Воины Бури
Шрифт:
Он пожал плечами:
— Не знаю.
— Ты, конечно, предположил, что раз две звезды так хорошо соединяются…
…то и остальные тоже могут. Само собой, я так подумал. Но проверить времени не было.
— Сейчас время есть.
Страйк потянулся за одной из остальных звезд. И замер: в кустах за спиной послышался шорох. Оба орка осторожно поднялись на ноги.
Кустарник раздвинулся, и из него выступила человеческая фигура.
— Ты! — воскликнула Коилла, хватаясь за меч.
— Какого черта! —
— Я же обещал, что мы еще встретимся, — сказал Мика Лекманн.
— Отлично, — прошипела, уже окончательно придя в себя, Коилла. — Теперь я могу закончить работу.
Охотник за удачей проигнорировал угрозу и посмотрел на звезды:
— Очень любезно было с вашей стороны приготовить их для меня.
— Тебе нужны они? — ледяным голосом отвечал Страйк. — Так подойди и возьми!
— Ты слышал, Гривер? — позвал Лекманн.
Из зарослей с другой стороны показался второй наемник. Из его искусственной руки торчало лезвие; в живой он сжимал нож.
— Ух ты! — оскалилась Коилла. — Никак все ублюдки собрались?
Аулэй, излучая бесконечную ненависть, ответил злобным взглядом.
— Видишь, Гривер? — сказал Лекманн. — Разделяй и властвуй.
Наставив на Коиллу клинок, Аулэй прорычал:
— Пришло время расплатиться, сука.
— В любой момент, как только будешь готов, одноглазый. Или мне следовало сказать «однорукий»?.. А может, «одноухий»?
Аулэй закипел от ярости, как котелок.
Взорвался еще один лиственный холм, осыпался дождь листьев, и показался Блаан. Этот был вооружен увесистой дубинкой из прочного дерева, с острыми шипами.
Никого больше, судя по всему, поблизости не было.
— Все, что нам нужно, — спокойно, как о сущей мелочи, заявил Лекманн, — это ваши головы. Да еще эти штуки, — он указал на звезды, лежащие на траве. — Так что давайте обойдемся без лишнего шума, а?
— Мечтать не вредно, мешок с дерьмом! — отвечала Коилла.
Из смазанных ножен выскользнули клинки.
Страйк и Коилла встали спиной к спине. Перед нею был Аулэй — так уж она предпочла. Он занялся Лекманном и Блааном.
Наемники атаковали.
Страйк уклонился от меча Лекманна. Их клинки встретились и звякнули — раз, два, три… Лекманн слегка попятился. Страйк воспользовался передышкой, чтобы развернуться и что было силы пнуть Блаана в низ живота.
Громила сложился вдвое и замер.
Страйк вернулся в исходную позицию.
За его спиной бушевала буря из четырех клинков. Чтобы ни в чем не уступать противнику, Коилла вооружилась мечом и ножом. Лезвия свистели над самыми головами, не доставали дюймов до кишок. Один делал выпад — противник уклонялся или отбивал удар. В конце концов клинки сцепились замком, и, чтобы разъединить их, Коилла пнула противника в голень. Трясясь от ярости, он отшатнулся. И мстя за отступление, тут же чуть не перерезал ей глотку, но она парировала выпад и ответила собственным…
Блаан опять тянулся к Страйку. Уйдя от выпада Лекманна, Страйк развернулся и махнул мечом в сторону
Аулэй пробился сквозь сверкающую стену, которую выстроила своими клинками Коилла, и нанес удар. Кинжал едва не попал ей в лицо, и лишь благодаря везению она ушла от удара в грудь. Придя в ярость, она разразилась бурей ударов, вынудивших Аулэя отшатнуться. Он еще не успел восстановить равновесие, когда она прыгнула вперед и с размаху ударила мечом. Этот удар должен был раскроить противники надвое. Однако меч отскочил от искусственной руки. Полетели синие искры. Это лишь подлило масло в огонь злости бандита…
Страйку пришлось выбирать. Оба противника находились достаточно близко, чтобы ждать от них серьезных неприятностей, так что надо было решать, кем заняться в первую очередь. Решение за него принял Блаан. Его дубинка опустилась по дуге и непременно бы раскроила Страйку череп, если бы он не уклонился. Лезвие меча Страйка метнулось, как кобра, и резануло Блаана по руке. Громила взревел — не столько от боли, сколько от ярости…
Схватка Аулэя и Коиллы достигла некой точки равновесия. Каждый нападал, охваченный жаждой крови, пытаясь прорвать оборону противника…
Воспользовавшись моментом, когда Страйк переключился на Блаана, Лекманн ринулся в атаку. Лезвие слилось в туманное пятно. Страйк отбивал каждый удар и не отступал. Потом перешел к контратаке. Начал теснить человека. Шансы, что сейчас он убьет противника, были довольно высоки. Все испортил Блаан. Окровавленный, размахивая дубинкой, он опять ринулся в драку. Страйк нанес боковой удар. Он не достиг цели, но сбил Блаана с ног. Тот покатился в кусты.
Когда он пришел в себя, он опять попытался броситься на Страйка. Но в этот момент его тело содрогнулось. С остекленевшим взором он медленно шагнул вперед. Еще один шаг, поворот — и стало ясно, в чем дело.
Из спины у громилы торчал топор.
Зрелище заставило сражающихся остановиться. Коилла и Аулэй, Страйк и Лекманн попятились, глядя, как Блаан, спотыкаясь и все еще сжимая в руке дубинку, пытается обнаружить обидчика.
Тут из кустов вырвался Хаскер. Следом за ним показались Джап и двое рядовых Росомах.
Всеобщее остолбенение нарушилось.
Лекманн с Аулэем пустились наутек. На расстоянии нескольких ярдов от места драки была рощица, туда они и нырнули. За ними бросились Джап и рядовые. Коилла присоединилась к погоне.
Страйк и Хаскер стояли на месте, загипнотизированные зрелищем, которое представлял из себя Блаан. Лезвие топора глубоко вошло ему между лопатками, по спине текли потоки крови, а он все шел и шел, направляясь к Хаскеру. Каким-то образом он еще сумел поднять дубинку. И даже, рванувшись вперед, попытался вышибить из орка мозги.
Хаскер и Страйк среагировали одновременно. Один вонзил меч в грудь Блаана, другой — в его бок. Выдернув клинки из плоти, они смотрели, как гигант закачался, а потом тяжело упал.