Воин
Шрифт:
– Это не имеет значения! Я не могу стоять в стороне и ничего не делать! У меня есть права, миледи. В отсутствие нашего отца я ваш самый близкий родственник и обязан вас защищать!
Ариана снова вздохнула:
– Гилберт, от всего сердца благодарю тебя за это, но я не вынесу, если с тобой что-нибудь случится. Отца подозревают в измене, мать нас покинула – я потеряла всех, кто был мне дорог. Я не вынесу, если придется потерять и тебя. Ты мне нужен, Гилберт.
Юноша сжал кулаки, но безумие
– Если вы не позволяете мне сражаться с ним, мы должны искать удовлетворения в суде.
– В суде?
– Да. Я знаю законы, миледи. Все права на вашей стороне. Мы можем подать в гражданский суд на лорда Вернея за нарушение обязательства жениться.
Ариана долго смотрела на Гилберта.
– Собственно говоря, в глазах церкви вы с ним уже женаты, не хватает только последних обетов и подтверждения брака. Если вы докажете, что он применил к вам насилие, даже безнравственный Дракон не сможет расторгнуть брак.
Ариана задумчиво нахмурилась. Если каким-то образом убедить Ранульфа выполнить контракт, это решит множество проблем. Почему она до сих пор даже не задумывалась об этом? Потому что в последние несколько дней была ослеплена неуверенностью и подозрениями. Она не могла рассуждать ясно и объективно. Будучи в отчаянии от легкой победы Ранульфа, в ярости от его хитрого способа завладеть Кларедоном, Ариана обрадовалась, что помолвка расторгнута, и, таким образом, без борьбы подчинилась его желанию.
Но Гилберт прав. Ранульф обязан возместить ей потерянные годы юности и уничтожение всех шансов на то, что она сможет достойно выйти замуж за кого-нибудь другого. Если бы Гилберт знал, что Ранульф действительно применил к ней насилие! Сегодня утром он лишил ее чувственной невинности, показал ей, что такое страсть, что такое близость, на которую имеет право только законный супруг.
И все-таки Ариана желала обеспечить себе этот брак не только ради мщения. Став женой лорда, она окажется в лучшем положении для защиты Кларедона и всех, кто от него зависит. Если она возвратит себе статус леди, то сможет действовать от имени отца и попытаться опровергнуть обвинение в измене.
И в первый раз за те четыре дня, что Ранульф завладел Кларедоном, у Арианы появилась надежда. Сердце ее заколотилось, и она прижала дрожащие пальцы к губам. Святая Мария, ей почти нечего терять, но зато, сколько можно выиграть…
– Что случилось, миледи? – тревожно спросил ее брат.
– Ш-ш-ш… дай подумать!
Контракт о помолвке не связывает их до тех пор, пока брак не вступил в силу. Кроме того, чтобы церковь освятила их брак, у нее должны быть доказательства того, что они в него вступили. Значит… есть ли способ доказать вступление в брачные отношения?
Как? Ранульф поклялся не прикасаться
И все-таки что-то делать необходимо. Гилберт прав. Нужно каким-то образом убедить Ранульфа заново подумать о браке. На самый крайний случай нужно сделать так, чтобы он не смог разорвать контракт о помолвке. Если ей это удастся, если она сможет стать его женой, можно будет воспользоваться своей властью, чтобы помочь людям, которые от нее зависят.
Глава 10
Вернувшись в замок после поездки с Ранульфом в поля, Ариана с облегчением увидела, что искать Гилберта не придется – она наткнулась на сводного брата прямо в большом зале.
– Я могу доверить тебе тайное дело, Гилберт? – спросила она тихонько, косясь на вассалов Ранульфа, вернувшихся вместе с ней.
– Да, миледи! Вы же знаете, что да!
– Тогда я попрошу тебя о помощи. Ступай на кухню и принеси мне кусок сырого мяса – телячьей печенки или свежей оленины, не важно, лишь бы с него капала кровь.
Гилберт радостно кивнул. Его преданность была так велика, что он даже не стал задавать ей вопросов, услышав столь странную просьбу.
– Отлично. Принеси мне в покои лорда, а потом отыщи отца Джона и отправь его ко мне. И – никому ни слова, особенно лорду Ранульфу! Я полагаюсь на твое благоразумие!
– Конечно, миледи, – ответил паренек с радостным блеском в глазах. – Даже пытки, не заставят меня открыться этому дьявольскому отродью.
Ариана искренне понадеялась, что до пыток не дойдет.
Она ждала в зале, приготовив Ранульфу полуденную трапезу, в точности как он приказал, когда рыцарь со своими вассалами вошел внутрь. Он снял шлем, и волосы его были влажными и курчавыми, потому что он ополоснул голову из колодца во дворе.
Ранульф смеялся над какой-то шуткой, поэтому неестественную тишину в зале он заметил только тогда, когда подошел к столу лорда. И в тот же самый миг сообразил, что Ариана сидит на резном стуле, который принадлежал хозяйке замка.
Веселость увяла. Ранульф нахмурился при виде такого нахальства:
– Ты забываешься, демуазель!
– Думаю, нет, милорд, – спокойно ответила Ариана, глядя ему в глаза. – Думаю, я имею право занимать этот стул, поскольку мое место, как вашей жены, всегда рядом с вами.
– Моей жены? – Ранульф резко свел брови. – Ты мне никакая не жена.
– Именно жена, милорд. Но… возможно, вы предпочтете поговорить со мной без толпы зевак?
Ранульф нетерпеливым жестом отпустил своих слуг и оруженосцев, поспешно удравших в разные уголки просторного зала. Все вассалы, кроме Пейна и Ива, тоже вежливо отошли подальше.