Во тьме

Иден Синтия

Миллер провел по лицу дрожащей рукой.

— Получается, что убийца всё ещё где-то там? Охотится на улицах Майами?

К сожалению.

— Господи. — Он потянулся за телефоном и нажал кнопку быстрого набора. — Дженингс, отправь обратно людей патрулировать улицы.

Сэйди смотрела, как агент уходил.

— Ты ведь понимаешь, что спасла ему жизнь, — сказал Лиам, потянувшись за её рукой.

Её губы скривились.

— Возможно, а может, и нет. — Так жестоко избит собственным братом. Что за жизнь

была у этого парня?

Дьявол. Джейкоб скорее откусит свою руку, чем причинит ей боль.

Слепой. Она ещё никогда не встречала незрячего оборотня-леопарда. Зрение и другие чувства были очень важной частью их природы.

Столь необходимые для охоты.

— Теперь у него есть шанс, — кивнул Лиам. — Это лучше, чем позволить ему схлопотать пулю, что и случилось бы, если бы не ты.

Она развернула кисть, чтобы переплести пальцы с его ладонью.

— Спасибо, что поддержал меня.

Лиам наклонил голову ближе к ней.

— Любовь моя, разве ты ещё не поняла, что я буду поддерживать тебя всегда?

Да, она знала. Хотя нет, думала, что знала об этом. Пока вампир не оставил её в одиночестве в пропахшей им квартире. Он так часто бывал у нее дома и в её кровати, что все было отмечено его ароматом.

Так же, как и она сама.

Каждый день, каждый проклятый день Сэйди чувствовала этот запах, думая, что Лиам потерян для нее навсегда.

— Почему, Лиам?

Он сдвинул брови.

— Я не знаю, что может заставить человека пересечь черту и начать убивать…

— Нет. — Сэйди облизнула губы и встала перед ним. Ей нужно понять, почему он причинил ей боль и разбил сердце. Тогда и сейчас. — Почему ты оставил меня?

Понимание промелькнуло в его глазах, и он сжал губы.

— У меня не было выбора.

Сэйди не собиралась так легко спустить ему это. Её плечи напряглись.

— Выбор есть всегда. Ты мог прийти ко мне и рассказать о том, что случилось…

— И что? — Его голос стал более резким, акцент, который он мог с легкостью скрыть, пронизывал каждое слово. — Ты бы отвернулась от меня? Обозвала монстром? Ты же пыталась меня убить, когда поняла, что я вампир!

— Если бы я хотела твоей смерти, то кол уже оказался бы в твоем сердце. — Дьявол, чувствовала себя так, словно это она получила удар в сердце. Уже и так поврежденное и разбитое. — Ты вообще думал обо мне?

Сэйди не могла поверить, что сказала это. Куда подевалась её гордость?

Но ей следовало знать. Она столько думала о нем…

— Каждую ночь, когда ложилась, последние мысли были о тебе, и первое, о чем думала после пробуждения.

Рана в сердце немного затянулась, а дыхание стало более размеренным, когда на его лице, казалось, отразилась абсолютная истинна.

— Но ты так и не вернулся.

Потому что, как Лиам уже говорил ранее, он считал её человеком и она вряд ли могла справится с этим фактом? Нет, это не

вся правда, должно быть что-то ещё.

Он поймал её руки, притягивая ближе.

— Сэйди, я уже не тот, каким ты меня помнишь.

Нет.

— После утраты контроля, я делал такое… вещи, на которые не считал себя способным.

Руки Сэйди по-прежнему были в его ладонях, а сердце стучало так сильно, что она знала — слух вампира мог уловить каждый его удар.

— Скажи мне.

Внутри него была тьма. Она с самого начала видела это. Возможно, если бы Лиам остался человеком, это темнота в его душе рассеялась бы. Но он больше не был человеком.

— Ты знаешь истории о Рожденных Мастерах… — без ирландских перекатов, просто холодные и жесткие слова.

Они были урожденными вампирами, а не созданными. И обладали поистине огромными ментальными силами и смертоносной жаждой. Сэйди кивнула.

— Ну что ж, эти сказки даже не затрагивают поверхности всей правды. — В коридор зашел санитар, и Лиам сделал паузу, ожидая, пока человек скроется из виду. — Рожденные могут прикоснуться к разуму всех, кого они создали, но это не только связь по крови. Они могут управлять, проникнуть внутрь и украсть любую из твоих чертовых мыслей.

Все её тело покрылось гусиной кожей. Сэйди никогда не встречала хоть одного из Рожденных Мастеров. Их было несколько, и существовали они в виде историй.

— Озур…

Озур. Вот дерьмо. Её когти вытянулись при одном только упоминании этого имени. Она слышала об этом древнем викинге-убийце. Безумный, кровожадный и жестокий, он оставлял след из мертвецов по всему миру.

— Он был одним из тех, кто обратил меня той ночью, а позднее даже пытался меня контролировать.

Её сердце замерло, а затем забилось с утроенной силой.

— Что ты сделал?

Нет, только не её Лиам, он бы не смог…

— Я испепелил ублюдка.

Она изумленно выдохнула:

— Что? Но КАК?

Насколько она знала, только демоны десятого уровня могли вызывать огонь такой силы, необходимый для…

Он засмеялся, но звук получился резким и холодным.

— Я позволил ублюдку думать, что все в его власти. Питался добычей, которую он давал мне, охотился на его врагов, подбираясь все ближе. А когда он расслабился, я спалил этого гребаного урода.

Повисло гробовое молчание.

Затем внутренний интерком с треском ожил, и доктора Тома Брауна попросили пройти в отделение интенсивной терапии.

Лиам опустил руки.

— Не смотри на меня так.

Как? Она тряхнула головой.

— Нет, Лиам, я…

— Я делал то, что должен был, чтобы выжить. Я не убивал тех жертв, которых он давал мне. Они остались живы, Сэйди, и когда это ничтожество сдохло, я освободил их. Да, я убивал вампиров, демонов, но не трогал невинных. Нет…