Воины Нави
Шрифт:
Парень тихо кивнул головой, словно язык проглотив. Всеведа улыбнулась, глядя себе под ноги.
— Ты думаешь, слепая девочка не видела твоих взглядов? От самой деревни ты с меня глаз не отводишь. Так что же ты, сильный муж рода своего, боишься подойти ко мне?
Ее слова прозвучали игриво, словно издевка. Ярослав медленно поднялся, молчаливо двинувшись за колдуньей по кругу.
— Сильный всегда прав? — она рассмеялась, быстро стягивая рубаху через голову. Мягкой соблазнительной поступью она пошла вокруг костра, словно убегая от него.
Разделенные огнем они медленно кружили в азартном танце.
— Иди, иди за мной, воин. И я покажу тебе, в чем сила слабой женщины.
Ее слова перешли в шепот, тонкий силуэт терял свои очертания сквозь пламя костра. Меч и кожаный нагрудник упали наземь. Туман сгустился у границ круга, создавая непроницаемую стену.
— Я давно ждала тебя, сильный воин. — Она остановилась, позволяя ему подойти к себе.
…Расположившись в княжеском доме, ведьмак так и не прилег, простояв всю ночь напролет у открытого окна. Ледея тоже не спала. Лежа с закрытыми глазами, она тяжело переживала события прошедшего
— Стоян? Почему ты так изменился? Зачем тебе столько крови и насилия, ты ведь уже победил их?
Ведьмак неотрывно смотрел на небо. Две луны, словно две сестры, освещали своими лучами ночной город. Луна Леля была младше Месяца, и она торопливо уходила с небосвода, словно опаздывая куда-то.
— Зачем? А зачем вообще Ему понадобился человек? В Его власти огромные безграничные миры. Земля, зеленая трава, деревья, доверчивые зверушки ластились к Его ногам, когда он гулял по лесу. Скажи, неужели этого мало для счастья?
Ведьмак замолчал, будто ожидая ответа от безмолвного ночного неба.
— О ком ты, Стоян?
— Белобог. Это он во всем виноват. В наших радостях, улыбках, в нашей красоте и доброте. И в несчастьях тоже он виноват. Горе — это эхо счастья, его ледяное отражение. Человек счастлив, сердце радостно бьется в груди, разгоняя кровь по жилам. Ноги несутся в пляс, хочется все и вся обнять и поделиться своей радостью. Человек в горе — сердце надрывается от тоски, кровь закипает от гнева и обиды. И опять-таки нужно с кем-то поделиться. Только уже не радостью, а печалью. Им никогда не понять людей, потому что они иные. Боги не умеют ни радоваться, ни горевать. Все в их устремлениях и помыслах направлено к совершенству. Вот так и Белобог, Светлый Сын Творца, прогуливаясь по зеленым лугам, думал о совершенстве. Не о нас он думал и не о Древграде. Он думал о себе. Много раз он менял облик Земли, созданной Творцом. В те далекие времена деревья были не то что сейчас — ствол не обхватить, и тянулись высоко до небес. Огромные дикие звери жили в этих многовековых лесах. Тогда еще не было людей, не было и демонов. Даждьбог поднимал солнце, даруя свет всему живому. Но одиночество убивает даже Богов, и создал Сварог человека по своему подобию. Первое поколение людей были великанами, рядом с которыми мы, словно мелкие зверушки. В ваших легендах их называют Волотами. И спустились с неба сыны Сварожьи — Перун и Велес, чтобы наставить их на путь истинный, научить жить по Прави. Только глупым оказалось то поколение, не дано им было понять замысла Божьего. Не захотели они землю-матушку возделывать и стали зверей убивать для пропитания, истребляя их в несметном количестве. И явился на землю Чернобог взглянуть на дело рук Брата своего светлого, и мерзко ему стало от созданий этих. И наполнил он их сердца жестокостью, и пошли они один на другого войной. Не было в них искры божественной, не было любви истинной. Белобог же гордился творениями своими, ибо был совершенством в сравнении с ними. Обозлился он на Брата темного и наказал сыновьям своим стеречь мир от Чернобога, и поставил Змея Велеса у врат Нави. И создал новое поколение людей, наделив их разумом и умениями разными. То было поколение великих атлантов, о коих много былин сложено, только никто их уже не увидит воочию. Заскучал Чернобог во владениях своих, не в силах пройти незаметно мимо Змея Великого. И тогда создал он из плоти своей жену себе, Великую Богиню Морану.
