Воин Ллос
Шрифт:
Он начал отвечать, но был пойман на мысли, что она знает не только его имя, но и имена его спутников. Он задал вопрос с выражением своего лица в зеркале.
— И с кинжалом, который даже больше не способен на такой подвиг.
И Жиндия, которая была гораздо больше, чем Жиндия Меларн, дала ему свой ответ. Она не изменила позу, но выросла, внезапно и яростно, отрастив восемь ног из своих двух, увеличившись в размерах, чтобы затмить мужчину, ее явное увеличение массы заставило его отлететь назад.
Энтрери
Но он знал…
Он знал бесполезность любого оружия — проклятого или нет — в этой комнате, и вместо этого потянулся к двери, выбегая из комнаты с аватарой Ллос за спиной.
Они вдвоем вошли в красивый и гармоничный ритм, Громф заполнял коридор позади огненным шаром за огненным шаром, зная, что все двери были магически запечатаны, и, таким образом, предоставляя нападавшим несколько мест, где можно спрятаться от жгучего пламени. Справа — поскольку он находился на правой стороне перекрестка — он предпочитал молнии, запуская разрушительную и ослепляющую вспышку при появлении врага.
А перед ним, где коридор значительно расширялся, переходя во внутренний двор перед секцией, где жили аристократы, и у защитников было прикрытие в виде стратегических баррикад и незапертых дверей, Громф преследовал их психическими атаками, от которых они не могли спрятаться.
Для Кэтти-Бри ход заклинаний больше зависел от действий врага. Всякий раз, когда происходила атака какой-либо стихийной магией, она отвечала защитой. Ее исцеляющие заклинания летали постоянно, незначительные, чтобы избавить и ее саму, и ее спутника от боли, чтобы они могли лучше сосредоточиться на текущей задаче.
Когда жрица выскочила в левый коридор, не слишком далеко от Кэтти-Бри, она вырвала заклинание прямо изо рта женщины с помощью ответного заклинания, а затем сильно ударила ее порывом ветра, который отбросил ее назад.
Она снова обратила свое внимание на исцеляющие и защитные заклинания, когда над перекрестком взорвался огненный шар, затем почувствовала, как ее волосы дико взметнулись от покалывания молнии, которая ударила прямо рядом с ней, одна из них была брошена Громфом дальше по коридору в жрицу, с которой она сражалась.
Когда пламя рассеялось, Кэтти-Бри посмотрела в ту сторону и увидела, что жрица рассыпалась и дымится перед обугленной дверью в конце коридора.
— Я верю, что мы вдвоем могли бы сравнять с землей полгорода! она услышала в своем сознании и, оглянувшись, увидела, как архимаг подмигнул.
Их координация была настолько инстинктивной, настолько слаженной, что Кэтти-Бри не была уверена, что сомневается в нем.
Она осмелилась надеяться.
И эта надежда только возросла, когда в коридорах вокруг них стало тихо.
— Энтрери? — прошептала она через зал Громфу,
Она посмотрела в конец коридора позади волшебника, затем назад, за спину им обоим, а затем снова вперед, в сторону области, где находились личные покои Матроны и ее детей. Их враги все еще были повсюду, отметила она, но не было слышно ни шепота.
Впереди и справа открылась дверь, и в нее вошла вереница йоклол.
— Громф? — Кэтти-Бри прошептала с некоторой настойчивостью и услышала в своей голове ответ:
— Подожди… Энтрери умеет убеждать. Йоклол не страшны в бою.
— Но где он? — спросила она, и волшебник покачал головой. Она хотела верить в способности Энтрери — она видела их лично на протяжении многих лет и знала, что нет никого лучше в искусстве убийства, чем Артемис Энтрери.
И все же волосы у нее на затылке встали дыбом. Нейтрализовал ли он дом Меларн?
В отличие от тихого входа служанок, дверь через двор слева от них внезапно распахнулась, и Артемис Энтрери вбежал внутрь, бросаясь влево и вправо и несколько раз ныряя, как будто ожидая дождя стрел в спину.
Он направился прямо к Громфу и Кэтти-Бри, крича: «Бегите!»
Но слово вытянулось, странно растянулось, как странно вытянулся Артемис Энтрери, пойманный какими-то призрачными руками, что смутило Кэтти-Бри всего на мгновение — пока она не увидела гигантского драука, который, очевидно, был гораздо большим, чем драук, входящего в ту же дверь, пробивая косяк и стену вокруг него, когда он просто пропахал насквозь с богоподобной силой.
Или с силой, подобной силе богини.
И ее надежда превратилась в ничто.
Глава 27
Воин Ллос
— Тогда быстрее, — сказал Дзирт. — Пока Киммуриэль не потерял контроль над Малагдорлом. — Он двинулся вперед, но Джарлакс поднял руку, останавливая его.
— Они поведут, — поправил разбойник и снова пустил в ход скипетр.
Теперь статуи пауков двинулись по его приказу, проталкиваясь через двери в передней части часовни в главный дом Баррисон Дель'Армго.
Дзирт услышал, как Джарлакс сказал Киммуриэлю: «Держись», когда они быстро скрылись за стеной из живого камня.
— Я… я держу его, — сказал Киммуриэль через Малагдорла, голос сначала дрожал, но становился тверже по мере того, как псионик усиливал свою ментальную власть над воином.
— Бросьте его в бой, — предложила все еще потрясенная, все еще подавленная Даб'Ней. — Пусть он убьет еще кого-нибудь из них, а потом пусть умрет от их рук!
— Оставь его! — быстро возразил Джарлакс.