Внутри
Шрифт:
– Ты за кого нас принимаешь? Конечно, мы его знали, просто сейчас не сразу догадались, – попыталась оправдаться Сабрина, сама осознавая, что закапывается глубже в землю.
– Это Мэйсон Дин, – вмешался Перри.
По итогу оказалось, что он и Грант – единственные знали облик хозяина вечеринки.
– Не смотри так на меня, ведь должен помнить, как я здесь оказалась, – прошептала Ханна. Теперь девушке постоянно приходилось оправдываться перед всеми, показывая свою истинную не идеальность. Она солгала, что знает хозяина дома, а теперь пришлось расплачиваться за
– Я вас, кстати, не узнаю, – вмешался Мэйсон в разговор двух новых союзников.
Он внимательно разглядывал Ханну с ног до головы, заострив внимание на осанке и фигуре девушки. Только что испытывающий негодование Грант сменил свою сильную эмоцию на еще более уничтожающую. Ревность захлестнула музыканта, как непослушная волна океана.
– Мы еще не разобрались с вашим алиби. Сон и снотворное выглядит слишком киношной версией, – огрызнулся молодой человек на владельца особняка, не боясь после этого оказаться снаружи, где буйствовал беспощадный вирус.
– Можем во всем убедиться, посмотрев камеры в моем кабинете, – нашелся Мэйсон.
Он не торопился вести гостей в личное пространство, скорее, продолжал испытывать интерес к незнакомой для него личности.
– Значит, вы пробрались на мою презентацию книги тайком? – спросил азиат, поправляя помятую часть костюма, потерявшую презентабельный вид от длительного сна.
– Презентация книги? Серьезно, Франциско? Ты обещал, что на вечеринке удастся пропиарить мои песни, – взъелась Мишель, только узнавшая истинный повод мероприятия.
– И в чем проблема? По-твоему, люди, читающие книги, не слушают музыку? – огрызнулся молодой продюсер, находясь на грани, чтобы не послать капризную протеже.
Разговор плавно перетек в выяснение отношений, отвлекая тем самым заостренное внимание хозяина особняка на Ханне. Грант оставался раздраженным и удваивал процент ненависти к собравшимся каждую секунду. Пусть Ханна и разочаровала его своим желанием быть частью светского общества, но все же в ней оставалась некая неискушенность. Именно это и притягивало музыканта, повидавшего за свою жизнь немало девиц с черным прошлым. Почему-то весь женский пол искал в нем того, с кем можно уйти в отрыв, забывая все правила и каноны общества. Мужчина не отказывался от мимолетных возможностей развлечься, но в тайне мечтал понравиться и хорошей девушке из пригорода, которая возжелает не страстный секс на заднем сидении ретро-тачки, а заведет с ним сына или дочку.
– Уже темнеет, следует позаботиться о провизии и безопасном месте для ночлега, – Перри всегда вносил нотку здравого смысла в склочную атмосферу между гостями.
– Для начала я хочу увидеть камеры и доказательство его слов, – прорычал Грант, не собираясь спускать Мэйсону похотливый интерес к Ханне.
– Почему ты возомнил себя лидером? Разве твое алиби не под сомнением? – встрял Франциско, но сразу пожалел об этом.
– Может, мы поговорим о твоем нахождении в туалете, петушок? – сорвался Грант, прекрасно понимая, что продюсера не было в уборной на момент атаки.
Присутствующим оставалось теряться в догадках, кто все же говорит
Перри начал терять терпение, упуская его, как песок сквозь пальцы, поэтому призвал всех снова разделиться на две группы. Одна должна собрать остатки еды со столов и распределить запасы по дням, насколько это вообще возможно. Вторая половина отправилась с Мэйсоном смотреть камеры.
Двух соперников, Гранта и Франциско, конечно, распределили по разные стороны, дабы избежать драки и еще одного трупа, помимо работодателя Ханны.
– Что находится за металлической дверью в другой части крыла дома? – спросил Перри, пока группа добиралась до кабинета.
– Там живут мои слуги, – спокойно ответил Мэйсон, не истребив накопившиеся вопросы.
Грант обменялся взглядом с Перри, думая об одном и том же. Им было сложно довериться местному магнату, пусть они и знали его до аварии, в отличие от всех остальных.
Бьянка и Кайла, увязавшиеся за ребятами, шли тихо, даже не пытаясь заговорить и узнать, как можно больше информации о новеньком.
– Ты ведь тоже должна знать Мэйсона? – обратился к Бьянке музыкант, слегка замедлив шаг.
– Да, но репутация у него не самая хорошая, – пожала плечами журналистка, почувствовав мурашки по коже.
Бьянке изначально не нравился хозяин особняка, ради него она и пришла на вечеринку, чтобы задать компрометирующие вопросы. Всего пару фактов вмиг стерли бы фальшиво положительный образ филантропа. Девушка два месяца копила смелость, чтобы явиться за компроматом. Пойти против опасного и влиятельного человека сможет не каждый, так и она не смогла. В разгаре вечеринки, подойдя к хозяину особняка, Бьянка мычала, как пятилетний ребенок, не в силах призвать волю собраться в кулак.
Естественно, Грант не знал таких подробностей о людях, еще пару часов назад казавшиеся не столь важными для его микровселенной.
Наконец, группа добралась до кабинета Мэйсона. Богач запустил систему видонаблюдения, но все экраны оказались черными.
– К вашей удаче, кто-то их вырубил? – усмехнулся Грант, не веривший в случайности.
Но не только камеры следили за гостями: Бьянка вспомнила, что тоже имеет кое-что, способное помочь расследованию. Девушка предложила изъять флешку из фотоаппарата и посмотреть кадры с недавнего мероприятия.
Все фотографии казались обычными. На экране мерцали гости в шикарных нарядах и с растянутыми до ушей улыбками.
– Стоп, верни назад, – попросил Грант, заметив знакомое красное пятно в кругу толпы.
Бьянка послушно включила фотографию, тем самым обнажив для собравшихся новую ложь. На экране красовалась Кайла в компании старика, которого назвала своим дедушкой. Однако красавица не просто сжимала руку мужчины, а впивались губами в его шею.
Исказившиеся от отвращения лица выживших внимательно смотрели на Кайлу. Девушка застыла от позора развратной связи со стариком, запоздало убеждаясь, что тайны в этом доме невозможно скрывать слишком долго.