Ведьмак замолчал, будто вспоминая давно минувшие дни. Ледея тихо слушала, внимая каждому слову. Никогда она ничего подобного не слышала. Ни от родителей своих, ни от мудрецов деревенских. Долгие тысячелетия существования Мира сокрыты от разума человеческого.
— Моя Великая Мать прекрасна в жестокости своей. Ибо не знала она, что такое Свет, Любовь, Добро. Не ведала о Мирах бесконечных, Царство Нави было ее домом. И вот однажды, приоткрыв врата, увидела она искры, взлетающие к небу. То были души, покинувшие тела людей и летящие по лунному пути к Творцу. И тогда придумала Морана свое первое заклятье, чтобы обмануть Бога Велеса. Отвлекла она стража могучего и похитила одну искру из-под его носа. Долго она забавлялась с нею, пытаясь понять ее предназначение. Наконец, наигравшись вдоволь, взяла и проглотила ее. И такое для нее это было лакомство, что, единожды вкусив искру Божью, не могла уже остановиться. И родился от той искры в Нави первый Демон, сын Чернобога и Мораны, получив от той искры жизнь нежданную. И назвала Морана своего первенца Косматым. И стала она думать, как обмануть Змея Велеса, чтобы вновь полакомиться душами человеческими. И создала она колдовство — искусство великое. И приоткрыв врата, стала Змия соблазнять, рассказывая ему о красоте женской, об утехах плотских. В то время Бог Перун вознамерился жениться, выбрав в жены себе прекрасную Перуницу. И попросил он брата Велеса стать его дружкою на пиру свадебном. Согласился Велес, но было ему интересно, так ли красива невеста брата его, как Морана описывала красоту женскую. И покинув врата Нави, отправился он на пир свадебный. И пока в Ирии Боги пировали, Морана похищала души людские, рождая новых сыновей Нави. Тогда был рожден и я.
Ведьмак вновь замолчал, грустно вздохнув. Солнце показало первые лучи над вершинами деревьев. Вновь предстоял долгий утомительный переход. Ледея, затаив дыхание, шепотом спросила:
— А что было дальше?
— Дальше? Что было дальше? Чернобог никогда не любил брата своего. Слишком заносчив тот был в сиянии своем. И за это высокомерие наказала его судьба. Дети его Перун и Велес разругались меж собой навеки. Как может быть безгрешен смертный, если даже Боги не в силах устоять пред соблазнами? Велес прибыл на пир, обернулся огромным быком и впрягся в колесницу свадебную. В той колеснице он по небосводу вез невесту Перунову. И столь велико было его любопытство, что не сдержался
Ведьмак прикрыл глаза, вызывая из глубин древней памяти картины прошлых столетий. Его плечи гордо расправились словно крылья могучего орла. Глаза распахнулись, наливаясь чернотой, черты лица изменились, став острыми и злыми.
