Во тьме
Шрифт:
Тотчас же воздействие извне на Элис прекратилось. Она задрожала, пистолет задёргался в её руках, создав дьявольский дуэт с конечностями покойника. В конце концов, оружие выскользнуло из непослушных пальцев.
Элизабет, улыбаясь, подошла к ней.
— Не так уж и сложно, правда? — сказала она. — Главное — решиться.
Элис перевела шокированный взгляд на неё, ничего не предпринимая. Всё, что она делала — это судорожно вдыхала и выдыхала воздух, насыщенный смешанным ароматом гари и крови.
Внезапно кто-то схватил её за волосы и притянул к себе. Практически сразу в шею впилось что-то очень острое. Тело отреагировало мгновенно, повинуясь заложенному в него инстинкту и умению.
— Не приближаться! — крикнула она дрожащим голосом. — Стоять на месте!
Вампирша, которая на неё набросилась, медленно отёрла выступившую из носа неправдоподобно тёмную кровь и усмехнулась:
— А то что?
И сделала шаг.
— СТОЯТЬ!!! — палец женщины дрожал на спусковом крючке, так и подзуживая нажать посильнее. — Я БУДУ СТРЕЛЯТЬ, КЛЯНУСЬ!!!
— Валяй, — подойдя ещё ближе, произнесла вампирша.
Элис выстрелила.
Пуля попала в грудь чудовищу, но оно только слегка пошатнулось. Ещё один выстрел, третий, четвёртый… Пистолет безостановочно изрыгал молниеносные жала, смертельные… для смертных. Девушка покорно сносила атаку, не делая ни малейших попыток увернуться.
Но вот обойма опустела. Вампирша, в теле которой тринадцать пулевых отверстий озарились синим сиянием, засмеялась. Продолжая жутко хохотать, она выбила пистолет из руки женщины. Оружие отлетело в угол комнаты, лязгнув о стену.
— Теперь моя очередь! — прошипела она, хватая Элис за шею и притягивая к себе.
Элизабет, молча наблюдавшая за происходящим, приблизилась и сказала:
— Давай сюда эту легавую.
И указала на кровавую лужу, растекающуюся у тела Джорджа Денвилда. Ногой отбросив его пистолет, дабы он не мешал процессу, вампирша подтащила сопротивляющуюся женщину и с неумолимой силой опустила лицом в центр горячего пятна. Элис попыталась вырваться, но её голову словно зажали в тисках. В нос устремилась кровь напарника вперемешку с кусками мозга, мешая дышать; в щёку впился острый осколок черепа, разрывая кожу и глубоко погружаясь в плоть. Она извивалась всем телом, пока кто-то не поставил ногу ей на поясницу, придавив с такой силой, что захрустели позвонки. От адской боли женщина невольно вскрикнула… точнее, должна была вскрикнуть, однако голова оказалась настолько прижата к полу, что из гортани успел вырваться только слабый стон, после чего в рот проникло что-то мягкое, омерзительно-слизистое, обильно смешанное с кровью и мелкими костными осколками. Элис в ужасе попыталась вытолкнуть эту мерзость обратно, но ничего не вышло.
— Ну как, мисс Полиция, нравится вам ваш напарник на вкус? — злорадно рассмеялась Элизабет, наклонившись к шее женщины, где зияли два отверстия. Судя по всему, она не удовлетворилась тем, что уже сделала, поэтому решила продолжить издевательства над жертвой. Двумя пальцами с острыми как бритва ногтями она адски-медленно расширила ранки, соединив их в одну. После этого, наслаждаясь вовсю хлещущей горячей рекой крови, принялась откровенно разрывать ткани, с каждым движением продвигаясь всё глубже в шею. Элис настолько сильно дёргалась от невыносимой боли и невозможности вздохнуть, что второй вампирше приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы удержать её.
Но вот сопротивление стало ослабевать. Кровопийца перевернула жертву на спину. Всё лицо Элис было измазано кровью и серой массой, во многих местах кожа оказалась расцарапана осколками черепа, особенно досталось щеке — в ней зияла рваная
Элизабет улыбнулась и присела рядом с извивающейся «парочкой», одной рукой поглаживая свои шикарные длинные ноги, а другой забираясь под полицейскую униформу на груди женщины и впиваясь ногтями в податливую плоть.
Глава 37
Марк встал с постели. Усталость никуда не делась, равно как и желание поспать, но что-то мешало, будило мозг, который, в свою очередь, приказывал всем своим подчинённым бодрствовать. Сандерс несколько раз прошёлся по комнате из одного конца в другой, потом направился в ванную. Открыв кран, он припал к живительной струе, чувствуя, как холодная вода приносит пусть небольшое, но облегчение. Выпив чуть ли не литр, он, наконец, отстранился и, вытерев подбородок полотенцем, вышел из помещения. Заходя обратно к себе в комнату, он думал, чем бы заняться, чтобы скоротать остаток бессонной ночи.
И обомлел.
Молодой человек крепко зажмурился, постоял так с полминуты, потом снова открыл глаза.
Ничего не изменилось.
«Это сон, — понял он. — Или я сошёл с ума!»
С этим было трудно не согласиться, потому что в его спальне находилась Она.
Марк в полнейшем ступоре смотрел на Кейт Андерсон, застывшую подобно великолепной древнегреческой статуе возле окна, из которого лился яркий свет луны и звёзд.
«Вот и всё — я свихнулся, — подытожил он. — Произошло то, чего следовало ожидать. Теперь остаток своих дней я проведу на государственном обеспечении в известном месте. Или это всего лишь сновидение? Конечно, это сновидение!.. Хотя нет, невозможно. Я же полностью всё осознаю, чувствую, слышу, вижу, мыслю, как всегда. Вашу мать, разве может присниться столь реальная вода, что я недавно пил? Похоже, всё-таки слетел с катушек. Впрочем, даже если так, то судьба выбрала для меня далеко не самый плохой вариант… Или сон???!!!»
Марк безостановочно противопоставлял друг другу эти две версии, даже не допуская третью — реальность. Исключено. Иначе как объяснить следующее:
а). Как она сюда попала — двери и, хм, окна целы и надёжно заперты. Только форточка открыта, но это, позвольте, не смешно.
б). Почему посреди ночи?
и, наконец:
в). ЗАЧЕМ?
Наверное, Сандерс стоял бы так — разинув рот и ошарашено глядя на гостью — если б Кейт сама не прервала затянувшуюся паузу:
— Марк.
Он давно не слышал этого голоса, но запомнил его на всю жизнь. И сейчас, когда таинственным полушёпотом было произнесено его имя, как будто заново осознал, насколько прекрасна эта девушка. Сердце его учащённо билось, в ушах шумело, в голове вспыхнул огромный пульсирующий огненный шар, но приносящий не страдания, а живительное тепло, разливающееся по всему телу. В глазах у него защипало, и Сандерс был вынужден протереть их, почувствовав пальцами выступившую влагу.
Кейт ему нравилась, даже очень, но то, что он испытывал сейчас, переросло обычное, пускай и сильное, увлечение. Он понимал это, но ни в коем случае не противился. Зачем? Он чувствовал невероятно сильную энергию, исходящую от неё. Энергию добра — чистейшего, как первый поцелуй, который дарит мать своему ребёнку. Энергию любви, могущество которой способно разрушить любой, даже самый хитроумный заслон зла. Энергию жизни — такой жизни, какой её задумывал Бог, и которой катастрофически не хватает места на алчной, грязной, извращённой людьми Земле.