Воевода
Шрифт:
Тое же весны послал царь Василей в Можаеск воевод боярина князя Ондрея Васильевича Голицына да окольничева князя Данила Ивановича Мезетцкова, а с нашими людьми Григория Валуева.
В Погорелое городища послал воеводу же Василья Бутурлина да Григорья Сулемшу Пушкина.
А в Боровеск послан в осаду князь Михайло Волконский.
Тою же году послали в Новгород боярин большой князь Иван Никитин Одоевский.
Подо
В Володимере готов воевода князь Василий Михайлович Лобанов Ростовский.
На Рязани князь Фёдор Тимофеевич Долгорукий да Прокофей Ляпунов.
На Коломне боярин князь Михайло Самсонович Туренин да Семён Глебов.
У Николы Зараского воевода князь Дмитрей Михайлович Пожарский.
На Кошире окольничий князь Григорей Петрович Рамодановской да князь Офонасей Гагарин.
В Серпухове князь Иван Михайлович Одоевской да Семён Ушаков...»
Из Разрядной книги.
Назначение на пост воеводы князь Пожарский получил 8 февраля 1610 года. Дмитрий Шуйский, ведавший по-прежнему Разрядным приказом, вручая ему доверительную грамоту, заметил:
— Крепостца у Николы Зараского [93] невелика, но для обороны способна. Людей тебе не дадим, всё, что было — у Скопина. Рассчитывай на себя. Места тебе знакомые.
93
С XVIII века — город Зарайск.
Говорил на этот раз Шуйский-младший без издёвки, а вроде бы даже уважительно. Пожарский поблагодарил за честь, только поинтересовался, сколько ратников в крепости.
— Две сотни стрельцов да дети боярские окрест, кто, конечно, остался.
Последнее было сказано с известной долей сомнения.
Сборы были недолги. Вся семья Пожарских в это тревожное время жила в Москве, в своём доме у Сретенских ворот. За время осады князь приказал укрепить тын вокруг подворья новыми толстыми брёвнами, превратив его в небольшой острог.
— Зачем зван был во дворец, князюшка? — живо поинтересовалась мать, Мария Фёдоровна, когда Дмитрий, не задерживаясь в горнице, сразу пошёл на женскую половину.
Здесь была и жена, Прасковья Варфоломеевна. За эти годы, родив князю трёх сыновей и трёх дочерей, супруга заметно раздобрела, но по-прежнему кожа её была свежей, а глаза — лучистыми, и потому казалась она значительно моложе своих лет.
Женщины были заняты вышиванием. Возле них крутились девочки — Ксения, Анастасия и Елена, которых тоже исподволь приучали к рукомеслу.
— Воеводой
— Поздравляю, князюшка! Наконец-то наш род снова в чести! И не богатством, а верной службою! — воскликнула Мария Фёдоровна.
Прасковья Варфоломеевна всплеснула руками:
— Собираться надо. А скоро ехать?
— Завтра с утра.
— Я же не успею! Ведь сколько с собой надо брать!
Дмитрий ласково обнял жену за плечи:
— Не хлопочи. Приедете позже, когда обоснуюсь. Ужо дам весточку.
— Может, нам в Мугреево уехать? — спросила мать. — Поместье-то наше совсем захудало. Да и на подаренное государем село Нижний Ландех посмотреть надобно. Хозяйство большое — двадцать деревень, семь починков да двенадцать пустошей.
— Не время сейчас! — покачал головой Пожарский. — В тех краях Лисовский со своими разбойниками лазит. Жаль, что я прошлой зимой его не достал... В Москве сейчас спокойнее всего. Князь Скопин со своим войском уже на подходе. Скоро он и Жигимонта, глядишь, от Смоленска отгонит.
— А самозванец? — с тревогой спросила мать.
— Для его острастки государь лучших военачальников воеводами по городам вокруг Калуги разослал, — снова не без горделивой нотки ответил князь и перешёл к хозяйственным делам: — По весне, дай Бог, суздальские земли от воров очистятся, тогда и поедете. А там, глядишь, к лету и ко мне на жильё переберётесь. С вами для защиты оставляю Надею. Да и пора младших — Фёдора да Ивана к военному делу приучать.
— А Петра? — спросила жена.
— Петра я возьму с собой! — твёрдо ответил Пожарский.
— Ему же и шестнадцати нет! — воскликнула Прасковья Варфоломеевна.
— Самая пора. Мне десять было, когда я княжить начал. А мои сыновья должны быть воинами не хуже меня! Лучше не мешкайте, готовьте для нас с Петром что нужно.
Наутро Пожарский со своим маленьким конным отрядом выступил в поход. За день он преодолел расстояние, отделявшее Зарайскую крепость от Москвы. Здесь его ждали. На площади собрались и ратники, и служилые люди, и посадские. Приехали поприветствовать воеводу окрестные дворяне. Князь убедился, что его имя здесь хорошо известно с той поры, как в расположенном невдалеке селе Высоком он наголову разгромил Лисовского.
Когда Пожарский, устроившись в кремле, вышел к ожидавшим его людям, первый вопрос был: не вернутся ли ляхи?
Князь лукавить не стал:
— Могут и вернуться. Могут и казаки от самозванца набежать. И пощады не ждите — после неудачи под Москвой они ещё пуще злодействовать будут.
— Что же делать? — со страхом застонали в толпе.
Пожарский ободряюще улыбнулся:
— Главное — не падать духом. Пословицу знаете: «На Господа надейся, а сам не плошай». Всегда надо быть готовыми дать отпор разбойникам.