— И стали мы жить с атлантами, будто ими и были. Многие знания дал им Белобог, сделав их просвещенными. Научили их Боги строить храмы из огромных камней, в коих атланты и поклонялись Белобогу. И были те храмы полны золота и богатства всякого. Искусству ратному они были обучены и имели мечи пламенные, Перуном кованные. И преподнесли мы с братьями тем царям атлантским напиток молодости. Кровь девичья с молоком мешанная и Мораной наговоренная. Стали те цари жить долгие века, а нас нарекли Верховными жрецами. В великом секрете хранили мы рецепт того напитка, и слушались они нас во всем, возомнив, что с нашей помощью станут равными Богам. И наступило в их царстве время греха великого. Людей стали взращивать в хлевах словно скотину. Сотни тысяч рабов надрывались на благо царей, животов своих не жалея. Безумие атлантов не имело границ в своей изощренности. Девушек стадами выращивали для дворцовых утех, а тех, кто терял свою свежесть, убивали, принося Богам кровавые жертвы. Ледея, мы не учили их этому злу, оно само родилось в их разуме. Многое меня тогда удивило. И после этого нас называют демонами? Было это две тысячи лет назад. Сбылось тогда предсказание Чернобога: «И рухнет Мир Яви, погрязнув в грехах великих. Когда на царский стол подадут деву невинную, словно рыбу запеченную». Так и случилось — возжелали цари атлантские полакомиться человечиной. И зажарили для них деву невинную, поставив мерзкое блюдо на длань обеденную. И опомнились Боги, увидев, что мир рушится. Но было поздно. Возомнили смертные атланты, что доберутся они к Сварге и сами станут богами. И тогда появились первые Арии, заселяя полуночную страну. И Боги дали им древние знания. Более древние, нежели атлантам дарованные. Хранили те знания великие Уры во главе с Правителем. Я же с братьями-демонами лишь смеялся над их жалкими потугами. Казалось, весь Мир лежит у ног нашего Отца Чернобога, и ничто уже не в силах сокрушить мощь нашу. Я был еще молод и самонадеян. Я ошибался. Через два столетия, выполняя Божью волю, арии пошли на нас войной. Сотни огромных ладей приплыли к нашим берегам, высадив многие тысячи воинов. Их мечи были из обычного металла и не могли сравниться с нашими. Но за ними стояли Уры и Правитель, чья ворожба рушила самые крепкие стены. Мой брат, Великий Левиафан, десятками топил их корабли, выныривая из морских пучин и перекусывая их пополам. Но Правитель был очень силен и лишил его тела, отправив буйного демона обратно в царство Нави. И тогда я поклялся — глаз за глаз. Я выполнил свою клятву, брат мой отмщен. Нет для Правителя страшнее мести, чем утратить совершенство в лике своем.
Ведьмак обернулся к Ледее словно задумавшись, стоит ли продолжать свой рассказ. Она, свернувшись на постели, съежилась, испуганно глядя широко открытыми глазами.
— Десять дней длилась битва, и казалось, мы выстоим против них. Берега Атлантиды были усеяны человеческими телами. Воды наполнились кровью, пролитой ариями. Океан закипал от творимой нами ворожбы, и огромные киты, спасаясь, выбрасывались на берег. Но тут явился сам Перун-Громовержец. Ни перед кем, кроме Чернобога и Мораны, я не ведал страха. Но в тот день я ужаснулся. Небо разверзлось, огромный белый конь нес Перуна-Громовержца на себе. Сияние ослепило половину Мира, заставляя прятать взоры. Его глаза…
Его взгляда не может выдержать простой смертный. Взглянув в его глаза, воины слепли навеки. Натянув огромный сияющий лук, он выпустил семистрельную молнию, расколов нашу цитадель. Огромные каменные монолиты разбросало в разные стороны словно соломенные снопы. Мы с братьями выстояли, прикрывшись темными щитами. От второй стрелы пал Косматый. Он рухнул в бездонную пропасть, возникшую после удара молний. В Нави от горя застонала Морана, утратившая первенца.
Город пылал до небес, даже камень плавился от того жара. И мы бежали с поля битвы, бросив все. Он гнал нас до самой Нави, сбивая одного за другим в пучины океана. Затем Боги смыли Атлантиду с лица Земли, раз и навсегда укрыв ее имя на дне великого океана. Остались лишь легенды, в которых ни слова правды о тех страшных днях.
Боги никогда не признают своих ошибок.
Вернувшись в Навь, мы, склонив головы, предстали перед Отцом. Он отвернулся от нас, рассерженный, и в наказанье бросил меня в самые глубины Нави. Ледея, более тысячи лет я искал дорогу домой! Лед, холод, пустота. Сотни раз я терял рассудок, забывая даже имя свое. Кто я? Куда я лечу? Сотни мертвых миров облетел я на крыльях в поисках родного дома. В этот раз все будет иначе, я не позволю себя победить. Лучше пасть испепеленным молнией Перуна, чем вновь попасть в немилость к Отцу. И в этой битве нет места жалости!