Внутри неё тьма

Кобцева Ольга

– Скажи, где деньги, – попросила она со вздохом.

– Поцелуешь – скажу.

Мурашки прошлись по телу. Хотелось самой зашибить наглеца дубинкой, и Рада обернулась к разбойникам, ища в них поддержки. Но получила от них лишь ухмылку:

– Целуй. Чай, не ноги раздвигать просит.

«Предатели», – злилась Рада, рассматривая их безразличные лица.

– Не смущайся, – добавили разбойники и спрыгнули с повозки, нарочито уставившись в лес. Девушка видела, как они нетерпеливо переминались с ноги на ногу.

Поворачиваться обратно к купцу она не спешила, хотя чувствовала, как его тёплое дыхание опаляет её волосы, собранные в косу и спускающиеся по шее. Даже не видя юношу, она разгадала

дерзкую улыбку на его губах.

– Целуй, – шёпотом повторил он.

Девушка сглотнула. Тянуть дальше было нельзя.

– Не буду! – гордо ответила она, повернувшись к купцу лицом.

Он не расстроился, лишь усмехнулся. А после – резко вытащил руку, что была связана за спиной, и схватил Раду за волосы. Не успела она вскрикнуть, как купец в поцелуе притянул её к себе. Девушка ладонями упёрлась в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но юноша легко прижимал её к себе, удерживая за талию и за волосы, и некуда было деться от вкуса его губ, горьких и сладких одновременно, как жимолость. Проглядели разбойники, когда он успел развязать руки, а наказание пришлось на Раду. Настойчивым движением языка купец раскрыл девичьи губы, проник внутрь, изучая каждую частичку своей пленницы. А девушку будто сковало льдом. В ушах стоял гул, руки не слушались, она лишь машинально сопротивлялась, понимая, как всё неправильно. Слабая дрожь проходилась по телу. Рада не понимала, почему никто не спешит ей на помощь, не избавляет от объятий купца, и ещё сильнее падала в пучину бессилия. Юноша углубил поцелуй, и от бесстыдных движений его языка сердце билось сильнее и отчаяннее, как узник, который желал выбраться из темницы.

Едва купец ослабил хватку, как ледяное оцепенение спало, и Рада вырвалась. Секунда свободы, и девушка, на ощупь шагнув назад, упала на спину прямо в комом свёрнутое покрывало повозки.

– Уходим, – услышала она.

Краем глаза успела заметить, как Макар и остальные разбегаются, позабыв о девушке. Но лишь несколькими секундами позже поняла, что их напугало: вдалеке стучали копыта лошадей. Кто-то ещё ехал через лес. Разбойники не стали испытывать удачу и сбежали, всё равно денег в купеческой повозке не оказалось, а допрашивать купца времени больше не было.

Рада хотела встать. Юноша уже делал шаг к ней, и она попыталась ударить его ногой. Но он лишь схватил девушку за ноги и потащил на себя, нависая сверху. Заломил ей руки над головой и склонился над её лицом, не теряя самодовольной ухмылки. Рада принялась кидать ему в лицо ругательства, какие вспомнила.

– А я узнал тебя. Попалась, воровка, – нарочито сладко прошептал он на ухо девушке. Обдал дыханием щёку, потом скулу и губы. Рада замолкла, и купец взглянул ей в глаза, где читалось непонимание. – А ты меня, видимо, нет.

Девушка покачала головой.

– Не каждый день меня обворовывают, а потом промеж ног бьют, – рассмеялся купец. – Не вспомнила? А ведь я всё-таки получил твой поцелуй.

Расступились ветви, что заслонили память Рады. Открылся вид на воспоминания, что гудели внутри яркой ненавистью: как несколько лет назад девушка вместе с тёткой приехала на базар. Тогда Рада почти обворовала купеческого сына. Сына убийцы. Руслана Белолебедя.

Обречённый стон сорвался с губ девушки. С самого начала Рада ощущала тягучее чувство опасности, и вот оно обратилось в реальность. Она попала в плен к сыну врага. И теперь её, воровку и разбойницу, точно арестуют. Стук копыт раздавался всё ближе, скоро те люди, что едут по лесной дороге, заметят купеческую повозку.

