Водный клан
Шрифт:
Полагаю, что произошли какие-то сдвиги в организме на генетическом уровне, про незавершенность которых, говорил мне Павел. Сейчас же я чувствую себя прекрасно. Поведя рукой, отметил, что последствия ранения вроде бы прошли. С другой стороны, если бы я не натворил столько глупостей, то не узнал бы, что несколько людей из клана, который, на минуточку, влился в клан Савельевых, как зелень влилась в меня, остались в живых. А вот почему наши приборы их не засекли, и как они выживали, я сейчас и узнаю.
Иллюзий я не питал, поэтому поднял с земли автомат, взмахом руки опустил
– Ну, а вот сейчас мы с вами поговорим, – я направился к ним, и они, не двигаясь с места, стояли и ждали, когда я приближусь, переводя взгляды с меня на то, что осталось от зелени.
Глава 6
– Этот организм был один, или он сумел каким-то образом размножиться? – спросил я резко, подходя к жавшимся друг другу девушкам и парню.
– Мы не знаем, – отвечать за всех решили Татьяна. – Вроде бы оно нападало всегда в одном месте в одиночку, но после вашего появления оно вдруг изменило свою тактику и стало умнее, использовав вентиляцию. – И она повернулась ко мне спиной, обращаясь к подруге. – Покажи.
Девушка, тихо поскуливая, протянула руки и продемонстрировала запястья. В том месте, где ее схватили зеленые жгуты, были видны глубокие язвы, мне даже показалось, что на правой руке в ране мелькнула кость. Скорее всего, боль была просто адской. И не совсем понятно, как в этой ситуации девчонка все еще держалась на ногах, не заваливаясь в обморок.
Я повел плечами, разминая их. Никакого чувства самосохранения у воинственной половины отряда Алдышева я не заметил. К тому, кто сильнее тебя, выше тебя по социальному статусу, да и просто к единственному человеку, который даже чисто теоретически в состоянии вытащить из этого ада, нужно обращаться хоть с толикой уважения.
Я, конечно, не думал их здесь оставлять, но не из элементарного человеколюбия, просто они были бы полезны в плане сбора необходимой информации не только для меня, но и для Алдышева и Егорова, которые впервые провели свой эксперимент в боевых реальных условиях.
А что касается этой убогой штуки, точного определения которой я до сих пор не смог подобрать, то чувствуется мне, с ней не так все просто. То, как неожиданно она появилась во внутреннем дворе, наводит на определенные неприятные мысли, но думать о том, что она умеет телепортироваться или как-то иначе проникать через пространство не хотелось, ведь если хоть кусочек этого желе отпочковался и свалил в неизвестном направлении, то янтарный купол зелень остановить не сможет.
– У нас есть, чем перевязать? – тихо спросил парень, выводя меня из раздумий в отношении убийства своих долбанутых ученых, которые творят невиданную дичь, да еще и пользоваться ею не умеют. – Или хотя бы обезболить?
– В корпусе должно быть, – Татьяна очень осторожно рассмотрела ранения на руках закусившей губу девушки. – Оль, тебе сильно больно? До аптечки
– Больно, – пискнула девушка и попыталась вырваться, причиняя тем самым себе дополнительные страдания. Я поморщился, никогда не понимал, зачем баб привлекают к службе и дают автоматы, они эмоционально нестабильны и склонны к истерии, которая всегда приводит к двум вариантам: я ничего не могу, или, я покрошу в капусту всех, кого вижу на своем пути. Обезьяны с гранатой более предсказуемы в этом плане.
– Я знаю, – повернувшись к Тане, которая явно намеревалась попытаться отцепить мои руки, прошипел. – Не трогай, – и снова повернулся к девушке. – Тебя Ольга зовут? – она кивнула тихо плача. – Потерпи, я попытаюсь тебе помочь, правда, ничего не обещаю.
На этот раз слияние произошло практически безболезненно. Я даже мыслить не стал как-то иначе. Просто внезапно увидел, именно увидел, воду во всех ее проявлениях. Она была рассеянна в воздухе, она находилась в девушке, в моих руках.
В том месте, где на запястьях Ольги были раны, те водные каналы, которые пронизывали каждую клетку ее тела, внезапно обрывались. Их концы были словно обуглены, свисали лохмотьями, и не могли больше питать кисти рук.
Сейчас я видел весьма отчетливо, что, если связь этих каналов не восстановится, то девушка лишится рук, они просто отомрут, не получая полноценного питания. А еще я понимал, что не смогу ее излечить, как это получилось сделать с самим собой.
Максимум, на что я был сейчас способен, это вернуть питание кистям, восстановить каналы и намного ускорить регенерацию. Вот только, что-то мне говорит, что Ольгины руки до конца жизни будут украшать безобразные рубцы. Но уж лучше с рубцами и целыми руками, чем вообще без рук.
Из моих пальцев в тех местах, где они касались страшных ран, словно выросли тончайшие нити, состоящие из воды, которые были привычного мне синего цвета без вкраплений зелени, и устремились к местам обрывов, прорастая в них, и заменяя те обугленные мертвые нити, которые самостоятельно уже не смогли бы восстановиться никогда.
Девушка закричала и забилась в моих руках, пытаясь вырваться, но я держал крепко. Тут уж ничего не поделаешь, придется ей вытерпеть эту боль, чтобы потом не стало еще больнее.
Исходящие из моих пальцев нити отделились и уже самостоятельно занимали места, заменяя покореженные каналы, которые сразу же начали отмирать и отторгаться, выплескиваясь ручейками гноя, слизи и уже начавшими отмирать тканями.
Когда этот поток прекратился и заменился яркой красной кровью, а самые страшные участки повреждения закрылись, я отпустил Ольгу, чтобы тут же подхватить ее падающее тело. Мозг все же решил проявить милосердие и отправил девушку в отключку.