Воин
Шрифт:
Но когда он был уже на полпути к цели, его планы внезапно рухнули. Большая скорость позволила ему пронестись мимо капкана прежде, чем железные челюсти сомкнулись, однако ужасные зубы зацепили его за кончик ноги. От внезапного рывка у него перехватило дыхание, голова закружилась, и он упал ничком на траву.
Дзирт понимал, что маленький огонек на стреле выдает его, и ничуть не удивился, когда еще один камень, брошенный великаном, с грохотом обрушился рядом. Раздался треск, и ветка, на которой он висел, надломилась.
Падая,
Пылающая стрела исчезла в темноте за восточной стороной стены. Она скользнула низко над землей, роняя искры в высокую траву, и вонзилась во внешнюю стенку колоды, наполненной бренди.
Половине орков верхом на воргах удалось проскочить ловушку, однако оставшимся трем не так повезло, потому что они достигли колоды именно в тот момент, когда языки пламени лизнули внутреннюю сторону емкости. Бренди и подготовленная растопка вспыхнули в то самое время, когда нападающие перебирались через бревно. Ворги и орки заметались в высокой траве, распространяя огонь все дальше и дальше.
Те, кто уже миновал ловушку, резко повернулись к внезапно вспыхнувшему огню. Один наездник-орк был сброшен со своего «скакуна» и приземлился прямо на факел; остальные два орка еле-еле удержались верхом. Больше всего на свете ворги ненавидели огонь, и вид троих сородичей, огненными шарами катавшихся по траве, мало способствовал укреплению их желания участвовать в битве.
Гвенвивар добралась до небольшой ровной поляны, в центре которой возвышался одинокий клен. Сторонний наблюдатель поразился бы, с какой ловкостью Гвенвивар взлетела на верхушку дерева, будто это был не вертикальный ствол, а лежащее на земле бревно.
Вскоре к дереву подбежали ворги. Они принялись обнюхивать землю и кружить вокруг клена, уверенные в том, что кошка находится наверху, но неспособные различить черную Гвенвивар среди темных веток.
Однако вскоре пантера показалась сама и снова обрушилась на спину зимнего волка, на этот раз тщательно прицелившись, чтобы сомкнуть клыки на шее Карока, возле его уха.
Почувствовав удары когтей пантеры, зимний волк забился и взвизгнул. Ему удалось повернуть голову, и Гвенвивар услышала хриплое дыхание, подобное тому, с которым прилетел первый морозный удар.
Мускулы на мощной шее Гвенвивар напряглись, отводя в сторону раскрытые челюсти Карока. Но отвратительное дыхание все-таки вырвалось из пасти, обдав троих нападавших воргов.
Мускулы Гвенвивар расслабились и тут же вновь напряглись. Пантера услышала хруст позвонков на шее Карока, и зимний волк рухнул наземь вместе с Гвенвивар, которая по-прежнему цеплялась за его спину.
Три ворга, оказавшиеся ближе других к Гвенвивар и задетые ледяным дыханием Карока, больше не представляли угрозы. Один лежал на боку и задыхался, потому что воздух не мог выйти из его замороженных легких, другой бегал кругами, совершенно ослепленный, а третий стоял неподвижно и таращился на свои передние лапы, которые по какой-то непонятной
Однако уцелевшие ворги, а их было около двадцати, надвигались на пантеру, окружая ее смертельным кольцом. Гвенвивар оглянулась в поисках выхода, но ворги не имели обыкновения предоставлять врагу возможность бежать.
Они двигались согласованно, плечом к плечу, сжимая кольцо.
Первые орки уже кружили в путанице согнутых деревьев, пытаясь найти какой-нибудь проход. Некоторые начали продвижение вперед, но все в этой западне было взаимосвязано, и любая из веревок могла заставить распрямиться все сосны.
В этом на собственном опыте убедился один из орков, обнаруживший сеть Монтолио. Он споткнулся о корень, упал лицом вниз на сеть и взмыл высоко в воздух вместе с одним из своих собратьев. Они и не представляли себе, насколько им повезло по сравнению с теми, кто остался сзади, и в особенности с тем орком, который неожиданно наступил на веревку с ножами. Когда деревья распрямились, дьявольская ловушка сработала, вспарывая брюхо твари и поднимая его вверх тормашками в воздух.
Но даже тем оркам, которым удалось миновать второй ряд ловушек, пришлось несладко. Сплетенные ветки, ощетинившиеся острыми сосновыми иглами, хлестали их, заставляя удирать одних, царапая и сбивая с курса других.
На горе оркам, звук, который издавали распрямляющиеся деревья, послужил для Монтолио сигналом открыть огонь. Стрелы одна за другой со свистом вылетали из укрытия, почти без промаха попадая в цель. Один из орков поднял было копье, чтобы метнуть его, но тут же одна стрела вонзилась ему в лицо, а другая — в грудь. Еще одна тварь повернула прочь и побежала, неистово крича: «Злое колдовство!»
Тем, кто перебирался через каменную стену, этот крикун показался летящим по воздуху: его ноги словно не касались земли. Испуганные орки поняли все только тогда, когда он повалился наземь и они увидели в его спине подрагивающую стрелу.
У Дзирта, все еще сидевшего на ненадежной ветке, не было времени восхищаться замечательным воплощением планов Монтолио. С запада надвигался великан, а с другой стороны двое оставшихся всадников на воргах пришли в себя и возобновили атаку, высоко подняв факелы.
Круг рычащих воргов смыкался все плотнее. Гвенвивар уже ощущала их зловонное дыхание. Пантера не смогла бы пробиться сквозь плотный ряд врагов, не смогла бы и перепрыгнуть через них достаточно быстро, чтобы убежать.
Гвенвивар нашла другой выход. Она сильно оттолкнулась задними лапами от дергавшегося тела Карока и взлетела в воздух футов на двадцать. Ей удалось уцепиться когтями передних лап за нижнюю ветку клена и подтянуться. Затем пантера исчезла среди ветвей, предоставив разочарованной стае выть и рычать от досады.
Вскоре Гвенвивар появилась с другой стороны ствола и спустилась на землю.
Свора бросилась за ней в погоню. Пантера достаточно хорошо успела изучить эту местность за последние несколько недель, и теперь она точно знала, куда вести волков.