Оставалась лишь последняя надежда на свободу – песнь.

Рада вдохнула побольше воздуха. Руслан с интересом смотрел на неё – думал, наверно, что она начнёт оправдываться или умолять о том, чтоб он отпустил

её. Но вместо мольбы на волю вышла чарующая песня.

Не тревожь, водица синяя,Не кради мою судьбинушку,Пусть спадёт слеза с ресниц моих,Ведь любовь нашла я лишнюю.

Нежными словами девушка заволокла разум Руслана. Он слушал песню, а хватка его смягчалась. Рада аккуратно высвободила руки и оттолкнула от себя купца, тот покорно встал и подал ей ладонь. Девушка поднялась с его помощью и наскоро огляделась. Потом спрыгнула с повозки и побежала в глубь леса. После песни силы её истощились, надобно было восстановить их, напитавшись кровью – но где ж её взять. Рада на секунду остановилась у одного из деревьев и, переводя дыхание, посмотрела назад, на повозку, где сидел Руслан. Его заворожённый взгляд до последнего не отпускал девушку. На дороге показались всадники. Они остановились возле повозки и лежащих на земле стражей и кинулись к купцу. Рада резко спряталась за деревом. Потом, сглотнув, кинулась дальше. В чащу, к свободе.

ГЛАВА 6

Сейчас

Тишина словно толщей воды накрыла обеденный зал. Только что по нему лилась дивная песня, а теперь слова иссякли, растворились в душном воздухе, и девушка ухватилась руками за стол, не зная, куда себя деть. Пальцы мелко дрожали, и она опустила взгляд, стараясь не смотреть в сторону двери. А вот темноволосый юноша, что стоял у входа, прожигал её взглядом. Глухо застучали его шаги, отдаваясь где-то под потолком молчаливого зала. Филипп и Володя, всё ещё заворожённые песней, медленно обернулись в сторону гостя.

– Доброго дня, отец, – поздоровался юноша. – И тебе, Володя.

Рада вздрогнула при звуке его голоса, который за год так и не выветрился из памяти.

– Руслан, сын мой, – кивнул Филипп. – Ты вернулся на день раньше?

– Распродал всё быстрее, чем предполагал. Вот и вернулся.

Шаги Руслана раздавались всё громче. Он нарочито медленно шёл вдоль заставленного яствами стола, пока не остановился подле Володи. Братья обнялись, но ни на секунду взгляд молодого купца не покидал девушку.

Вскоре после того случая, неудавшегося ограбления, тётка обучила воспитанницу одному из своих загадочных умений. Как Ягиня из старухи превращалась в молодую женщину, так и Рада смогла менять внешность. Перед поездкой в град девушка наводила на себя морок. С такими чарами можно было не бояться, что кто-то из старых знакомых, воров-разбойников или стражей узнает её.

Но Руслан отчего-то узнал. Рада ясно видела это по нахмуренным бровям юноши и по его взгляду, который словно хлыстом ударил её. Не так полагается смотреть на незнакомку, невесту брата.

Девушка чувствовала свой крах. Всего дня не хватило ей, чтобы выйти замуж и войти в семью Белолебедей, закрыв на засов обратный путь. И появился Руслан, тот человек, что мог вытряхнуть наружу всё её тёмное прошлое. Девушка глубоко вздохнула. Надо было прийти в себя и позабыть о волнении. В конце концов, что старый купец, что его младший сын – оба сейчас под чарами русалочьей песни, и день-два наваждение продержится. За это время она успеет выйти замуж, и никакие гнусные, хоть и правдивые обвинения со стороны Руслана её планы не нарушат. Жаль, что на него песня больше не действует. Побывав однажды под чарами, второй раз человек им не поддастся. Может, опоить его, как и жениха, приворотными травами, чтоб помалкивал? А может девушке и вовсе показалось, что Руслан узнал её?