Воин Огня
Шрифт:
— Вы все это говорите, но каждый раз ищете лишь то, что поможет вам превзойти других, одолеть своих врагов. Вы злоупотребляете знаниями! Тебе не будет допуска сюда!
— Знаешь, дух, а ты лицемерен, — я вступал на очень хрупкий лёд, если я взбешу этого готичного попугая-переростка, то драпать мне придётся быстро-быстро, а миссия окажется проваленной. Но что ещё делать, если «читательский билет» он выдавать не спешит.
— Ты смеешь обвинять меня в лицемерии?! Ты? Убийца из народа убийц?
— Да, смею. И да, я убийца. Я
— Именно поэтому людям запрещён допуск сюда! — гневно заклекотал Тонг.
— Но при этом ты собираешь знания, что создали мы, люди! Сколько книг из твоей коллекции были написаны духами? Десятая часть? Сотая? Ты негодуешь и презираешь нас, но при этом не брезгуешь нашими знаниями, тем, чего мы достигли, движимые желанием возвышения и стремлением победить. Это ли не лицемерие?
— Вы злоупотребляете знаниями, — уже не столь уверенно возразил библиотекарь.
— Мы используем их в меру своей природы, мы приумножаем их, а не оставляем пылиться в темноте. Знания должны работать, приносить пользу, а не собирать пыль в свитках, которых касаются хорошо если раз в тысячу лет! Люди воевали друг с другом эоны лет до меня, будут продолжать воевать эоны после. Но имеет ли смысл обвинять огонь в том, что он горячий, а воду в том, что она мокрая?
— Знания, использованные для убийства, запятнываются! — хранитель библиотеки недовольно нахохлился.
— Бред! Информация остаётся информацией, она не «чистая» и не «грязная», не «хорошая», не «плохая». Зная рецепт стали, можно отковать меч, а можно — серп для жатвы пшеницы. Но люди сначала задумаются о мече, до серпа дело дойдёт куда позже. Вот только не будь у нас нужды в мече из хорошей стали, серп так бы никогда и не появился. Война, борьба за лучшее место под солнцем — вот то, что двигает нас вперёд, то, что приумножает наши знания… Которыми пользуешься и ты, дух!
— Хм… — птичка задумалась, — возможно… Но я не хочу множить скорбь и страдания. Многие знания опасны и вызовут жертвы среди людей.
— Ты же презираешь нас? Так какое тебе дело до скорби и страданий? — видя, что дух опять начинает закипать, я понял, что пошёл несколько не туда. — В любом случае, желание возвыситься, стать над другими в человеческом естестве, для нас оно столь же естественно, как для тебя — тяга к знаниям. Не будет стальных мечей — будем биться на клинках из сырого железа. Нет железа? Возьмём дубины и палки. Будем драться руками, ногами, выгрызать зубами лучшее место. Такими мы созданы.
— Хорошо! — спустя минут десять тягостного молчания ответил Хранитель Знаний. — Возможно, только возможно, в твоих словах есть зерно истины. И гневаться на ваш вид из-за вашей природы действительно не мудро. Ты можешь пользоваться библиотекой, но за это я требую свою плату. Что ты можешь мне предложить?
— За право пользования? Как насчёт этого? — протягиваю духу свитки.
—
— Постой! Тут миллионы томов. Даже если всё разбито по разделам, мне не хватит жизни, чтобы изучить то, что мне нужно. Я прошу твоей помощи и готов за неё заплатить.
— Что ты предлагаешь? — по-совиному повернул голову набок дух.
— Новый, неизвестный тебе ранее язык. А если договоримся, то ещё и часть культурного слоя неведомой тебе нации.
— Невозможно! Я один из древнейших духов мира! Я видел, как первые люди сошли с Черепахо-Львов! Я застал обретение Первым Аватаром Ваном его сил! Нет такого языка, который бы я не знал!
— Пой, птичка, пой. Вряд ли ты слыхал Великий и Могучий. В этом мире наших не было, хотя… Не факт, я же как-то оказался, — горло, непривычное к речи, когда-то бывшей мне родной, коверкало произношение дико, но Тонгу хватило и этого. Вы когда-нибудь видели трёхметровую говорящую сову с выпученными глазами и упавшей челюстью? Мне вот довелось…
— Что это… Как? Откуда? — лихорадочно шептал филин. — Совершенно иная фонема, построение фраз отличается от всех известных языковых групп… Откуда это?
— А что ты, дух, готов дать мне за эти знания? — на моём лице появилась ухмылка. — Кстати, может, мы где-нибудь сядем? Я всё-таки слабый и хрупкий человек, а не древний могучий дух, и имею неприятную тенденцию уставать, — птица махнула крылом, спустя секунду целая толпа различных лис, собак, кошек и прочей живности притащили стол, пуфики, графин с водой, стакан и какие-то закуски. Похоже, коллекционер уже был моим со всеми потрохами.
— Итак? — сова была в нетерпении. Хех, для древнего существа он не слишком-то сдержанный.
— Меня интересуют две вещи: магия и история. Я хочу понять суть магии и узнать, как началась вся эта ситуация с Аватаром, перерождениями и прочим. Ещё я был бы благодарен, если бы ты дал доступ к своим безграничным запасам моим спутникам. Я готов заплатить и за них.
— Хм-м-м… Хорошо, я помогу тебе найти нужные книги.
— Есть ещё одна проблема. Я очень ограничен по времени, вряд ли я смогу провести здесь больше полутора месяцев с хвостиком.
— Вечно вы, люди, куда-то торопитесь. Я могу решить эту проблему, но это будет не очень приятно для тебя, и я потребую большей платы.
— Насколько большей?
— Я — дух знаний, всё, что есть или когда-то было в этой библиотеке, есть в моих воспоминаниях. Я могу раскрыть тебе историю этого мира в видениях, показать его магию. Но в ответ тебе придётся поделиться со мной знаниями о том языке и культуре той нации таким же способом. И будет больно.
— Только о языке и культуре той нации? — на всякий случай переспросил я.