Водоворот
Шрифт:
– Будешь оправдываться? – с презрением поинтересовался охотник.
– С чего бы? Я тебе в верности не клялся, так что и предать не мог.
– Ты предал саму идею охоты. Якшаться с вампиром, что может быть хуже для такого как мы?
– И поэтому ты решил меня убить?
– Не тебя. ЕЁ, - Антон достал из кармана помятой рубашки пачку сигарет и с наслаждением закурил.
– Но ты подверг опасности всех нас!
– Что поделать, - охотник философски развел руками. – Неминуемые издержки.
– Вот так просто? Мы умрем, и все
– Ты со своей вампиршей как плевок на репутации всех охотников. Вас надо смыть, - Антон сделал затяжку, выпустив дым мне в лицо. – Это как чистка. Санитарный день, мать его.
– Да ты просто молодец. Сам придумал?
– Считай, что так.
Но я-то знал: Антону самостоятельно до такого в жизни не додуматься. Не тот уровень. Он хороший боец, но стратег никакой.
– Жаль тебя огорчать, но мы намерены выжить и, кстати, собираемся закончить это дело.
Антон с силой придавил окурок ко дну пепельницы, так что тот сломал.
– Может в этот раз вам и повезет. Но, поверь мне, тебе нигде не будет покоя. Пока твоя вампирша жива, мы не остановимся.
– У вас что же целая секта ненавистников Амаранты?
Он не ответил, только хитро прищурился и отвернулся к окну.
– А как же Виктор - мой отец? Вы ведь были друзьями?
– Виктор слабак, если позволяет сыну так себя вести. На его месте я бы уже давно прикончил вампиршу.
Антон неожиданно дернулся. Стул заскрипел и отъехал в сторону, а охотник навис надо мной как Эверест.
– Ну, счастливо, - бодрым голосом попрощался он. – И помни: рано или поздно ты все равно попадешься, а вместе с тобой и остальные. Так что лучше оставь её сейчас.
Мощная фигура Антона скрылась за дверью, и я испытал облегчение. В его присутствии тяжело дышалось, словно он отравлял воздух вокруг меня полным ненависти взглядом.
– Что же делать? – шепотом спросил я у самого себя. Но вопрос остался без ответа.
Глава 13 . Бальные танцы
Мало того, что Антон наговорил мне гадостей, так он еще и ушел, не заплатив за вареники. Это обстоятельство бесило больше всего. Должно быть, так я подсознательно пытался уйти от мыслей о главной проблеме.
Покинув кафе, сел в машину и направил «Рено» назад к особняку. Деревья мелькали за окнами, загораживая солнечный свет. В лесу царил полумрак, что вполне соответствовало моему настроению.
Такого я от охотников не ожидал. Конечно, предполагалось, что половина старых знакомых не захотят подать мне руки, но чтобы желать смерти. Это уже ни в какие рамки не лезет.
Сравнить наши с Эмми отношения с плевком. Сильнее меня еще никто не оскорблял. Но хуже всего, что опасности подвергались все те, кто находился рядом с нами. И в первую очередь Дима с Ксюшей.
Я застал их в гостиной. Димка развернул бурную деятельность, пока Ксения тихонько дремала на диване. Пододвинув журнальный столик к печке, брат переместил безделушки с полок на его лакированную поверхность
– Как дела в поселке? – спросил Димка, не поднимая головы от стола. – Как Антон?
– Все хорошо.
– Что он сказал насчет нашей ситуации? Ты ведь ездил спросить у него совета? – брат все-таки оторвался от своего увлекательного занятия и перевел на меня взгляд.
– От него никакого толку, - я беспечно махнул рукой, старательно изображая улыбку.
– Жаль. Ну да ладно, сами разберемся.
Дима вернулся к созерцанию, а я, наконец, выдохнул. Врать нехорошо. Меня этому еще мама в детстве учила, но сказать правду я тоже не мог. Не из страха, что Дмитрий переметнется на сторону других охотников. В чем, а в поддержке брата я был уверен. Просто мне не хотелось разочаровывать Диму. Он так свято верит в людскую доброту, и поведать ему о предательстве бывших союзников все равно, что совершить святотатство.
– Нашел что-нибудь интересное?
Я присел на корточки рядом с журнальным столиком, с любопытством рассматривая разложенные по линеечке предметы. Здесь были собраны все, что до недавнего времени украшало полки над печкой: фотографии, фарфоровые статуэтки, куклы, пара расписанных шкатулок, фигурки животных сшитые вручную и еще кое-какая мелочь.
– Пока нет, - Дима отрицательно покачал головой. – Но я не теряю надежды.
– Об этом я мог и сам догадаться. Ты, по-моему, её никогда не теряешь.
От сиденья в неудобной позе ноги затекли, я опустился прямо на пол и взял одну из шкатулок в руки. Она оказалась довольно увесистой. Дерево отливало бордовым, по бортикам шел узор из листьев. Крышка откинулась назад и по комнате разнеслась приятная мелодия. В центре музыкальной шкатулки кружилась точеная фигурка балерины. Её руки были подняты над головой, одна нога отставлена в сторону, а голова запрокинута назад.
– Закрой, Ксюшу разбудишь, - шикнул Дима.
Крышка музыкальной шкатулки с тихим щелчком встала на место, похоронив под собой балерину. Поставив её обратно на стол, я потянулся за следующим предметом, но рука так и повисла в воздухе, не достигнув цели. Причиной тому была кукла. Одна из тех четырех странных игрушек, что украшали печную полку. Взгляд невольно упал на тщедушное тельце и меня парализовало. Мысли покинули голову, словно их выдуло оттуда ураганным ветром. Единственное, что я мог это смотреть.
– Ты чего? – брат удивлено уставился на мраморное изваяние, которое всего секунду назад было мной. Проследив за моим взглядом, он заметил распростертую на столе куклу. – Мне она тоже несимпатична, но ты явно переигрываешь.
– Приглядись к губам, - прошептал я, опасаясь, что нас могут подслушать.
Дима приподнялся с кресла, склонился над игрушкой и сощурил глаза, чтобы лучше видеть. Даже загородил куклу от бликов света, мешающих ему рассмотреть фарфоровое личико, а потом заключил: