Воины Бури
Шрифт:
Элфрей через щель в стене следил за обстановкой, тем временем остальные Росомахи собрались в завешанных паутиной сенях.
— Совершенно ясно, — спокойно и уверенно начал Страйк, — что городу не устоять. Половина населения не может сражаться, а у Хоброу нет недостатка в подкреплениях. Ваши предложения?
Росомахи переглянулись.
— Будем сражаться, — сказала Коилла. — Что еще?
— Вот именно. Что еще? — фраза Страйка повисла в сумраке.
Джап медленно произнес:
— К чему ты клонишь?
— К тому, что мы могли бы
— То есть мы, воспользовавшись суматохой, просто возьмем да и слиняем? — уточнил Хаскер. — Мне подходит.
Коилла прошипела:
— Так нельзя! Если бы не Поли, наша игра против Хоброу была бы стопроцентно проиграна. Мы не имеем права покинуть их в такой момент.
— Подумайте вот о чем, — продолжал настаивать Страйк. — Я знаю, что Поли сейчас наши союзники. Но что, по-вашему, случится, если звезда попадет в руки людей Хоброу?
Джап вскочил на ноги.
— Да наплевать на эту звезду! — разгневанно воскликнул он. — У нас уже есть четыре, не хватит, что ли? Или ради этих звезд надо все послать к черту?
Страйк бросил на дворфа горящий взгляд:
— Сядь и закрой рот! Разве тебе не ясно, что звезды обладают могуществом? Если на них наложит руки Хоброу, это могущество перейдет к нему.
— Или так, — произнес со своего наблюдательного поста Элфрей, — или они уничтожат инструмент. Но вероятность нашей гибели повысится, если мы пойдем против Уни в чистом поле. Кроме того, я никогда не испытывал желания предавать тех, с кем бок о бок сражался.
— Слушайте, — произнес Хаскер, когда надутый дворф вернулся на свое место в круге, — они ведь всего-навсего только люди, верно? Отлично, они нас приняли, дали нам еду и кров, но они нуждаются в нас больше, чем мы в них. Если бы было наоборот, они бы просто отобрали у нас все, что им надо, и даже не подумали бы нас благодарить. Вы знаете, что я прав. Такова человеческая природа.
Коилла все это время раздумывала над тем, что может крыться за словами Страйка.
— Ты принял решение забрать звезду и удрать? Страйк кивнул:
— Скажем так: сейчас мы остаемся и будем сражаться. Но потом, при первом же удобном случае, возьмем звезду и под покровом ночи уйдем.
Один за одним они соглашались, некоторые с большей неохотой, некоторые с меньшей. Самым недовольным был Элфрей, но даже он понимал, что шансы Рафетвью устоять очень невысоки.
Стараясь подавить свое собственное чувство вины, Страйк произнес:
— Коилла? Ты побывала в храме. Как думаешь, ты могла бы выкрасть звезду?
— Если понадобится, я сделаю. Вряд ли это будет слишком трудно. В конце концов, сейчас они заняты осадой, так что у них нет времени охранять храм.
— Послушайте! — Элфрей не выдержал и покинул свой пост. Он смотрел прямо на Страйка, и в глазах его сверкали искры гнева. — Значит, мы отсюда умотаем? А что ты планируешь делать с орками, которые к нам примкнули? Ты ведь не собираешься бросить их здесь на произвол судьбы? Я спрашиваю, поскольку не могу поверить, что Страйк, которого я знаю, на подобное способен.
— Нет,
— Я не беспокоюсь, — отвечал старый капрал. — Я просто никогда никого не обманываю, вот и все.
— Я тоже никогда никого не обманываю, Элфрей. Никогда. Просто…
Зазвонили колокола. Со стены закричали.
Росомахи вскочили на ноги и бросились к двери. В этот момент зажигалка угодила в тростниковую крышу хижины. Дождем посыпались горящая древесина и солома. Крохотное помещение наполнилось дымом.
Бревно покосилось и начало падать на Коиллу. Страйк прыгнул вперед и успел оттащить ее в сторону.
— Наружу!
Огненный дождь превратился в ливень. Единственным противодействием ему были пожарные цепочки да лучники на стенах. Прикрываясь, где возможно, под козырьками зданий, Росомахи бежали что было силы, каждый на свой пост. Пригибаясь и уворачиваясь от стрел, они уже должны были разделиться, когда часовой на стене закричал:
— Они остановились! Они отступают!
— Как бы им на собственные войска не налететь, — заметил Страйк.
И вздрогнул. Через него прошла какая-то волна.
Коилла ничего не заметила.
— Смотри! — сказала она.
В эпицентре жуткой суматохи, в момент, когда вот-вот должно было начаться сражение, верховная жрица нараспев произносила заклинания у магического гейзера. Все еще в своем синем платье, хотя местами и забрызганном, она, рука об руку со своими помощницами, медленно обходила фонтан радужного света. Вокруг, в обтрепанных одеждах, измученные, стояли женщины всех возрастов. Они подхватили странное заклинание. Красные, зеленые и желтые отблески озарили их лица.
— Что они делают? — не понял Джап.
— Стараются обратить магию против Уни, — не задумываясь, отвечал Страйк. А потом спросил сам себя, откуда ему это известно.
— Что ж, в таком положении никакая помощь не будет лишней, — пробормотал дворф.
Страйк сделал попытку освободиться от осаждавших его странных чувств.
— Я за то, чтобы призывать богов, — произнес он, прибегая к помощи испытанного средства — цинизма, — но иной раз меч оказывается лучшим подспорьем.
Коилла коснулась его руки:
— Почему бы не сказать им, что у нас есть другие звезды?
Он озадаченно поднял брови:
— С какой стати?
Почти смущенно, она пожала плечами:
— Если звезды действительно обладают могуществом, которое им приписывается, то кто знает, может, сейчас бы они помогли.
— Ты думаешь, кто-нибудь здесь умеет с ними обращаться?
Джап скорчил гримасу:
— Можно подумать, мы умеем…
Напряженным усилием воли Страйк сдерживал что-то, прорывавшееся изнутри. Из-за волнообразной вибрации было трудно думать. Остальные орки смотрели на него с ожиданием. Тем временем Криста и ее сподвижницы продолжали распевать призывы к своей триаде. Страйк поймал себя на сожалении, что так и не нашел времени поделиться с Коиллой словами Кристы насчет того, что он, возможно, отклонение от нормы.