Во тьме
Шрифт:
Удивленно-изумленный взгляд Сверра бесил и нервировал, особенно когда она медленно и постепенно оседала на его член. Закрыв глаза, женщина легко поддалась плотскому зову, сладко застонав от наполненности и жара, окатившего её. Зелье делало свое дело и туман страсти густел в голове, стирая рамки приличий. Мягко вбирая в себя дрожащие пупырышки, Альда ухватилась за мужские плечи, наращивая темп волнообразных движений. От пупка к основанию члена у Сверра шел особо жесткий гребень пузырьков, который в данный момент терся об и так распухший клитор, заставляя её вскрикивать от нетерпения. Все тело охватило напряжение и, отбросив всякую
– Вернись сейчас же, – проскрежетал Сверр, сверкая яростным взором.
– О, Боги, – обессиленно засмеялась она. – Разве ты забыл правило нашего брака? Всегда кончает кто-то один. Просто сегодня это не ты.
– Клянусь, ты пожалеешь, если сейчас же…
– Что я от этого получу? – игриво спросила Альда, напомнив знакомую фразу и довольно потянувшись всем телом, словно сытая цисина.
Тело парило в нежной дымке и легкости. Кожа стала такой чувствительной, и, проведя по своим бокам и груди, женщина ощутила сотни мурашек и восхитительных покалываний. Соски стали тверже камня и пиками торчали вверх, а между ног вновь разгорался пожар. Взглянув на пышущего злобой и неизрасходованной страстью Сверра, Альда тихо произнесла:
– Это тело создано для удовольствия, а ты даже не знаешь, как его получать. Это все равно, что использовать межзвездный крейсер для перемещения по планете, не покидая стратосферы.
Дыхание мужчины стало спокойнее, а значит, кризис миновал и пришло время новой пытки наслаждением. Коварно улыбнувшись, она лукаво уточнила:
– Сними с меня ошейник и я в тот же миг вернусь к тебе в объятья.
– Не играй со мной, – процедил взведенный Сверр, зорко следя за каждым её движением, особенно тем, как она себя ласкала.
Решив, что ему нужна небольшая мотивация, Альда с наслаждением раздвинула ноги и коснулась уже подрагивающего в нетерпении клитора, мягко лаская его пальцам. Вспышка электрического импульса прошлась по разгоряченному телу, заставив женщину вскрикнуть от яркого и острого пика. Взглянув из-под опущенных ресниц на разъяренного мужа, она сыто улыбнулась и медленно поднялась с постели. Опустившись на колени перед его правой рукой, принцесса ожидала, что Сверр тут же схватится за проклятый ошейник.
– И что дальше, владыка? Я в твоей власти, у ног.
Очевидно, в этот момент он не мог управлять ситуацией, а зелье мешало мыслить разумно. Тяжело дыша, мужчина взглядом приказывал ей многие вещи.
– Ты завершишь то, что начала.
– Сними ошейник, – парировала Альда, глядя на него снизу вверх.
– Освободи меня, – вдруг произнес Сверр, прищурившись.
– Кажется, мы зашли в тупик, – коварно усмехнувшись отозвалась женщина, свободно коснувшись его эрекции, и тихо поцокала, когда мужчина содрогнулся всем телом, обессиленно застонав. – Первое правило переговоров – не показывать свою заинтересованность – ты с треском провалил.
– Освободи меня, – напряженнее процедил владыка.
– Нет, – легко ответила принцесса. – Но я с радостью вернусь на твой член за сладкой наградой, когда ты снимешь с меня эту железяку.
Сверр
– Теперь твоя очередь.
Она не стала медлить и быстро вскарабкалась на его колени. Между ног уже все пульсировало и сочилось в ожидании разрядки, когда Альда обхватила мужа бедрами. Медленно вбирая его в себя, принцесса заскулила от тесного трения и наполненности.
– Быстрее, – прохрипел Сверр.
Погрузив руку в волосы на его макушке, она едва слышно прошептала на ушко:
– Сегодня ты мой раб и должен благодарно принимать свою судьбу.
Киска набухла от всех этих пупырышков, ставших слишком жесткими. Напряжение стало невыносимым, а движения резкими. Мужчина отчаянно приподнимался вверх, желая войти глубже, но Альда не позволяла ему вести игру. Опускаясь лишь наполовину, она замирала на пике, продлевая агонию. Оргазм обрушился на неё лавиной, заставив задрожать и осесть на члене до конца, но едва муж собрался кончить, Альда вновь соскочила с каменного кресла. Пошатываясь от силы разрядки, принцесса, тяжело дыша, повалилась на кровать.
Внезапно за спиной послышался странный треск. Мгновенно поняв, что происходит, женщина обернулась, чтобы увидеть, как мускулы вздулись на груди и руках владыки, а проклятое кресло крошилось под напором его силы.
– Нет-нет-нет, – взволнованно запричитала Альда, с ужасом наблюдая, как он освободился.
– В этот раз ты зашла слишком далеко, – яростно рыкнул Сверр, стремительно приближаясь и грубо обхватывая её бедра.
Жесткое вторжение внезапно заставило принцессу задрожать в новой разрядке. Мужчина позади неё превратился в дикое животное. Погружаясь до конца в бешеном темпе, владыка хрипел от натуги, не давая Альде даже намека на завершение. Скованная объятьями по рукам и ногам женщина могла лишь принимать его ярость, утопая в собственных соках и оргазменной судороге.
– Никто не смеет лишать меня удовольствия, – шипел Сверр, навалившись всем телом и ухватив супругу за копну волос. – Пока я не кончу, никто не имеет права слезать с моего члена. Поняла?!
Резко перевернув её на спину, владыка со стоном погрузился до конца и зашипел, едва принцесса вновь кончила. Его разрядку Альда ощутила всем нутром. Мужчина вколачивался в неё, рыча и хрипя в такт грубым движениям. Будто недостаточно всего этого превосходства, Сверр сильнее обхватил её, внезапно уткнувшись в изгиб шеи, и стал посасывать прикушенную кожу. Для принцессы в этот момент засверкали звезды и реальность, задрожав, поплыла, уступая темной дымке, заполонившей все вокруг.
Потом был еще секс и еще. Владыка не мог остановиться и требовал компенсации и реванша, а может просто зелье терзало его сильнее, чем Альда ожидала. Женщина четко помнила, как лежала в его объятьях в бассейне фракса, пока Сверр, обхватив её за попку, кусал соски, пытаясь вновь усадить на свой член. Уперевшись ладошками в его плечи, она, поморщившись, отталкивала мужа.
– Нет, – прошептала принцесса, вымученная до капли.
– Нет худшего господина, чем бывший раб, – мрачно отозвался он и, сделав два широких шага, прижал её к противоположному бортику и одним толчком погрузился до конца, заставив Альду захныкать.