Воин
Шрифт:
— Это будет лучшим способом обеспечить тебе безопасность. Обещаю, мы сделаем всё возможное, чтобы покончить с этим и в скором времени вернуть тебя домой.
— Но что насчёт Нейта? — в отчаянии спросила она. — Я только что его вернула. Я не могу оставить его вот так, особенно если здесь он будет в опасности.
Тристан улыбнулся.
— Я уже сообщил Нейту, что наш дом его дом столько времени, сколько он пожелает здесь оставаться. Но если он захочет поехать с тобой, у него есть такая возможность.
У неё задрожал подбородок.
— Как вы можете ожидать, что я сбегу как трусиха
— Никто здесь никогда не назовёт тебя трусихой, Сара, особенно после того, что ты сделала прошлой ночью, — сказал Тристан. — Но быть воином означает, что ты также должен знать, когда отступить. Это один из тех случаев.
Она резко кивнула, но на её лице я увидел обиду, когда она отвернулась. Боже, я всё сделал неправильно. Мне надо было подождать пока мы не останемся наедине и всё хорошо ей объяснить.
— Сара, пожалуйста, пойми, — выкрикнул Тристан в удаляющуюся спину Сары.
— Я поговорю с ней. Она согласится, — подбодрил я его.
Она резко развернулась и посмотрела на нас, её глаза полыхали ярким пламенем.
— Я никогда с этим не соглашусь или позволю лишить себя контроля над своей собственной жизнью. Если ты не знаешь этого, тогда ты вовсе не знаешь меня.
Тристан напряжённо выдохнул, после её ухода.
— Всё прошло неплохо.
— Я должен был знать, что она так отреагирует. Она винит себя за атаку и за смерть её друзей.
Он нахмурил и свёл вместе брови.
— С чего бы ей думать, что это её вина?
— Всё потому что вампиры пришли за ней, — ответил я, как только мы покинули медицинское отделение и направились в сторону его кабинета.
— Я поговорю с ней.
— Не надо, я схожу к ней, — я должен быть тем, кто поговорит с ней и всё объяснит. — Сейчас она расстроена. Я дам ей несколько часов остыть.
Тристан покачал головой.
— Думаю, на это может уйти гораздо больше, чем несколько часов.
— Знаю, — я потёр глаза. — Я облажался. Но это не изменит того, что мы вынуждены сделать.
Он открыл дверь кабинета, и я последовал за ним внутрь. Я уселся в кресло, а он сел за стол и запустил компьютер.
— Я начну приготовления, — сказал он. — Когда ты планируешь уехать?
— Послезавтра. Не думаю, что мы можем ждать дольше.
Он нажал несколько кнопок на клавиатуре.
— Ты направишься прямиком в Мирослав?
— Да.
— Ирина знает, что ты привезёшь Сару?
— Пока нет.
Я улыбнулся, представив реакцию матери, когда я сообщу ей новость. Она будет счастлива услышать, что я еду домой со своей парой. Я уже знал, что она полюбит Сару.
Тристан усмехнулся.
— Ну, если кто и сможет заставить Сару простить тебя, так это твоя мать. Никто не может долго сопротивляться ей.
— Надеюсь на это, — я потёр подбородок. — Мне потребуется всевозможная помощь, которую я смогу получить.
Глава 28
С утомлённым вздохом я закрыл дверь в свои апартаменты, и, направившись в ванную, начал стягивать с себя одежду. Мне надо было принять душ и очистить голову, прежде чем я вновь пойду навестить Сару.
Последние два часа
План был превосходным, за исключением одного. Сара до сих пор со мной не разговаривала. Я ходил к её комнате дважды, и, несмотря на то, что я знал, что она находится там, она отказалась открыть дверь. Сегодня утром она вышла проводить Роланда с Питером, но снова исчезла раньше, чем я смог нагнать её. Я знал, что она была обижена и злилась, и я сожалел, что не мог дать ей время принять то, что необходимо было сделать, но чем дольше мы оставались здесь, тем опасней это было для неё.
Первым делом, когда я увидел её, должен был извиниться за то, что вчера был бесчувственным ослом. Она винила себя за нападение вампиров, а я, по сути, заявил ей, что она не была достаточно сильна, чтобы остаться и сражаться со всеми остальными. Мой страх за неё взял верх над моими суждениями, и всё сказанной мной было совершенно неправильным. Сара была одной из самых сильных личностей, которых я знал, а я буду повторять ей об этом столько сколько потребуется, пока она не поверит мне.
Я вышел из ванной и направился в спальню, вытирая полотенцем волосы. Я натянул джинсы и начал искать в шкафу свою любимую синюю футболку. Странно. Я был уверен, что видел её здесь этим утром. Нахмурившись, я схватил вместо синей серую футболку, обулся и повернулся, вознамерившись покинуть спальню.
Я остановился как вкопанный на полпути, когда заметил белый конверт, лежавший на моей подушке. Я подозрительно рассматривал его, пока шёл к кровати и брал его в руки. Как только я заметил написанное на нём моё имя, моё подозрение переросло в плохое предчувствие. Мне не надо было знать почерк Сары, чтобы понять, что это письмо было от неё.
Со щемящим чувством на душе, я вытащил из конверта единственный листок и развернул его.
"Николас,
Знаю, ты разозлишься, когда прочитаешь это, но, пожалуйста, попытайся понять, почему мне пришлось так поступить. Я не виню тебя и Тристана за ваше беспокойство обо мне, но на этот раз я не могу просто взять — сбежать и спрятаться. Если Магистр не сможет найти меня, он причинит боль тому, кого я люблю. Я не могу с этим смириться.
Я знаю, где Мадлен, и я собираюсь убедить её рассказать мне всё, что она знает о Магистре. Я ухожу не одна, и мне кое-кто помогает. Обещаю позвонить тебе, как только я поговорю с Мадлен.
Мне ненавистно уезжать, оставляя всё как есть между нами, но пожалуйста, поверь мне, это не имеет никакого отношения к нам или нашей связи. Я вовсе не хочу уезжать, но у меня нет выбора. Думаю бессмысленно просить тебя не отправляться вслед за мной, поскольку я слишком хорошо тебя знаю.