Воин

Линч Карен

— Тристан сказал нам остаться с ним.

— Думаешь, она сможет убить Магистра.

— После того, что я только что видел, я ставлю на неё все свои сбережения.

На неё? Сара. Моя красивая маленькая воительница. Я бы отдал всё, лишь бы остаться с ней. Но я должен уйти, чтобы она смогла жить.

Слова о том, что она была с Тристаном, пронеслись теплом по моему холодному телу. Она была в безопасности с людьми, которых любит.

Во мраке вновь стало тихо. Я ещё никогда не чувствовал себя

таким одиноким. Мой Мори всегда был частью меня, и казалось неправильным не иметь его здесь со мной. Может так Сара чувствовала себя, когда не была соединена со своим Мори? Как же она выносила одиночество?

Вамхир-демон тоже умер, был убит Сарой. И я был совершенно один. Мне было ненавистно находиться тут, но это была крошечная цена за её жизнь.

Мрак подёрнулся рябью и потянул меня. Моя голова легла на нечто тёплое, и рука прикоснулась к моему лицу. Её рука. Но как она могла быть здесь, в этом месте со мной?

— Сара, нам надо...

— Нет. Оставьте нас одних.

— Никто не собирается забирать его у тебя. Позволь нам переместить вас обоих куда-нибудь, где потеплее.

— Николасу не холодно.

— Николас хотел бы, чтобы ты заботилась о себе. Ты не можешь оставаться на улице.

— Он нуждается во мне. Я не оставлю его.

— Держи, малышка.

Ещё больше тепла окружило меня.

"Я здесь, Николас. Я не позволю им забрать тебя у меня".

До меня донёсся голос, не из мрака, а внутри моей головы. Но это было невозможно, если только...

"Солми", — прошептал голос настолько слабый, что мне показалось, будто мне он послышался. Голос, который я считал, что никогда больше не услышу. Надежда ярко вспыхнула в моей холодной груди, когда я отыскал утраченную часть себя.

Я знал воина, который однажды был смертельно ранен в битве, и все считали, что он был мёртв. Вот чего мы тогда не знали, так это того, что его Мори впал в некого рода стазис, чтобы переродиться.

Голос Сары вновь донёсся до меня.

"Ты бы так гордился мной, Николас".

"Я горжусь тобой", — хотелось мне сказать.

На задворках моего разума что-то закопошилось, пробудилось иное сознание. Я потянулся к нему, и оно медленно двинулось ко мне. Оно безмолвно проникло в меня, и одиночество, которое я испытывал, исчезло.

Мой Мори был жив.

Как и я.

"Я здесь, Сара", — попытался я сказать, но слова не прозвучали. Между нами до сих пор была связь, но мой Мори был слишком слаб. В целом, как и я.

Сердце медленно билось в груди, дыхание было поверхностным. Моё тело и мой демон через многое прошли, но мой Мори быстро восстанавливал нас. С каждой прошедшей секундой, я ощущал, как Мори становился сильнее, и узы раскрывались.

Мой Мори потянулся к своей паре. По ту сторону уз откликнулся Мори Сары.

Она

вновь начала руками поглаживать моё лицо, и её голос донёсся до меня так же ясно, как если бы она заговорила вслух.

"Я не знаю смогу ли вынести это. Я не такая сильная, как ты считал, Николас. Я потеряна без тебя".

Боль в её голосе была невыносима. Я не мог двигаться, но я должен был ей сказать, что возвращаюсь к ней. Я представил, каково это держать её в своих руках, и затем послал ей этот образ, наполненный теплом и любовью.

"Ох, Николас".

"Сара", — позвал я.

"Николас?"

Грудь стянуло. Она услышала меня.

"Я здесь, Сара".

"О, Боже, я схожу с ума", — простонала она.

"Прикоснись к моему лицу, Сара", — нежно приказал я.

Её теплая рука прижалась к моей щеке. Она резко втянула воздух и склонилась надо мной, я ощутил её тёплое дыхание на своём лице.

Она резко выпрямилась.

— Он жив!

— Нет, Сара, его больше нет, — произнёс Тристан, его голос осип от эмоций.

Сара сместилась. Я не знал что происходит, но Тристан вдруг заорал:

— Господи Иисусе, он дышит.

— Приведите лекарей, — кому-то проорал Крис. — Нам надо перенести его внутрь дома.

Кто-то поднял меня и отнёс внутрь дома, положив на что-то, что напоминало кровать. Всё это время я чувствовал рядом с собой Сару.

"Я здесь, Николас", — отозвалась она.

Прибыли лекари, и меня истыкали и искололи. Единственной, в чьих прикосновениях я нуждался, была Сара, но я не мог сказать им этого.

Через несколько минут, Сара закричала:

— Просто помогите ему, чёрт возьми!

"Я никуда не собираюсь, Сара", — сказал я, чтобы успокоить её страхи.

"Если сделаешь это, я никогда тебя не прощу".

Игла пронзила мою грудь. Тепло быстро растеклось по мне и мои ступни защипало.

— Он перенёс значительную травму в области сердца, но ничего такого, что не исцелилось бы, — объяснил один из лекарей. — Он скоро должен прийти в себя. Он очень сильный.

— Да, он сильный, — сказала Сара.

Кто-то накрыл меня одеялами, и Крис произнёс:

— Вы двое, однозначно, созданы друг для друга. Даже не знаю, кто из вас двоих более упрямый.

— Он, — ответила Сара.

Она села рядом со мной на кровать и взяла меня за руку.

Беспорядочная смесь эмоций полилась сквозь связь, и я понял, что она плачет. Я силой заставил свою руку двигаться и накрыл её ладонь, послав ей утешение.

"Шшш, не плачь".

Она шмыгнула носом.

"Тогда тебе лучше поспешить и поправиться, потому что я слегка на грани краха прямо сейчас".

Я попробовал улыбнуться.

"Я исцелюсь гораздо быстрее, если смогу обнимать свою пару".