Воины Посейдона
Шрифт:
Руководитель проекта «Пирамида» с российской стороны, генерал-полковник Томилин, встревоженно смотрел в экран монитора. Побледневший командир экипажа Муртазин, стараясь сохранять спокойствие, докладывал:
– Произошёл сбой в системе наведения. Нас начинает раскручивать… Пытаемся стабилизировать аппарат…
По экрану монитора пошли тёмные полосы, помехи в изображении с каждой секундой усиливались, голосовая связь работала прерывисто, эфир заполняли посторонние шумы. Муртазина становилось слышно всё хуже. Но вот сквозь помехи опять прорвался его голос:
– Мы сходим с траектории
Томилин продолжал неподвижно стоять у экрана монитора, вцепившись руками в спинку кресла так, что его пальцы побелели. Лицо генерала словно окаменело. Не меняя позы, он продолжал отдавать короткие распоряжения, неотрывно следя за монитором.
Голос Муртазина ещё несколько раз прорывался в эфир, но на экране уже появилась сплошная рябь, как будто кто-то выдернул антенну из телевизора. Последнее, что можно было разобрать сквозь шумы:
– …пытаемся… стабилизир… вышел из строя борт… …ютер…
В ЦУПе предпринимали отчаянные попытки восстановить связь, но все они оказались безуспешными. Связь окончательно пропала. Все находились в шоковом состоянии из-за стремительности и в большей степени из-за неотвратимости произошедших событий. Томилин впервые за всё это время отошёл от монитора, пытаясь собраться с мыслями. В этот момент к нему подошёл помощник.
– Товарищ генерал, американцы сообщают, что их спутники слежения зафиксировали сход спускаемого аппарата с траектории приземления, – сообщил он негромко и после небольшой паузы так же тихо закончил: – Вас запрашивает Хьюстон, будете разговаривать?
Генерал кивнул помощнику и широким быстрым шагом направился к телефонному аппарату. Один из сотрудников ЦУПа догнал его и почти на бегу доложил:
– Товарищ генерал, аппарат уходит на юго-восток, мы просчитываем возможную траекторию. Через несколько минут сможем дать приблизительный район приземления.
Томилин и на эту информацию ответил коротким кивком. С суровым видом он поднял со стола телефонную трубку, прикрыв ладонью микрофон, приказал рядом стоявшим сотрудникам:
– Подготовьте соответствующую информацию для стран Юго-восточного региона. – Затем перешёл на английский: – Томилин слушает…
– Мистер Томилин, уже известна причина схода аппарата с траектории спуска? – В голосе Бретта сквозило плохо скрываемое раздражение.
– Причина пока не установлена… – как можно спокойнее произнёс Томилин.
– Незадолго до схода аппарата с траектории наша астрономическая служба зафиксировала очень мощную вспышку на Солнце. Я думаю, вы уже об этом знаете? – На этих словах Томилин зло посмотрел на окружавшую его свиту. Ему об этом не доложили. Американцы сработали оперативнее. Отыскав глазами руководителя астрономического сектора, генерал показал ему мощный кулак, и по его губам без труда можно было прочитать нецензурное слово. А в трубку он, не меняя спокойной интонации, хладнокровно произнёс:
– Да, мне об этом известно…
– Это сказалось на работе наших спутников, находящихся сейчас в космосе. Было несколько серьёзных сбоев, но ни один из них не сошёл с орбиты. Вспышка могла, конечно, в
– Мне кажется, нам сейчас надо думать о спасении модуля и экипажа, а в причинах схода будем разбираться потом… – глухо произнёс и нахмурился генерал. Бретт, выслушав Томилина, выждал паузу.
– …Есть ещё одно странное обстоятельство. – Бретт обвел взглядом своих генералов, сидевших с напряженными лицами за большим овальным столом. – Из района Анд был выпущен и зафиксирован нашими военными ранее не известный импульс, похожий на некий сгусток электромагнитной энергии большой мощности. Он был настолько краткосрочным, что нам не удалось засечь даже приблизительно место излучения… До конца не ясна также и сама природа этого импульса…
– И что из этого следует? – насторожился Томилин.
– Дело в том, мистер Томилин, что он точно совпадает по времени, когда с аппаратом начались неполадки. – Бретт умолк, ожидая реакции Томилина. Генерал на секунду задумался, после чего начал отвечать, тщательно подбирая и чётко проговаривая каждое слово:
– Даже если этот импульс имел какое-то воздействие на аппарат, он вряд ли мог сместить его с траектории… Я ещё могу допустить вызванные им помехи в связи, но и это маловероятно – помехоустойчивость аппарата очень высока.
В этот момент Томилину протянули листок с какой-то информацией. Он быстро пробежал по строчкам глазами.
– Тем не менее, генерал, связи с экипажем нет. И теперь уже ясно, что её вряд ли удастся восстановить. Что вы намерены делать?! – В голосе Бретта были слышны нотки недовольства и раздражения. Внутри него закипала ярость по отношению к этому русскому тугодуму. В ожидании ответа он поднял глаза к потолку, резко откинул полу пиджака и, запустив левую руку в карман брюк, стал нервно покачиваться с пяток на носки.
– Мне принесли расчёты траектории падения аппарата. Предположительно он опустится в районе Малайзии или Филиппин. По мере сближения аппарата с Землёй координаты будут уточняться. Жизнеспособность аппарата достаточно высока, это вселяет надежду на благополучный исход.
– Я вас понял, мистер Томилин. Из этого следует, что нам всем остаётся молиться, чтобы теперь не подвела система мягкой посадки вашего аппарата? – съязвил Бретт.
– Мистер Бретт, нам необходимо срочно задействовать все имеющиеся у наших стран средства поиска и спасения в предполагаемом месте посадки. – Генерал пропустил мимо ушей колкость американца, ему сейчас было не до склок.
– Да, я согласен с вами и уже отдал все необходимые распоряжения, – смягчил тон Бретт, поняв, что дальнейшее препирательство с русским генералом не имеет никакого смысла. – Наши специалисты, как и ваши, уже просчитывают возможный район приземления. Нам бы хотелось, генерал, чтобы службы слежения наших стран находились в постоянном контакте и обменивались информацией. Оперативно проводили все необходимые сверки и уточнения. В дополнение ко всему в ближайшее время в тот район нами будет направлен самолёт радиолокационной разведки АВАКС.