Водопад
Шрифт:
– Что вы имеете в виду?
– Доказательства, инспектор. У вас нет доказательств.
– Ну, для начала у нас есть покушение на убийство. – Ребус сунул руку в карман и достал мобильник
– Кому вы собираетесь звонить? – подозрительно спросил профессор.
– Разве вам не нужна медицинская помощь? – Протягивая ему телефон, Ребус сделал шаг вперед.
– Пустяки. Один-два шва, и все будет в порядке, – ответил Девлин, еще раз критически оглядев руку. По лицу его стекал пот, а дышал он тяжело, со свистом.
– Похоже, вы больше не годитесь в серийные убийцы, профессор, – заметил
– Да, – согласился Девлин. – То, что я сделал… это было довольно давно.
– Бетти Энн Джесперсон была последней?
– Я не имею никакого отношения к смерти Филиппы Бальфур, инспектор. Ведь вы об этом хотели меня спросить?
– Значит, кто-то украл вашу идею с гробиками?
– Строго говоря, это была не моя идея, инспектор.
– А как насчет остальных, профессор?
– Кого вы имеете в виду?
– Я имею в виду жертвы, о которых мы ничего не знаем.
Девлин улыбнулся, и из разошедшихся царапин на его лице снова начала сочиться кровь.
– Разве жертв, о которых вы знаете, мало?
– Это уж вы мне скажите.
– Я… Словом, мне хватило. Главное, я сумел не оставить следов.
– Это верно. И только эти ваши гробики…
– Если бы не вы, инспектор, их бы никогда не связали с исчезнувшими женщинами.
Ребус не спеша кивнул, но ничего не сказал.
– На чем я прокололся? – спросил наконец Девлин. – На акте о вскрытии?
Ребус снова кивнул.
– Я знал, что это рискованно. – Профессор сокрушенно покачал головой.
– Если бы вы с самого начала сказали, что проводили то вскрытие в Глазго, мы бы никогда вас не заподозрили.
– Тогда я не знал, что еще вы сумеете найти. Другие зацепки, я имею в виду… А когда мне стало окончательно ясно, что у вас ничего не выйдет, было уже поздно. Не мог же я, в самом деле, признаться, что был одним из экспертов, после того как мы просмотрели все акты и протоколы.
Он потрогал лицо кончиками пальцев и удивился, обнаружив идущую из царапин кровь. Ребус сделал еще полшага вперед и поднес телефон ближе.
– Может, все-таки вызвать «скорую»?
Девлин покачал головой.
– Как-нибудь потом.
Какая-то женщина, проходившая мимо, увидела его лицо и в ужасе остановилась, широко раскрыв рот.
– Все в порядке, мэм, – уверил ее Девлин. – Я просто упал с лестницы. Помощь уже в пути.
Женщина поспешно ушла.
– Ну что, инспектор, по-моему, я сказал даже больше чем достаточно, не так ли?
– Не мне об этом судить, сэр.
– Надеюсь, у детектива Уайли не будет из-за меня неприятностей?
– А почему из-за вас у нее должны быть неприятности?
– Ну, наверное, ей полагалось следить за мной более внимательно… Что-то в этом духе.
– Боюсь, что неприятности будут у вас, а не у нее.
– Ах да, я и забыл, что у вас есть неопровержимые доказательства. – Профессор ухмыльнулся и тут же поморщился от боли. – Свидетельские показания одной женщины… которые я, кстати, буду опровергать всеми доступными мне способами. Уж вы мне поверьте – я сумею придумать достаточно убедительную причину нашей ссоры с мисс Берчилл. – Он снова посмотрел на свою раненую руку. – В данном случае вообще неизвестно,
– Никаких улик, кроме вашего собственного признания, профессор. – Ребус поднес мобильный телефон к самому его лицу. – Когда я достал аппарат из кармана, он был уже включен и передавал все, что здесь говорилось, в полицейский центр связи в Лите. – Он на мгновение поднес телефон к уху, потом обернулся и увидел нескольких констеблей в форме, которые спускались с моста на набережную. – Вы все слышали?… – спросил он в аппарат и, удовлетворенно кивнув, снова посмотрел на Девлина. – А все вызовы записываются у нас на пленку, – добавил Ребус.
Лихорадочное возбуждение, владевшее Девлином всего несколько секунд назад, исчезло с его лица, а плечи обреченно поникли. Повернувшись, профессор хотел броситься бежать, но Ребус стремительно вытянул руку вперед и схватил его за плечо. Девлин попытался вырваться, но оступился и начал падать в воду, потянув Ребуса за собой. Два тела с плеском обрушились в реку. У берега было неглубоко, и Ребус сильно ушиб плечо о скрывавшийся под водой камень или обломок бетона; когда же он попытался встать, его ноги по щиколотку ушли в вязкий ил. Девлина он, однако, не выпустил, и когда голова профессора показалась над поверхностью, Ребус снова увидел в нем того негодяя, который так страшно изуродовал Джин. Не в силах сдержаться, он опустил свободную руку профессору на затылок и надавил, так что его противник снова ушел под воду. Задыхаясь, Девлин отчаянно барахтался и хватал противника за руки и за лацканы пиджака, но все было напрасно. Ребус держал его крепко и не собирался отпускать.
Как ни странно, при этом он ощущал абсолютное, сверхъестественное спокойствие. Вокруг плескалась ледяная вода, но она странным образом успокаивала. На мосту собралась толпа зевак, и все они глядели на него. Констебли спускались с набережной в воду. Из-за сизой тучи выглянуло бледно-лимонное солнце.
Вода не только успокаивала, но и очищала. Ребус больше не чувствовал боли в ушибленном колене, он не чувствовал вообще ничего. Он знал, что Джин поправится и с ней все будет хорошо. И с ним тоже. Он продаст квартиру на Арден-стрит и найдет новое жилье, о котором никто не будет знать. Может быть, даже где-нибудь около воды.
Кто-то схватил его сзади за руку. Это был один из констеблей.
– Оставьте его, сэр!
Этот крик заставил его прийти в себя. Ребус отпустил пальцы, и Дональд Девлин выпрямился, жадно хватая ртом воздух и отплевываясь. По подбородку его текла водянистая рвота.
Джин Берчилл грузили в «скорую», когда мобильник Ребуса снова начал звонить. Один из парамедиков как раз объяснял ему, что не исключена травма позвоночника или шеи, и именно поэтому им пришлось привязать пострадавшую к носилкам и зафиксировать голову, но Ребус только смотрел на Джин и силился понять, о чем говорит ему этот малый.