Водный мир
Шрифт:
Что здесь забыл Магарони? Хочет извиниться за то, что пытался убить меня? Очень в этом сомневаюсь.
— А вот и они! — к нам навстречу выходит самый необычный атлант из всех, что я видела. Даже Цисса по сравнению с ним выглядит серой посредственностью. Невысокий весельчак с задорно выпирающим через мешковатый балахон красного цвета животом (это сон? Я думала, полных атлантов не существует!).
— Треор! У меня для тебя сюрприз! — он, переваливаясь, словно шарик, подкатывает к Асти и пылко выполняет приветственный жест. — Смотри,
Тот салютует в ответ.
— Извини, Салкас, — командор внимательно рассматривает присутствующих. Он удивлен не меньше меня. — Я не из тех, кто ценит неожиданные повороты…
Среди гостей директора нет ни одного атлантийца или, тем более, землянина. Одни набилианцы. Один мой хороший друг и один заклятый враг. На этот раз я целиком и полностью солидарна с суровым арзисом. Кажется, я вскоре тоже разлюблю сюрпризы.
— Къерр Андо, — игнорируя военных, итальянец подходит к Нику и коротко кивает ему. Я еще сильнее прижимаюсь к Тимериусу и чувствую его успокаивающее рукопожатие. Ловец Центра Разума даже не смотрит в мою сторону, но я знаю, что он заметил меня.
— Антонио Магарони, — зло сощурившись, цедит Никель.
— Проходите, садитесь, — спохватывается Салкас, и вот мы тоже сидим в шезлонгах. Рядом журчит вода, переливаясь с серебристой чащи в маленькое озеро. К сожалению, дружеская и непринужденная обстановка совсем не внушает умиротворения.
— Вы знакомы? — спрашивает Цисса. Он выглядит растерянным. Впрочем, не он один. Я, Ник, Тимериус и Асти — мы все сейчас выглядим последними дураками.
— Поверхностно, — отвечает Магарони. — Мы работаем в разных ведомостях, и, к сожалению, почти не пересекаемся. Но я наслышан о къерре как о крайне талантливом чтеце.
— Аналогично, — Ник с трудом сохраняет самообладание. А вот итальянец гораздо лучше справляется с ролью малознакомого коллеги — его улыбка безмятежна, как голубая гладь бассейна за его спиной.
— Похоже, у вас будет возможность узнать друг друга получше, — заявляет Салкас и взмахивает рукой. По его сигналу террасу заполняют атлантийки с прохладительными напитками. — Это группа прибыла из Набила почти одновременно с твоим, Треор, сообщением. И тоже предложила посодействовать с организацией экспедиции в новый мир, представляете?
Правильно все-таки он сделал, что усадил нас перед этой новостью. Если бы не мягкий материал сиденья под пятой точкой, я бы непременно хлопнулась в обморок.
Пытаюсь поймать взгляд Борка. Хочу уловить в нем подсказку, совет или одобрение… Хоть малейший намек на то, что происходящее под его контролем. Но помощник Никеля смотрит прямо перед собой, сложив руки на груди. Погрузившись глубоко в себя, и, кажется, даже особо не прислушиваясь к нашему разговору.
— Налетели, стервятники… — слышу недовольное бормотание Циссы.
— Простите?.. — брови Салкаса взлетают высоко вверх.
— Я спрашиваю, что конкретно они могут предложить? — громко спрашивает
— Примерно тоже самое, что и ваша команда, — Магарони сплетает пальцы под подбородком и прикрывает глаза, словно медитируя, и начинает лениво перечислять. — Среди нас есть чтец, странник, консультант по физике кротовых нор…
— Надо же, какое совпадение! — Никель наклоняется вперед в кресле, глядя своего на помощника. — С каких пор ты сменил род деятельности, Борк?
В его словах кроется угроза, и мне становится еще более неуютно. Кажется, чуть-чуть, и он бросится на него с кулаками. Неужели это происходит на самом деле?
Набилианец отвечает ему прямым, бесхитростным взглядом. Так, как умеет смотреть только он. Честно, открыто и безэмоционально. Легче представить, что Магарони станет добрым альтруистом, чем то, что Борк соврет.
— Это случилось недавно, къерр.
— О, чудесная новость! — Ник издевательски смеется. — А то я уже начал волноваться, вдруг это тянется еще с тех времен…
— Не будем ворошить прошлое, — Магарони, в свою очередь, тоже перебивает Никеля. — У землян есть интересная пословица: «Кто прошлое помянет, тому глаз вон».
Асти смотрит то на одного, то на другого, и на его лице все четче проступает недоумение. «Ненавижу набилианцев», должно быть, думает арзис.
— Уверен, среди вас нет хамелеона! — сообщает Цисса и заслуживает наше дружное молчаливое осуждение. Мы столько времени хранили эту страшную тайну, а он все выболтал в один момент.
Магарони, впрочем, не выглядит удивленным.
— Мое искреннее восхищение, — кланяется он Тимериусу, — Ваше присутствие среди нас — невероятная удача. Мы не собираемся соревноваться с вами, это как-то смешно и по-детски, Андо… Наша цель — собрать первоклассную команду для прыжка в новую вселенную. Сильную и цельную. Ту, что пойдет до конца.
— Да… Мне нравится этот подход. Как раз то, что нужно! — Салкас слушает его с упоением. Он заведомо на его стороне, что бы он ни сказал. — Объединить усилия, чтобы достичь большего! Давайте я представлю вас всех друг другу. Этого почтенного господина зовут Антонио Магарони, он — чтец и сотрудник Центра Разума, нашей дружественной организации в Набиле.
Ловец встает и делает низкий поклон. Худой, высокий, с сухими изможденными чертами лица, он лицемерен до мозга костей. И чем он так расположил к себе Салкаса? Разве можно не замечать его лживости?
— Далее. Еще один сотрудник Центра, консультант по физике кротовых нор. Борк…, - руководитель ЛИКа явно силится вспомнить фамилию помощника Никеля.
— Просто Борк, — тот непроницаем, как и всегда.
— Даяна Шейк, — Салкас поворачивается к молодой женщине, сидящей за одним из самых дальних кресел, и его лицо светлеет, а голос становится мечтательным. — Чудесная гостья из футуристического мира. Странница, перенесшая в Атлантис всех этих мужчин.