Воин-Тигр
Шрифт:
Выбравшись из вертолета, они оказались посреди унылого ландшафта: впереди, куда ни глянь, простиралась иссушенная солнцем земля, позади поблескивало бескрайнее море. Хотя Джек старался как мог, при посадке вертолет поднял клубы пыли, и теперь окружающий пейзаж тонул в красном мареве, словно сам воздух раскалился до предела. На западе смутно виднелся невысокий хребет, отделявший пустыню и далекий Нил от побережья, на востоке скалистой дугой врезался в море мыл Рас-Банас. В нескольких сотнях метров, у самого залива, сбились в кучу обветшалые бараки египетских таможенников; за ними лежала неглубокая лагуна около километра
Костас, успевший нацепить соломенную шляпу и модные солнцезащитные очки, утерс лица пот и указал куда-то наверх:
– А вот и он.
Из-за пыльной завсы вынырнул дородный мужчина и с вытянутой рукой поспешил к ним по склону. Он был ниже Джека и немного выше его спутника, но если могучая грудь и внушительные мускулы Костаса выдавали в нем потомка островных греков, Хибермейер неуклонно производил впечатление ярого поклонника сосисок и квашенной капусты. На деле все обстояло иначе: в этом человеке жила неуемная жажда деятельности, а его энергии хватило бы на небольшую армию.
– Опять он в своих подштанниках… - пробормотал Костас.
– Ты лучше помалкивай. Не забывай, эти шорты ему подарил я. Они краса и гордость археологии. Когда-нибудь их будут показывать в музее Смитсоновского института.
– Джек искоса взглянул на просторные шорты и пеструю рубаху самого Костаса.
– Да и кто бы говорил, чудо ты гавайское!
– Просто я решил заранее подготовиться к поездке на Тихий океан, - возразил тот.
– Помнишь ведь - у нас выходной! Хотя с тем же успехом мог бы и акваланг нацепить.
– Вот это ты точно подметил.
Джек предупредительно кашлянул. Подоспевший Хибермейер с жаром пожал руку ему, потом Костасу, после чего бросил: "Идемте", - и зашагал дальше.
– Вот и поговорили, - сказал Костас, глотнув воды из бутылки.
– Он меня на эти раскопки уже несколько месяцев зазывает.
– Джек перекинул через плечо потрепанную сумку и двинулся за Хибермейером.
– Мне и самому не терпится.
– Ладно, ладно.
Костас закинул бутылку в кабину и поспешил за остальными, нагнав их метрах в пятидесяти от воды. Сняв очочки и протерев запыленные стекла, Хибермейер широко раскинул руки.
– Добро пожаловать в древнюю Беренику - курорт на краю вселенной.
– Он указал на холм: - Там располагался храм Сераписа, здесь - главная дорога с запада на восток, так называемый декуманус. Город был основан Птолемеем Вторым, сыном одного из генералов Александра Великого; он стал царем Египта в третем веке до нашей эры и назвал поселение в честь своей матери. Период расцвета Береники пришелся в основном на годы правления римского императора Августа, после чего начался спад.
– Ну и где же местный амфитеатр?
– завертел головой Костас.
– Не видно что-то.
– Посмотрите себе под ноги.
Костас пнул камешек:
– Ну-ну. Кучка глиняных черепков.
– А теперь взгляните сюда.
Они подошли еще ближе к берегу. Хибермейер подвел их к краю археологической площадки, размерами соперничавшей с плавательным бассейном. С земли словно кто-то снял кожицу, обнажив грубые стены из бутового песчаника и коралла, узор из комнатушек и узких улочек. Взорам Джека и Костаса открылся фундамент древнего поселения. В отличие от тщательно распланированных римских городов наподобие Геркуланума и Помпей здешние строители не стремились к архитектурным изыскам, возводя
– Вот они, Джек. Думаю, тебе понравится.
Под брезентом рядком выстроились древнеримские амфоры - почти как те, что попались им утром на затонувшем корабле, только хуже сохранившиеся. У многих были отбиты края.
– Как видите, ими активно пользовались, - объявил Хибермейер.
– Скорее всего для перевозки вина в Индию. Обратно они возвращались уже пустыми, и здесь их приспосабливали под воду. А вода тут на вес золота. Ближайший родник на дальней стороне хребта, в нескольких милях отсюда. У нас ведь даже электричества нет. Компьютеры работают на солнечных батареях. Продукты приходится везти с собой из долины Нила, совсем как древним путешественникам. Волей-неволей начинаешь им сочувствовать.
– Прямо колония на Луне, - заметил Костас.
Хибермейер откинул еще один полог. Под ним обнаружилась груда черных камней, каждый размером с футбольный мяч.
– Балласт. Это базальт, вулканическая порода. В здешних краях такого не найти.
– Балласт… - повторил Костас.
– Для чего?
– Если судно идет в дальние страны с грузом золота и вина, с ним ничего не случится. А вот когда в трюме одни специи, волны будут швырять корабль как пробку. Поэтому без балласта было не обойтсь. По нашим данным, этот базальт добыли в Индии.
– Морис!
– воскликнул Джек, похлопывая его по спине.
– А ведь из тебя еще может получиться толковый морской археолог!
– Индия… - проговорил Костас.
– Можно поподробнее?
Джек посмотрел на него.
– Товары из-за Красного моря просачивались в Древний Египет на протяжении тысячелетий, но всегда через посредников. Когда Александр завоевал эти территориии на побережье стали появляться греческие купцы, кто-то рассказал им о муссонах и о том, как можно с их помощью переправляться через Индийский океан. Торговцы покидали Египет на крыльях северо-восточного муссова и возвращались с юго-западным. На полный рейс уходило около года. Опасностей на пути хватало, зато ветра подчитялись строгому сезонному ритму. С тех пор началась эпоха удивительных морских открытий. Первые греки ступили на берег Индии вскоре после того, как была основана Береника. После вторжения римлян в 31 году до нашей эры все еще более оживилось. В времена Авгста из этого порта ежегодно выходило до трехсот кораблей. Средств в эту авантюру вкладывалось немерено - масштабы сопоставимы с ост-индийскими торговыми экспедициями, которыми занялись европейцы пятнадцать веков спустя. На вызов шло золото, серебро, вино; закупались драгоценные камни, специи и перец.
– И не только они, - вставил Хибермейер, выбравшись из траншеи и утерев пот со лба.
– Сейчас я покажу вам то, ради чего и позвал сюда. Идемте за мной.
Налетел обжигающий порыв ветра, и у всех защипало в глазах. Костас опасливо пригнулся, затем поплелся за остальными вверх по склону.
– Мы по пути разговаривали о битве при Каррах и сгинувших легионах Красса, - сказал Джек.
– Всегда приятно послушать о том, как римляне сели в лужу, - оскалился Хибермейер.
– Да ладно тебе. Они не настолько плохо правили Египтом. Если бы не они, ты бы сейчас не жарился на солнышке у Красного моря. Беренику, строго говоря, основали римляне.