ВоенТур 2
Шрифт:
Решив особо не завираться, чтобы потом не попасть впросак я решил по возможности говорить правду, где умалчивая, а где слегка искажая факты.
— Капитан Волков, специальная танковая рота. — Представляться снова ИНЖЕНЕРОМ я передумал.
— Товарищ капитан, а это что у вас за танки такие необычные? — проявил здоровое любопытство лейтенант.
— Где ты тут видешь танки лейтенант? Самый обычный трофейный командирский танк… На нем командир полка ездил.
— Я не за этот, — он мотнул в сторону трофея, — те которые в бою участвовали…
— Много говоришь лейтенант, кто у вас тут главный, мне пошептаться с ним надо!
— Это тогда вам к товарищу майору надо,
Выбив немцев со станции, бронепоезд медленно подошел к своему брошенному собрату, Аверьянов немедленно отрядив полтора десятка бойцов в охранение, пошел еще с одним десятком осматривать брошенный бронепоезд и бронемотовагон. На первый взгляд они были в полностью исправном состоянии, что и подтвердил их первичный осмотр. Технику просто бросили, достаточно было только взять экипаж и можно идти прямо в бой. Аверьянов уже окончил осмотр брошенного бронепоезда, когда к нему подошел один из направленных в охранение патрулей, вместе с его бойцами был незнакомый танкист в черном комбинезоне и шлемофоне.
— Рад приветствовать товарищ майор!
— Давно не виделись… Тоже рад… Можно по простому…
— Мне бы тут на счет трофеев разузнать, а то мой боекомплект практически весь расстрелян по противнику. Если ваши бойцы обнаружат здесь топливо и боеприпасы к орудиям калибра 85, 122 и 152 миллиметра, то свистнете мне, а то у меня всего по паре выстрелов на орудие осталось. Как то неуютно себя чувствовать с голой задницей.
— Я смотрю вы шутник товарищ капитан. Спасибо конечно, что помогли нам, если обнаружим снаряды, то непременно сообщим вам. Вы там вроде наших пленных освободили?
— Да, их там человек сорок было.
— Почему было и почему не точное количество?
— Часть сбежала, когда я отправил их собирать трофейное оружие.
— Почему вы отпустили их без сопровождения своими людьми?
— Так моих людей на все не хватает, и они мне нужны в танках, а сбежавшие, так и пес с ними, зато избавился от слабых звеньев. Было бы намного хуже, если бы они сбежали во время боя. Сейчас ко мне присоединилось, семеро водителей на захваченные грузовики и набралось два отделения пехоты.
— Вот так без проверки?
— Первоначальную проверку они прошли, тем что не сбежали, а вернулись с трофейным оружием в руках назад, вернусь к своим, позже наш особист их допросит.
— Ладно, не буду настаивать, вы тут долго еще пробудете?
— Только затрофеюсь и дальше, а что?
— Просто хотел знать, могу я еще рассчитывать на вашу поддержку или нет.
— Если найдем снаряды, то могу и задержаться, хотя все равно не желательно.
— Не волнуйтесь, я тоже не намерен здесь надолго задерживаться.
На этом наш разговор закончился. Аверьянов отправился командовать сцепкой бронепоездов — оставлять обнаруженный на станции бронепоезд и броневагон он не собирался, а я пошел шерстить стоявшие на станции вагоны.
Кто ищет, тот всегда найдет, кроме бронепоезда на станции оказались и два эшелона и один из них был с боеприпасами, Другой с различным армейским имуществом. Мы выпотрошили их в ноль совместно с майором. Он загрузил себе снаряды к 76 мм орудиям и пулеметные патроны, а я нагрузил по самое не могу грузовики снарядами и выстрелами к своему ИСу, ИСУ и Т-44. Ну и патроны конечно… Правда для «сорокчетверки» нашлось всего двести снарядов и из них только 50 бронебойных, видимо калибр был редкий, только для зениток, но как говорится и то хлеб… Хотя с другой стороны, для одной сорокчетверки это почти четыре БК, так что ей одной хватит пока, хотя все в этом мире
В каждый грузовик поставили по двухсотлитровой бочке с бензином и сами машины залили под пробку. Хорошо хоть, что с трудом, но обнаружили автоприцеп, который и загрузили двухсотлитровыми бочками, но в этот раз уже с соляркой, ну и танки разумеется тоже заправили под самое немогу.
К этому времени майор тоже закончил свои дела и его тяжело груженый бронепоезд медленно тронулся в обратный путь таща на сцепке своего найденного собрата, мотоброневагон катил сам — его удалось завести.
Бойцы устроились в кузовах машин на ящиках, это пополнение лишним не будет, танки они ведь от пехоты тоже в защите нуждаются.
Наша небольшая колонна уже тронулась с места, когда сзади раздались звуки артиллерийской дуэли. Были ясно различимы басовитые встрелы нашей самоходки и звонкое банг-банг, чего-то поменьше… Что меня заитересовало, так это какой-то новый, ранее мной не слышанный звук выстрела. Он был похож на звук нашей «Рапиры» — высокий и звонкий.
Добравшись к САУ, я увидел следующую картину: с одной стороны довольно высокого холма, мордой к нему стоял наш «зверобой», а метрах в ста от него застыла немецкая «четверка» с непривычно длинным орудием. Так вот почему такой звук — догадался я. Ситуация была патовая — самоходка опасалась выйти из-за укрытия, против такого орудия, а немецкий танк не мог отступить — сзади был овраг. И выйти под выстрел самоходки тоже не хотел.
— Через овраг пробовали подобраться?
— Так сразу, он туда пару пулеметчиков поставил…
— Минометом по оврагу?
— Вызвали, ждем…
Я посмотрел на небо — чистое, практически без облаков, значит обязательно скоро будут гости.
— Ну вот что… Нехер тут жждать от моря погоды, на самом малом заряде, на минимальной дистанции открть огонь, но так что бы не подбить а заставить его свалиться в овраг. Он нам целым нужен. Выполнять!
Машина, взревев мотором начала пятиться назад. Практически на ее место стали Т-44 и ИС. Если немец рискнет пойти на прорыв, тут ему и писец приснится… Первый выстрел САУ сделала через пару минут. Разрыв лег строго по оси, но метрах в пятнадцати от немца. Сдав вперед на один корпус и дав пыли осесть, прогремел второй. Уже ближе, и немец на пару метров сдал к оврагу. Я показал мехводу пару пальцев — он понял. Третий выстрел попал в пяти метрах от «четверки», накрыв его землей. Тут нервы не немца, который сидел за рычагами не выдержали и он ухнул в овраг.
Когда мы осторожно заглянули в овраг, то увидели, что из танка никто не вылез, а из под правой гусеницы торчит грудь раздавленного немецкого солдата. Нам оставалось только вскрыть люки и подогнать БТС для эвакуации этой машины.
Слава богу мы успели убраться со станции, когда над ней появились немецкие самолеты, покружив, и ничего не обнаружив, они улетели, даже бомбить не стали, видимо посчитав, что не стоит портить собственное имущество. Я этому был только рад, так как время шло уже к вечеру, а на станции осталось еще много чего полезного, хотя бы та же солярка.