои письма прочитала. А то, что адресовано Бесс, отдадите ей сами, когда пожелаете. Я могу идти, или вы намерены запереть меня здесь до выяснения?..
— Вас никто не держит, леди. Спускайтесь к ужину, я скоро подойду. — Ивар взял у нее пакет. Нэрис открыла дверь и обернулась, прежде чем выйти:
— Я так понимаю, наш брак оказался для вас не самым выгодным, сир. И если вы пожелаете развестись — я ничего не буду иметь против. Наша церковь, конечно, не одобряет разводов, но, думаю, воспитаннику короля Шотландии она не откажет…
Леди МакЛайон вышла и захлопнула за собой дверь. По коридору дробно простучали каблучки. Ивар вздернул бровь и усмехнулся.
— Однако!.. — пробормотал он. — Развестись… Вот ещё!
Он бросил пакет в сундучок, сгеб со стола свои записи и снял с шеи ключ.
Ужинали в молчании. Нэрис кусок не лез в горло, Ивар жевал чисто механически, даже не глядя в тарелку. Творимир по своему обыкновению поел раньше, и только тянул небольшими глотками любимый хмельной мед, который варили специально для него. Лорд и леди Кэвендиш ужинали в своих покоях — сэру Дэвиду еще пока не рекомендовалось вставать с постели. Один только Томас, как всегда, уплетал с неизменным аппетитом все, до чего смог дотянуться. Поэтому то, что супруги явно в размолвке, он заметил, только когда слуги уже убрали со стола, и в каминную залу явился виночерпий с виски для мужчин и графинчиком ягодной наливки для леди. Волынщик оглядел хмурые лица, бросил вопросительный взгляд на Творимира (тот только рукой махнул) и, подумав, достал из заплечного мешка лютню:
— Я тут кое-кому обещал…
— Давай не сегодня, — мрачно сказал Ивар, делая глоток из своей чаши. Рыжий открыл рот, посмотрел на хмурое лицо командира и неуверенно оглянулся на Нэрис.
— Я думаю, — не глядя на мужа, сказала она, — от пары песен никому хуже не станет. Впрочем, если вам это мешает, сир, я могу послушать музыку в другом месте.
— Сидите, — лорд махнул рукой. — Играй, Том.
— Вот то-то же! — разулыбался тот, пристраивая на коленях лютню. — Ну, моя леди, что вы хотите услышать?.. У меня репертуар большой!