Во Славу Солнца

Уильямс Шон

– Сделано, – доложил Каджик.

Рощ еще раз перечитала текст послания.

– Звучит так, будто они ждали прибытия корабля Разведки СОИ, – задумчиво проговорила она.

– И не боятся его, – заметил Кейн.

– В таком случае их меньшинство, – мрачно проговорил Гейд.

– Данные, поступившие с Джагабиса, обработаны, – объявил Каджик.

– Наконец-то. – Рош приготовилась к новому потоку информации. – Давайте посмотрим, что там у нас.

Зонд проник на полярную орбиту вокруг самого внутреннего мира Палазийской системы. Даже в ярком малиновом свете

Хинтубета планета показалась Рош необыкновенно красивой. Ее полюс представлял собой район интенсивной электромагнитной активности, в атмосфере то и дело возникали ослепительные вспышки молний. Кольца были значительно меньше, чем у других планет, но они окружали четырнадцать лун – в соответствии с данными Разведки СОИ. Самая большая из них, Аро, к тому же являлась и крупнейшим твердым телом в системе. По этой причине, а еще потому, что она находилась на достаточном расстоянии от солнца, ее предпочли планете Карса, когда встал вопрос о расположении постоянной гражданской базы.

Рош внимательно изучала поступающие данные, надеясь и одновременно опасаясь увидеть космопорт Аро и его ближайшего соседа, город Эмптаж. И хотя она знала, что зонд отправил картинку несколько часов назад, Рош все равно нервничала, словно являлась не сторонним наблюдателем, а непосредственным участником событий. Что, если Солнечный Вундеркинд атаковал систему как раз в тот момент, когда туда прибыл зонд? Рош прогнала неприятные мысли, потому что знала – она ничего сделать не может. Защитникам базы придется сражаться самим...

Пересекая северный полюс Джагабиса, зонд изменил курс, Крошечные, но мощные двигатели вывели его на экваториальную орбиту, пересекающуюся с орбитой Аро. Рош с нетерпением считала минуты. И вот наконец на линии горизонта появилась красная точка луны.

Вскоре точка превратилась в круг. Зонд снизил скорость – инерция и гравитация Джагабиса должны были завершить его маневр.

Медленно, неуклонно диск увеличивался. Затянутая дымкой атмосфера, богатая метаном и серой, скрывала его края.

Полушарие, возле которого оказался зонд, пряталось в тенях, и потому рассмотреть детали было практически невозможно.

А кроваво-красное сияние Хинтубета только усложняло дело.

Рош молча наблюдала за тем, как Каджик пытается настроить изображение.

– Не вижу орбитальную башню, – проговорила Рош.

– А что там такое в юго-восточном квадранте? – поинтересовался Гейд. – Еще один кратер?

– Нет, – ответил Ящик. – Вспомните масштаб. Взрыв такого рода разбил бы луну на две части.

– В картах СОИ обозначено два метановых моря, – сообщила Рош. – Это, наверное, одно из них.

– Трудно сказать наверняка, – заметил Каджик, – но, мне кажется, ты права, Морган.

– Скоро узнаем, – проговорила она.

Луна продолжала расти, и вскоре ее изображение заняло весь экран. Красный свет отразился от объекта, находящегося на ее орбите. Рош удивилась. Впрочем, она довольно быстро сообразила, что в телеметрических данных нет указаний на технологическую активность в регионе. Значит, брошенный спутник. Или какие-то обломки. Как бы то ни

было, от объекта еще дважды отразился свет, прежде чем он исчез из виду.

Каджик сообщил о наличии на дальних орбитах еще нескольких неидентифицированных и пассивных объектов, невидимых простым глазом, и Рош решила проследить за ними, чтобы как-то скоротать время. На дисплее Гейда высветилась такая же картинка, значит, он тоже собрался посмотреть, что это такое, и приготовился предпринять ответные действия, если один из них пойдет в наступление – или там появятся какие-то признаки жизни.

Зонд без проблем вышел на геостационарную орбиту над космопортом Аро и настроил на него все свои приборы.

– Радар засек главную стартовую площадку, – доложил Каджик, голос его звучал напряженно. – Обнаружить еще какие-нибудь постройки не удалось.

– Купол? – спросила Рош.

– Похожие очертания, но... – Каджик покачал головой. – Непонятно. Может быть, купол разрушен. Невозможно ничего увидеть, пока не встанет солнце.

– Когда?

– Через десять минут примерно.

– Попробуй посмотреть в инфракрасном свете, – предложила Рош. – Если кто-то остался в живых, они появятся на экране в виде тепловых пятен.

– Ничего не нахожу, Морган, – через некоторое время сообщил Каджик. – Внизу холодно, везде. Даже на посадочном поле.

– Никаких пожаров? – спросил Гейд. – Следов взрывов?

– На Аро имеется атмосфера и погодные явления, – пояснил Каджик. – Избыточный жар рассредоточивается относительно быстро.

– Но ничего похожего на то, что произошло с аванпостом Гур, здесь не видно? – Рош внимательно изучала экран в надежде найти хотя бы какое-нибудь подтверждение своим оптимистическим надеждам. – Возможно, кому-то все-таки удалось спастись.

– Под землей, – сказал Кейн.

– Главный купол был на самом виду, – покачал головой Каджик. – Его построили на стене старого кратера, так что требовалась только крыша.

– Но часть оборудования космопорта могла находиться под землей, – предположила Рош.

– Проверить можно только одним способом – спуститься. – Гейд оглядел всех, кто находился на мостике. – Желающие есть?

– Давайте посмотрим, может, получится с ними связаться. – Рош отвернулась от экрана. – Ури, пусть зонд передаст короткое сообщение с просьбой назвать себя. Используй кодовое слово «Колман». Возможно, те, кому посчастливилось спастись, как-то связаны с кораблем, вызывавшим нас.

– И они говорят на языке Движения Во Славу Солнца? – спросил Гейд.

– Плохо говорят, – вставил Кейн.

– Не важно, – заявил Гейд. – Мне совсем не хочется сообщать кому бы то ни было, что мы неподалеку!

– Знаю, – проговорила Рош, – Для этого и нужен зонд.

Отправляй вызов, Ури. Один. Не повторяй наше сообщение.

– Готово. – Образ Каджика сдвинулся на своем помосте. – Теперь будем ждать. Ответ получим примерно через пять часов, если получим вообще.

– Черт побери. – Рош проклинала ситуацию – и себя за то, что забыла о задержках, связанных со скоростью света. – Наверное, больше мы...